Звук снега - Кэтрин Кингсли

– И разница в возрасте не стала препятствием для брака?

– Почему это должно было стать препятствием? Я была счастлива рядом с ним, а он был счастлив рядом со мной. Я боготворила его.

– Боготворила? – переспросил Гай неопределенным тоном. – То есть ты не любила его?

– Ну что ты, конечно же, я его любила. Я ни за что бы не вышла замуж за человека, которого не люблю.

– Да, но любовь бывает разная, – сказал Гай. – По возрасту он годился тебе в отцы, и ты могла испытывать к нему соответствующие чувства. Ты любила его как дочь любит отца?

– Он был моим мужем, – сказала Джоанна, чувствовавшая себя все более некомфортно от этого разговора. – И я любила его как жена.

– Тогда скажи, Джоанна, и, пожалуйста, правду, каким он был любовником?

Она с такой силой прижалась к дереву, что ощутила боль от шероховатой поверхности ствола.

– Он… Он был очень деликатен, – произнесла она, запинаясь. – Он во всем был настоящим джентльменом.

Гай нежно пощекотал кончиками пальцев мочку ее уха, это прикосновение отозвалось трепетом в каждой клеточке ее напрягшегося тела.

– Джентльмен. Звучит потрясающе. Это значит, что он говорил «спасибо» и «пожалуйста», а также вытирал пальцы свежим платком с монограммой после того, как все было сказано и сделано? Если, конечно, было не только сказано, но и сделано?

Джоанна отстранилась от лорда, резко повернув голову в сторону.

– А это звучит жестоко, – тихо сказала она. – Я не девственница, если ты это хотел узнать. Космо со всем хорошо справлялся. – Она подняла глаза. – Но это тебя совершенно не касается.

– Прости меня, – сказал Гай. – Не могу понять, что на меня нашло. У меня действительно нет никакого права спрашивать о таких подробностях. Наверное, это из-за того, что мне очень хотелось знать, был ли твой брак с Космо настоящим.

– Наш брак был самым что ни на есть настоящим! – почти выкрикнула Джоанна и, повернувшись к нему спиной, сделала несколько шагов вперед. – Мы жили вместе всего восемь месяцев. Но за все это время не было и мгновения, когда бы я чувствовала себя несчастной или хотя бы пожалела о том, что сделала. Когда Космо умер, мое сердце чуть не разорвалось.

– Мне очень жаль, – услышала она за спиной голос Гая, звучавший мягко и нежно. – А что с ним случилось? У него было слабое здоровье?

Она повернулась к Гривзу лицом, уверенная, что теперь, когда он узнал историю ее замужества, от его идиотского высокомерия не останется и следа.

– Космо был совершенно здоров, – медленно заговорила она, вспоминая тот ужасный день. Глаза затуманились. Джоанна представила все произошедшее тогда так ясно, будто это случилось вчера. – Приехали его родственники, и мы устроили вечеринку на свежем воздухе в загородном палаццо. Был ранний вечер великолепного осеннего дня, теплый и ясный. Море, которое раскинулось вдали, сверкало в солнечном свете и казалось сине-зеленым.

«Взгляни, cara^[4], как прекрасно сейчас море. Твои глаза становятся такими, когда ты счастлива. И у маленькой девочки, которую ты мне подаришь, глаза будут такого же цвета. О, я буду любить ее до безумия, как безумно люблю ее маму».

Джоанна поднесла руку ко лбу.

– Космо сказал, что приготовил для меня сюрприз и сейчас сходит за ним наверх. Он загадочно улыбнулся, будто маленький мальчик, которому не терпится раскрыть свой секрет, и поцеловал меня в лоб.

«Подожди чуть-чуть, bella, я вернусь через пару минут. Ты так очаровательна сегодня, что и минута расставания будет невыносима для меня».

– Я осталась ждать, но прошло минут пятнадцать, а его все не было. Я занервничала и решила посмотреть, где он. Когда я вошла в дом, Космо спускался по лестнице, но мне сразу показалось – что-то не так. Приглядевшись, я увидела, что он ужасно бледен и двигается так, будто преодолевает сильную боль. Я бросилась к нему… Но прежде чем успела пересечь холл, он схватился за грудь и упал. Я обхватила его руками и постаралась уложить так, чтобы ему было как можно удобнее. Однако мы оба уже знали, что он умирает. – Джоанна закрыла глаза. – Но перед этим произнес несколько слов. «Ti amo^[5], cara. Ti amo. Будь счастлива… Найди кого-нибудь, кто сделает тебя такой же счастливой, каким ты сделала меня». Космо мучился совсем не долго.

Джоанна принялась вытирать слезы – ей вспомнились губы Космо, когда она поцеловала их в последний раз. Они были твердыми и холодными, как мраморная плита, на которой он лежал.

– Доктор сказал, что у него неожиданно отказало сердце, – чуть слышно произнесла она, с трудом проглатывая застрявший в горле комок. – Ему было всего пятьдесят пять.

– Джоанна…

– Потом я нашла в его кармане коробочку, в которой была брошь, украшенная множеством мелких драгоценных камней. Он сам ее сделал. Это и был его сюрприз. Сердце Космо отказало, когда он побежал за подарком для меня. – Она прикрыла дрожащей рукой рот, будто пытаясь удержать рвущиеся наружу боль и чувство вины. – Я так ни разу и не надела эту брошь. Не смогла… Он сделал ее в виде бабочки. Рой разноцветных бабочек каждую весну заполнял долину, где мы жили, и Космо знал, как я люблю наблюдать за ними…

Джоанна уткнула лицо в ладони.

Гай осторожно взял ее за плечо и притянул поближе.

– Джоанна, пожалуйста, прости меня, – услышала она и ощутила его теплое дыхание у самого уха. – Я не знал. Ты, бесспорно, очень сильно любила его, и я ошибался, предполагая, что у тебя могло быть как-то иначе.

Постояв несколько секунд неподвижно, Джоанна отстранилась от лорда и вытерла глаза.

– Ты и не мог знать, – сказала она. – Откуда тебе знать… О боже, почему у меня никогда не оказывается носового платка, когда он мне нужен!

Гай опустил руку в карман, извлек квадратный кусочек белоснежной ткани и протянул ей.

– Я завел привычку брать запасной, на всякий случай, – сообщил он с улыбкой.

Джоанна взяла платок и вытерла лицо.

– Кажется, я никогда в жизни столько не плакала, как в последнее время, – произнесла она с раздражением. – Ты можешь подумать, что я неисправимая плакса, но поверь мне, обычно я совсем не такая.

– Верю, потому что вряд ли с тобой рядом обычно находится надоедливый мужчина, копающийся в самых болезненных деталях твоей личной жизни, – сказал Гай, почесав щеку. – Я еще раз прошу прощения.

Джоанна протестующе покачала головой:

– Я ничего не имею против твоих вопросов. Ты имеешь полное право знать, что за человек занимается твоим сыном. Даже очень хорошо, что ты не постеснялся спросить о том, что тебя по той или иной причине волновало.

Внезапно в голове мелькнула ужасная мысль, и в волнении Джоанна сжала шею руками.