Баран и жемчуг - Ната Лакомка

– Ничего не произошло, – спокойно пожал плечами Морис.

– Но вы ссорились с Гутун, – подсказала она.

– Ссорились, – так же спокойно ответил он.

– Из-за чего?

– Это совершенно не ваше дело, леди Анабель.

Фраза была лишена деликатности, но обращение «леди» заставило Анабель Дофо переступить гордость.

– Хорошо, не будем говорить об этом, если вам неприятно, – сказала она мягко. – Но куда вы направляетесь теперь?

– В город, – Морис опять пожал плечами. – Переночую на постоялом дворе. Потом вернусь в столицу.

– Зачем постоялый двор? – улыбнулась она кротко-кротко. – Осмелюсь предложить вам свой дом. Дофо будут рады предоставить опекуну нашей дорогой Гутун кров. И даже не на одну ночь.

– Так уж и рады, – хмыкнул Морис.

– Да, рады, – сказала она уверенно и добавила, потупившись. – А я буду просто счастлива.

– Хорошо, – согласился он. – Если ваши родители не будут против…

– Не будут, – заверила она его. – Нам приятно оказать вам услугу. А завтра вы решите, чего хотите. Уехать, помириться с моей милой подругой или… остаться.

– Да, разумный совет, – похвалил Морис, задумчиво потерев подбородок. – Вы – большая умница, леди Дофо.

– Тогда не будем медлить. Езжайте за мной, добрый сэр.

Она так и светилась от гордости, словно подстрелила самую драгоценную добычу. Морис смотрел на неё, пряча усмешку. Замечательная подруга! Вокруг леди Маргарет просто рассадник «подруг», «друзей», и «добрых» соседей. А теперь ещё и убийца. И все – на одну девчонку, которую ветром может унести. Кому же Сегюр настолько кость в горле?..

Меченые арбалетные болты указывали на наёмного убийцу. Можно предположить, что кто-то нанял его в столице для устранения графа, например, по политическим причинам. Ну да, а потом кто-то из деревни на краю земли нанял того же убийцу, чтобы избавиться от Маргарет и получить замок и земли. Полная ерунда. Скорее всего, заказчик был один и в том, и в другом случае. Только почему так долго выжидал? Нет, Морис был совсем не против этого, и даже благодарен за отсрочку – если можно быть благодарным тому, кто убил и пытается убить снова. Но всё же…

Как и в прошлый визит к Дофо, в этот раз навстречу опять попался Эдвард – он снова шёл куда-то, прижимая к груди кипу бумаг.

Увидев Мориса, он остановился, как вкопанный и несколько секунд смотрел бешеным взглядом. Ну, это если можно применить слово «бешеный» к Вафле.

– Что он тут делает?! – Эдвард Дофо обращался к Анабель, нарочно игнорируя рыцаря.

– Сэр Морис был приглашён мною в наш дом, – ответила она чопорно, – в качестве гостя.

– Гостя? – казалось, Эдварда сейчас хватит удар.

– А чем ты недоволен? – хмуро поинтересовался Морис. – Ты же сам хотел, чтобы я уехал из Сегюра. Вот я и уехал.

– Не будь невежливым, Эдвард! – вмешалась в разговор Анабель. – А вы, сэр, – она посмотрела на Мориса, затрепетав ресницами, – помогите мне спуститься…

– С радостью, леди, – сказал он, спрыгивая с коня.

Она опять упала ему в объятия, обняв за шею и прижавшись всем телом. У Эдварда задёргалось лицо, но он промолчал.

– Пройдёмте в дом, дорогой сэр, – пригласила Анабель, взяла Мориса за руку и повела, будто сам он не смог бы попасть в дверной проём.

Остальные Дофо приняли гостя без обещанной радости, но и без недовольства, и Эдварду пришлось окончательно притихнуть. Морис краем глаза видел, что бывший жених стоит у стеночки, не вступая в разговор, зато следит взглядом голодного волка. День прошёл долго и скучно, и старший Дофо таскался за Морисом с бараньим упорством, осторожно выспрашивая, окончательно ли решение леди Маргарет расторгнуть помолвку, и чем не угодил опекун. Морис отвечал уклончиво, и это главу семейства Дофо совсем не устраивало. К вечеру он начал заметно раздражаться, и за ужином был крайне угрюм.

Зато Морис поел от души, пожелал всем доброй ночи и отбыл в комнату, пожаловавшись на усталость.

Разумеется, спать он не собирался, и первым делом наточил кинжал и нож и прицепил ножны к поясу, проверив, легко ли выходит клинок. С саблей было бы надёжней, но для сегодняшнего дела сабля не годилась. Морису очень не хотелось оставлять своё оружие в этом доме, но по-другому не получалось.

Он выглянул в окно, проверяя – достаточно ли стемнело, и совсем не удивился, услышав робкий стук в дверь.

– Входите, – скомандовал Морис, поправляя поясной ремень.

В комнату вплыла Анабель – сама скромность, между прочим. Глаза опущены, в руках – поднос с кувшинчиком и бокалом.

– Принесла вам подогретого вина, сэр, – сказала она невинным голосом и прошла к столу, чтобы поставить поднос.

– Очень любезно с вашей стороны, – похвалил её Морис.

– Вы ещё не легли в постель…

– Вы не только любезны, но ещё и наблюдательны, – Морис потёр подбородок, раздумывая, и убрал саблю под кровать.

Девица не поняла иронии или сделала вид, что не поняла, и предложила:

– Налить вам вина?

– Нет, не хочу, – ответил Морис и перевязал волосы шнурком, чтобы не мешались.

– Оно вкусное, – сказала Анабель, помедлив. – Хотя бы попробуйте.

– Попробуйте сами, леди, а я не хочу.

– Не хотите вина, может, захотите чего-то другого?

Морис повернулся к девице и посмотрел на неё в упор. Черноглазая, как чертовка. И такая же бесстыжая. И думает, что самая хитрая.

– Возможно, что и захочу, – сказал он, уперев кулаки в бока. – Смотря что вы предложите.

– А если я предложу себя? – чёрные глаза вспыхнули, как угли.

– Очень заманчиво, – заверил её Морис. – Вы не только любезны и наблюдательны, но ещё и щедры. Предложили самое драгоценное.

Она улыбнулась, чуть пожав плечами, всем своим видом говоря: ну да, я такая, бери же меня поскорей.

– Но позвольте спросить, за какие заслуги мне такое счастье? – продолжал Морис. – Я вам так понравился красотой и статью?..

– И это тоже, – скромно заметила она.

– Или вы надеетесь, что я где-то там, – он ткнул пальцем за окошко, – возле столицы – богатый и знатный?

Улыбаться Анабель сразу перестала и посмотрела на