Баран и жемчуг - Ната Лакомка

Он видит всё именно так?.. Что за глупости…

Я растерянно смотрела ему в спину, пока он удалялся по коридору, а потом бросилась следом, и догнала этого барана во дворе, возле конюшни.

– Морис, – я опять преградила ему дорогу, и мне уже не было дела, что слуги таращатся на нас со всех сторон. – Не верю, что ты такой твердолобый, что считаешь меня расчетливой. Всё, что я делала по отношению к тебе – это по-настоящему. Да, я сомневалась. Да, я не сразу на это решилась, но ты-то не сомневался! Лез напролом, когда я просила остановиться! А сейчас? Когда надо идти вперёд, ты решил сбежать?

– Вы меня в трусости упрекаете, леди? – очень нехорошо усмехнулся он. – Тем более, плохая из нас получилась бы компания – трус и лгунья. Так что не будем гневить небеса. Прощайте.

– Морис! – крикнула я, уже не помня себя от злости, ярости и обиды. – Ты не сделаешь этого!

– Угу, – кивнул он мне через плечо, даже не замедлив шаг.

– Не смей так говорить со мной! – я ринулась в конюшню и попыталась помешать ему взнуздать коня.

Силы были неравны, да и подскочившая Арна сразу оттащила меня в сторону.

– Леди, пожалуйста… – испуганно шептала она. – Пожалуйста…

Что там – «пожалуйста», было не понятно, но сдаваться я не собиралась.

Рыцарь уже сидел в седле и направил коня из конюшни, но я оттолкнула Арну и повисла на поводьях, рискуя оказаться под копытами.

– Давай поговорим спокойно, Морис!

– Да вы совсем с ума сошли! – рявкнул он, спрыгивая с коня и оттаскивая меня в сторону. – Я сегодня же уезжаю! И вы не остановите меня, даже если поперёк ворот ляжете!

Я видела всё вокруг, как вспышки в темноте – вот Арна в ужасе прижимает ладони к щекам… вот Малькольм топчется на пороге конюшни, не решаясь вмешаться… а вот Анабель заезжает во двор на своей белой кобыле и в нарядном платье – на этот раз в зелёном…

– Давай поговорим, – сделала я последнюю попытку остановить Мориса. – Давай всё обсудим…

– Поговорили и уже обсудили, – жёстко ответил он, передал меня из рук в руки подбежавшей Пруденс, запрыгнул в седло и пустил коня галопом мимо Анабель, которая проводила его взглядом, а потом посмотрела на меня с неприкрытым злорадством.

– Кажется, твой опекун тебя только что бросил, Гутун, – сказала она с притворным сожалением. – Не волнуйся, я о нём позабочусь, – развернув лошадь, она погнала её следом за Морисом, лишь всплеснул подол зелёного платья.

А я только тогда расплакалась, уткнувшись кормилице в плечо. Арна обняла меня, и повела в замок, нашёптывая совершенно не нужные слова утешения.

Глава 10

Леди Маргарет плакала, и Морису стоило огромных усилий не развернуть коня обратно, чтобы броситься её утешать, просить прощения и чтобы тут же не потащить в церковь, а потом в постель. Или сначала в постель, а потом в церковь… Но он не оглянулся, хотя казался себе в этот момент не просто бараном, а ещё и свиньёй. И прекрасно мог представить, что сейчас чувствует маленькая леди. Получается, он не только предал её, но и унизил. Она предложила себя, а он отказался.

Морис стиснул зубы, призывая себя собрать волю в кулак.

Потому что в этом деле нельзя дать слабину. Если за леди Маргарет охотится тот же убийца, что подстрелил графа Сегюра, то дело плохо. Убийца с арбалетными болтами, на которых змеиное клеймо – это не оборзевший сосед, который сбежит, увидев саблю.

В тот раз Морис сам чуть не получил болт в живот, выскочив из шатра на крик графа. Убийца стрелял хитро, по низу, метя наверняка. Тогда Мориса спасло только звериное чутьё, отточенное на войне. Он успел отскочить в сторону, поворачиваясь на пятках – и болт прошёл ниже и левее, попав в ногу, а не в печень, как бедняге Сегюру.

Убийца успел сбежать и скрылся, а вот сейчас объявился снова – охотясь уже не на отца, а на дочь.

Но не стоит забывать, что сначала погибла мать…

В подобные совпадения Морис не верил, и сильно подозревал, что трагедии семейства Сегюров – это звенья одной цепи. Кто-то хочет уничтожить этот род… Но почему ждали так долго? Почему смерти происходили с промежутком в несколько лет, а до леди Маргарет убийца добрался спустя столько месяцев после убийства отца? Логичнее было бы примчаться сразу и тихонько прикончить наследницу, пока не появилась защита в лице некого сэра Мориса Мюфла, который слишком долго тащился сюда, а когда притащился – умудрился наделать столько глупостей, что впору было идти в монастырь, замаливать грехи.

Только возвращаться нельзя. Потому что Морис знал – один взгляд на Маргарет Сегюр, и вся его решимость лопнет мыльным пузырём. А уйти оказалось тем труднее, что именно сейчас всё сложилось так, как хотелось бы. Как он мечтал. Маргарет отказала жениху. И её отец был не против… Вот ведь хитрый лис Сегюр – ведь ни словом не обмолвился, что посоветовал дочери выбрать в мужья его, Мориса…

Она сомневалась, а потом выбрала. И она молодец, что не сразу бросилась на шею первому встречному с кулаками и саблей. Похоже, он ей нравится. По-настоящему.

Но достоин ли он такой смелой, благородной девушки? И захочет ли она повторить то, что сказала, когда узнает о нём правду?

Граф Сегюр говорил, что происхождение – ничто. Но ему хорошо было рассуждать, имея в предках десять поколений благородных сэров и лордов, и старинный замок в придачу. А что может предложить такой великолепной невесте как, леди Маргарет, тот, у кого ни рода, ни чести, ни земли?..

Позади раздался дробный стук лошадиных копыт, и Морис напрягся, ожидая, что это Маргарет предприняла последнюю попытку достучаться до него.

Но когда лошадь поравнялась с его конём, стало ясно, что леди Маргарет не совершила такой глупости. Не бросилась, очертя голову, за мужчиной. Мориса догнала Анабель Дофо, и сейчас она была – сама сладость и любезность. Она пустила лошадь бок о бок с конём Мориса и наклонилась к холке, пытаясь заглянуть рыцарю в лицо.

– Что произошло, сэр Мюфла? –