Василиса Предерзкая - Маргарита Блинова

Володар сделал вид, что не чувствует моего многозначительного взгляда и вообще плохо испепеляется таким образом.

– А едва я вернулся в лагерь с камнем, как меня заставили работать в паре с Муромским, – продолжал делиться невзгодами песец. – Отвратительный тип, скажу я вам! Подавлял любую мою инициативу, зачем-то начал колдовать, усыпил мальчишку в сокровищнице, хотя я давно вынес безделушки. Видите ли, подставить хотел, чтобы на него не подумали, а потом вообще с катушек съехал и едва не спалил Щабуду!

– Но зачем твоему хозяину понадобились свадебные рясны? – уточнил Демьян, которого это дело касалось больше других.

Песец развел лапками, демонстрируя полное отсутствие информации и догадок в этом направлении, а я внезапно вспомнила картину с изображением Морозовой, которая висела в ее сокровищнице, и медленно сказала:

– Потому что ювелир расколол драгоценный камень на две половинки и поместил их в украшение, которое позже подарили Морозовой на свадьбу.

На поляну опустилась тишина. Разбойники сосредоточенно хмурились, песец теребил хвост, не забывая поглядывать на коварную Бесю. Я вертела в руках сорванную травинку, Володар ушел в свои мысли, а Аленка непонимающе хлопала глазами.

– Получается… кто-то собирает магические камни, – подытожила ёжка.

– И у него их уже четыре, – добавил Иванушка.

– А этой ночью могло стать пять, – сказал одноглазый разбойник, кивая на голубой камень в руках эльфа.

Соловей задумчиво покрутил камень в пальцах, сунул в нагрудный карман и повернулся к лесу.

– Мои разведчики уже вернулись, – сказал он. – Давайте отправимся в лагерь. Возможно, там нас тоже ждут новости.

Володар кивнул, наклонился к пушистому пленнику. Беся рванулась следом, но не успела. Лошадка вхолостую щелкнула зубами, возмущенно заржала и побежала ко мне. Жаловаться на поведение мага.

– Да, девочка, я с тобой полностью согласна, – сказала я, пристально глядя на Володара. – Кое-кто ведет себя очень некрасиво, скрывая от остальных информацию.

Беся всхрапнула, видимо, добавив от себя парочку непечатных эпитетов в адрес мага на черном единороге. Сунув ногу в стремя, я устроилась в седле и взяла поводья.

Возбужденные парни вспоминали про стычку с Муромским. Аленка волновалась, что внешне выражалось в том, что она прямо на ходу потрошила сумку с лекарствами и упоенно перекладывала бутыльки и мешочки с травами. Сотница, Володар и Соловей ехали впереди, изредка обмениваясь короткими рублеными фразами и ограничиваясь в ответ кивками. Одноглазый разбойник растерянно насвистывал мотивчик какой-то песенки.

Затесавшись в самый хвост нашего отряда, возле путеводного камня я так и вовсе отстала. Заставила Бесю притормозить, шустро соскочила с седла в траву и со шкодливой улыбкой приложила руку к поверхности камня.

«Без вариантов», – сообщил тот.

– Ну знаешь ли… – возмутилась. – От тебя я такой подставы не ждала.

«А будешь жаловаться… – появились на камне буквы, и чуть ниже начало тревожно проступать: – Направо пойдешь – в рабство попадешь. Налево пойдешь – дитя обретешь. Прямо пойдешь – свадьбе быть».

– Все-все! Я поняла. И больше не выступаю, – поспешила я откреститься от обозначенных маршрутов. – Пошли, Беся. Здесь нас не любят и не ценят.

Лошадка согласно фыркнула, дождалась, пока я залезу, и побежала по дороге.

Остановка двадцать третья

Ветка

– Ну что там? Волков видели? Разжиться есть чем? – воскликнули все хором, пристально глядя на разведчиков.

Двое мужчин – молодой и старый, точно сын с отцом – поднялись из-за стола, накрытого в главном шатре, и поклонились Соловью.

– Ваша светлость… – замогильным тоном начал тот, что старше. – Вы не поверите…

И мы действительно не поверили.

Просто в такое не хочешь верить, если родился и вырос в мирное время и видел боевые стычки только на массовых гуляньях да на тренировочном полигоне в лагере богатырей.

– Север лежит в снегу от этой кромки леса до вот этих оврагов, – торопливо докладывал молодой разведчик, указательным пальцем проводя на карте две воображаемые черты. Нам удалось пройти по следам волчьей стаи примерно до вот этого поля.

Пожилой взял несколько сломанных веточек и по очереди выложил круг, комментируя каждый кусочек:

– Туточки разбили лагерь наемники, палаток тридцать, но численность растет. С этой стороны волчьи лежки, среди которых мы видели парочку лютоволков. С этой стороны – палатки эльфов, немного да к тому же замаскированные под отряды ёжек. Сразу видно, что выдавать свое присутствие не хотят. С этой стороны – уступ и пещера, где у них что-то вроде главного штаба. По противоположную сторону – конюшни, но лошадки, что там стоят, странные.

– Не кони то, – перебил его молодой, демонстрируя на рукаве след от зубов и четыре аккуратные дырочки от клыков. – Нормальные кони такого непотребства себе не позволяют! А эти жрут черт-те что, кидаются, как псы цепные, рычат… мракобесы черные!

«Прям как моя», – про себя подумала я, уже догадавшись, откуда смылась моя неуемная Беся.

– А что в центре? – спросил Демьян, тыкая пальцем в середину получившегося из палочек круга.

– Да леший его знает, – отозвался старый.

– Ближе мы не сунулись, а со стороны обычный снег, – добавил молодой.

Песец, самозабвенно глодавший до этого стыренную где-то куриную ножку, встал на задние лапки и принялся прыгать, вытягивая вверх поднятую лапу.

– О! Я знаю! Меня! Спросите меня!

Иванушка прыснул от смеха и не удержался от тычка в бок сестрицы.

– Никого тебе не напоминает?

– Сам дурак, – надулась Аленка.

Белый лис перепрыгнул на стол и подскочил к расстеленной карте. Осмотрел получившуюся диспозицию, недовольно поцокал и, выхватив из руки обескураженного разведчика оставшийся кусок палки, добавил еще несколько недостающих кусочков.

– Хорошо, что вы с этой стороны не полезли, тут лежки белых медведей, а они парни не шибко гостеприимные. Особенно самки. Задрали бы и не поморщились… Вот тут пропустили посты с нежитью, а здесь палатка Муромского, чтоб ему на морозе каждый раз икалось… Ну и вишенка на этом пироге неприятностей… – Крохотная лапка указала в центр окружения. – Туточки находится круг из магических источников. Пять штук.

– Уверен, что пять, а не семь или тринадцать? – обратился к воришке Володар.

– Обижаешь, – распушился тот. – Я там каждый кустик, каждый карман… в смысле каждый сугроб облазил. Мне ли не знать!

– А что не так в магическом круге на пять источников? – спросил Иванушка.

– Ничего, – авторитетно заявила Аленка. – Таких попросту не существует.

– Но такой