Три нарушенные клятвы - Моника Мерфи

Я нахожу такси на стоянке через несколько домов от «Квартала», плюхаюсь на заднее сиденье, называя адрес Колина и требуя отвезти меня туда.

– Мое дежурство закончено, деточка, – ворчит водитель, но заводит машину и направляется в нужную мне сторону. – У меня перерыв.

– Пожалуйста, – прошу я, стараясь не намекать на большие чаевые, хотя он, вероятно, предполагает нечто сексуальное в качестве благодарности, а это последнее, с чем я хочу иметь дело.

– Ладно. – Мужчина выезжает на улицу, включая радио. Я благодарна бессмысленной популярной песне, звуки которой заполняют салон машины.

Хотя ни одной песне не справиться с моими гнетущими мыслями. Мне было необходимо сбежать от Колина, пока я не сказала что-нибудь лишнее. Я должна убраться отсюда как можно скорее.

Я должна убедиться, что он никогда не узнает всю правду. Не хочу даже думать об этом. Страшно представить, на что можно пойти, когда ты в отчаянном положении. Ненавижу себя за проявленную слабость, но я изо всех сил старалась вернуть потерянные деньги. Работая каждую ночь, исполняя по большей части приватные танцы для клиентов, прикасаясь к их самым интимным местам в надежде на хорошие чаевые, которые они давали…

Впервые получив такое предложение, я отвергла его, как делала уже не раз. Но после той кражи я оказалась буквально без гроша и наконец неохотно, но согласилась на одну ночь. По крайней мере, тот мужчина был красив. Ему было чуть за тридцать, одинокий, страдающий после развода с женой; он рассказал мне обо всех своих проблемах, когда мы встретились после моей смены. Он был хороший, добрый, нежный и очень, очень нервный. Сначала он хотел просто секса, но я сказала, что согласна только на оральный секс, и… все так и случилось.

И почувствовала себя самым последним человеком, когда он протянул мне сто долларов, когда все закончилось. Что я наделала? В кого превратилась?

В проститутку. Низкопробную шлюху.

Я не могла вернуться домой. Я бы не смогла встретиться с родителями после всего этого. Мне было так стыдно. Я была противна сама себе, потому что не остановилась сразу, а делала это снова и снова.

– Вот мы и приехали, – сказал водитель такси, прервав мои скорбные мысли. Слава богу! В любом случае я не хотела, чтобы все закончилось именно этим. – С тебя двадцать два доллара.

Покопавшись в сумке, я протянула ему двадцать пять и вышла из машины, захлопнув дверь. Такси с грохотом отъехало, оставив меня одну на тротуаре в темноте. Прохладно. Темное, безлунное небо и тихая улица. На этой улице в основном живут семьи, потому что после десяти вечера все, как правило, спят.

Колин и я исключение. Мы определенно не семья. Ничего подобного.

Поднявшись к парадному входу, я достала ключ и открыла дверь. Войдя в дом, я увидела, как огни подъехавшей машины осветили еще темный интерьер, и услышала, как открылась дверь гаража. От страха у меня сердце ушло в пятки, а во рту пересохло.

Это Колин.

Судорожно сглотнув и стараясь справиться с накатывающей тошнотой, я иду на кухню выпить стакан воды. Утерев рот тыльной стороной ладони, я опираюсь на кухонный стол и жду, когда он войдет в дом.

Лучше встретиться с ним лицом к лицу, чем убежать и спрятаться в своей комнате. Так или иначе, я тут не задержусь. Он, безо всяких сомнений, выгонит меня вон, и я в итоге окажусь в Сакраменто раньше, чем планировала. Уверена, Джейсон поможет мне, если я попрошу. А может быть, я даже раскошелюсь на аренду грузовика. Завтра первым же делом я позвоню своей соседке и узнаю, можно ли въехать на несколько дней раньше. Думаю, она не будет возражать. Так я смогу устроиться на новом месте и быстро подыскать работу.

Надеюсь.

Наконец, Колин заходит в дом и останавливается, увидев меня возле кухонной стойки.

– Как ты сюда попала?

Ни тебе «привет, я волновался», а просто, «как ты сюда попала», словно больше не хочет видеть меня в своем доме. О, как быстро меняются наши отношения!

– Взяла такси.

– Такси? – спрашивает он недоверчиво. – Как ты нашла такси в центре города? – Их, как правило, очень мало, поэтому мне понятно его удивление.

– Не знаю. – Я пожимаю плечами, недовольная, что мы ведем этот глупый разговор. – Машина была припаркована в нескольких кварталах от ресторана. Таксист уже не принимал вызовы, но я все равно села в машину и попросила отвезти меня сюда, он так и сделал.

– Господи. – Он с раздражением проводит рукой по волосам. – Клянусь богом, твое легкомысленное поведение однажды закончится большими неприятностями. Ты могла попасть в беду.

– Я уже большая девочка. К тому же, разве мой лимит по нападениям жутких незнакомцев на этой неделе еще не исчерпан? – парируя я самодовольным стервозным тоном. Когда я чувствую себя загнанной в угол, то начинаю отчаянно защищаться.

Колин смотрит на меня так, словно у меня выросла еще одна голова.

– Нам нужно поговорить, – медленно произносит он.

– О чем? – огрызаюсь я, готовая к нападению, хотя меня всю трясет от страха. Я уже близка к нервному срыву.

– О том, что ты делала, когда работала в «Золотоискателях». – Колин кивает головой в сторону гостиной. – Давай присядем.

Я опираюсь руками на край столешницы, чувствуя, что внутри все холодеет. Как он узнал? Я уверена, что он знает все, и с трудом могу выдержать это.

– Не хочу. Давай поговорим здесь.

– Хорошо. Без разницы. – Подбоченившись, Колин рассматривает меня в полумраке кухни. Единственный источник света – лампа над раковиной. Я вижу, что он расстроен. Я знаю его почти так же хорошо, как себя, хотя никогда бы не смогла предугадать, что он так отреагирует на мой секрет.