Ботаник - Анна Шварц

— Нет, твои хватания за плечо.

Он опускает взгляд на мою руку. Затем делает шаг, снова сближаясь со мной, и, наклонившись, проводит языком по тому месту, в которое вцепился пальцами минуту назад. Боже, будто бы это избавит меня от синяков, гений.

Затем он выпрямляется.

— Ну прости. — говорит он, сложив на груди руки. — Не привык еще правильно обращаться с чем-то настолько нежненьким. Оно мне только недавно впервые попало в руки.

“Чем-то”.

Я отхожу обратно к своему кофе.

— А что насчет твоих бывших девушек? — бормочу я, присаживаясь на стул и взяв чашку в руки. Отсюда я хорошо вижу этого монстра, кстати.

Он приподнимает бровь.

— У меня нет бывших. Это мои первые отношения, Вика. К чему вопрос?

— Я про твоих бывших партнерш. Они тоже нежные девушки. Мог бы приучиться и привыкнуть.

— А, нет. В этом случае мне было плевать, нежный ли там кто-то или нет.

Бедные девушки. В принципе, я еще беднее, потому что они один раз побыли с ним и разошлись, а я его уже восьмой день терплю.

Я смотрю на остатки пенки на кофе. Кстати, спросить его, что ли, раз тема зашла насчет бывших, напрямую насчет тех слухов, про которые рассказал его друг? Так интересно.

— Можно странный вопрос? — вырывается у меня, и я слышу смешок.

— Можно. Удиви меня чем-то странным, Вика.

— Просто до меня случайно дошел слух…Ну, о том, что ты когда-то кого-то чуть не придушил… в постели. — я проглатываю совершенно все подходящие и неподходящие слова, выдав эти дурацкие. Все дурацкое, но когда ты такое спрашиваешь, иначе и не выйдет. — И что ты вообще садист. Это просто глупый слух, вроде того, что ходил про твою стрельбу в школе?

Я поднимаю взгляд и натыкаюсь на его давящий взгляд, прямо-таки внимающий каждому слову, которое у меня сейчас вылетало изо рта.

— И кто же это сказал? — интересуется он.

— Я же говорю - просто слухи из института. Не помню уже. — бормочу я, решив не сдавать его друга.

— А, ну, дай угадаю за тебя. Тот, кто сегодня рассказывал тебе последние институтские сплетни, да? — с усмешкой спрашивает он, а я округляю глаза.

— Нет, это не твой друг.

— Интересно, что же мне сделать такого с Викиным лгущим языком? Столько приятных вариантов. Не знаю даже, какой выбрать. — он наклоняет голову немного набок, а я краснею. Блин, чертово лицо сдаст сейчас меня окончательно. — Так заметно, когда ты пытаешься врать.

Я молчу. Он тоже молчит, какое-то время рассматривая меня, все так же стоя и по-деловому сложив руки на груди.

— Так расскажешь, что там было-то? — тихо произношу я. Пялится так, будто заглядывает мне в душу и прикидывает, какой из кусочков еще откусить.

— Я думаю. — произносит он.

— О чем, блин?

— О том, что тебе все равно еще кто-нибудь слишком смелый рано или поздно расскажет все. И ты мне не будешь верить, если я сейчас отмажусь. Ладно. Это не слух. Было такое. Если он растрепал тебе и остальное - это тоже правда.

Я чувствую ,как у меня еще больше округляются глаза, пока я кошусь на него.

Да какого фига? Я только успокоилась после нашего... секса.

И вообще, что входит в “остальное”?! Все ли мне рассказали тогда, или только совсем краткий пересказ похождений этого демона? Я завтра же найду его друга и убежусь, что вытрясла из него все подробности.

— Но зачем ты такое делал?!

— Не скажу. — получаю я короткий ответ. Я смотрю на этого монстра-садиста предельно возмущенно, хотя, честно говоря, после таких историй, следовало бы по-хорошему бежать в окошко. Несмотря на этаж.

— Почему это?

— Потому что это ты точно ни от кого не узнаешь. Могу и утаить. Пф. — У него издевательски поднимается уголок губ в усмешке. — Да и после этого пугливая Вика явно будет бояться со мной спать. Хотя с тобой я подобного делать не собираюсь. Вообще, забавно, что такие слухи появились. Я всех предупреждал, что буду жестоким и буду плевать на их желания и просьбы. Так что они знали ,на что шли, странно было жаловаться и пытаться портить мне репутацию.

— Знаешь, что? — выдыхаю я, переваривая шок за шоком. После этой недельной шоковой диеты мне придется ложиться под капельницы с успокоительным. — Я и так не буду больше с тобой спать.

— Конечно, Вика. — он отлипает от кухонной тумбы и подходит ко мне, пока я настороженно смотрю на него. Затем наклоняется к моему лицу. — Я так уважаю твое право высказывать мнение в наших отношениях. Надеюсь, и ты уважаешь мое право это мнение игнорировать.

И пока мой мозг взрывается от его последней фразы, он целует меня. Что за гений хренов?

— Я в душ. — произносит он, прервав поцелуй. — Не хочешь переодеться и лечь спать?

Хочу оказаться от тебя за тысячу километров, долбанутый монстр. И от твоей удушающей заботы.

— Хочу. — мрачно говорю я.

— Ну вот. А говорила, что со мной спать больше не будешь.

Я закатываю дергающиеся глаза. Не буду с ним больше общаться. Господи, пожалуйста, подари мне кляп для этого демона. Я не настолько сильно нагрешила, чтобы целыми днями выслушивать все, что вылетает из его рта.

В конце концов, избавившись от этого ненормального, я переодеваюсь в купленную пижаму, и, прежде чем он возвращается, забираюсь под одеялко и закрываю глаза, чувствуя, как гудит уставшее тело и голова.

Ооооо…

Я правда после этого разговора хочу спать не здесь, а где-нибудь далеко-далеко отсюда. Но кто ж мне даст, блин.

Интересно, если я предложу этому монстру расстаться, он отправит меня родителям экспресс-доставкой или обычной почтой? Если бы у меня было девять жизней,я бы ради интереса ляпнула, что мы расходимся и посмотрела на тот аттракцион, который он мне устроит. Просто чтобы увидеть и понять, на что он способен. И есть ли у него хоть какие-нибудь границы.

Этот долбанутый садист возвращается в скором времени, но я успеваю поругать и позлиться на него в мыслях. Он появляется рядом с кроватью в другой одежде, распаковывает меня из одеяла, и устраивается рядом.

А потом сползает пониже, просовывает под мое тельце руку, и, обняв меня, зарывается лицом мне