Ботаник - Анна Шварц

— В чем? — слышу я его расслабленный голос.

— Ну, в том, что сейчас произошло.

— Правда что ли? Даже интересно, с чего ты решила, что я вижу в этом какую-то проблему.

О, конечно, для тебя почти ничего не проблема? Если ты знаешь лучший способ заставить ее исчезнуть. Вместе с человеком.

— Я про то, что есть экстренная контрацепция. Я через месяц сделаю тест и покажу тебе.

— Мне? — реагирует он, а я боюсь поднять голову и увидеть его лицо. — Зачем, Вика?

— Ну, чтобы ты убедился, что я не беременна, и не стану тебя шантажировать и создавать проблемы. Я правда-правда тоже не хочу беременности. Вообще. Дети - это как-то рано. О, если хочешь, то мы, конечно же, можем расстаться, если тебе это все не понравилось и наскучило. Я ничего не скажу против. Прости, пожалуйста. Я все исправлю.

После этих слов повисает гнетущая пауза.

Блин, я истратила весь запас тряпочных слов. Ему еще что-то надо?

Затем его пара пальцев поддевает мой подбородок и резко задирают мое лицо вверх.

Наши взгляды пересекаются и я ощущаю на себя пронзающий, давящий интерес этих холодных черных глаз. Этот демон какое-то время рассматривает мое лицо.

— Не могла бы ты сказать это еще раз? — произносит он, и прежде чем я открываю рот, зажмурившись, добавляет: — Нет. Смотри мне в глаза, Вика.

— Я не буду тебя шантажировать и создавать проблемы. — чувствуя себя уже в паре метров под землей от его взгляда, бормочу я.

Он внезапно издает “пф” и коротко смеется в руку.

Ну очень смешно. Сука.

— Ладно, эта часть была реально смешной. Шантажировать меня? Я бы на это посмотрел. Пожалуйста, сделай это как-нибудь. — он опускает руку, но легкое веселье и заинтересованность с его лица не исчезают. — А какие проблемы ты можешь мне создать?

— Я могу забеременеть. Но это…

— Это все? Не услышал среди сказанного проблем.

Я напряженно смотрю на него.

— Меня больше заинтересовала вторая часть. — продолжает он. — Про “расстаться”.

— Ну, если не хочешь расставаться, то я ничего не скажу, просто…

Он внезапно перемещает пальцы мне на щеки и сжимает, заставив снова вскинуть лицо, которое я все время стараюсь опустить.

— Вика. — произносит он, прибивая своим тяжелым прямым взглядом. Заставляя испытать весь спектр ужаса. — Хочешь секрет? Я очень плохо распознаю страх. Чаще всего я его путаю с чем-то, ну или вообще не замечаю. В принципе, это не проблема, я могу просто догадаться логически. Можно просто взять за аксиому, что когда я совершаю насилие, то подвергшийся ему всегда боится. Правда, мне на это насрать.

— Да? — растерянно произношу я, вообще не зная, к чему он это. Но если это его секрет, то там дальше точно будет звездец, после которого мне будут сниться кошмары. На том свете.

— Ага. Но у тебя страх так ярко написан на лице, что не распознать даже сложно. С первого дня нашей встречи в школе заметил. Он мне так нравится, но просто дико бесит, когда я не знаю его причину. — его пальцы внезапно перемещаются и сжимают мое лицо так, что губы делают “уточку”. — Так чего ты сейчас так боишься, Вика, и что вообще несешь и юлишь? Я не могу понять. У меня терпение кончается, и я тебя сейчас сожру, если не ответишь.

— Мне просто не хочется, чтобы ты решил убить меня из-за того, что случилось. – бормочу я.

У него приподнимается бровь.

— Я тебя?

— Ну да. — я снова опускаю глаза. Такое удивление, будто бы он подобное никогда не планировал, а побегушки на пруду мне приснились. — Вряд ли тебе нужны дети. Это ведь большая и обременительная проблема, и ты до этого говорил, что тебе отношения неинтересны. Мне подумалось, что ты такое можешь сделать. Поэтому я обьясняла, что ни в коем случае детей не заведу и не допущу беременности.

В ответ я слышу молчание и снова осторожно смотрю на него. Он стоит, прикрыв глаза, а когда открывает, мрачно смотрит в пространство, будто сейчас готовится открыть там разлом в ад.

— Отчасти ты права. Да, мне правда не нужны дети. — произносит он.

— О, вот поэтому я…

— От кого-то другого. — сквозь зубы заканчивает он, внезапно так стиснув всей пятерней мою челюсть, что у меня не только уткогубы появляются, а все перекашивает. Скотина! — Конечно, тогда это была бы не просто обременительная, а раздражающая проблема, и я смог бы убить, если б кто-то заикнулся о шантаже. И отошения с другими мне совершенно неинтересны. Никакие. Но ты вроде Вика, а не кто-то другой. Почему бы тебе сначала не спросить мои мысли, прежде чем трястись, раз мы встречаемся? Хуже бы явно не стало, да? В худшем случае ты б могла тогда после моего ответа толкнуть эту забавную речь.

Я пытаюсь кое-что сказать, но с его хваткой на лице это сложно сделать.

— Вика, тебе нужны дети?

Я в ужасе пытаюсь потрясти головой.

— Не могла бы ты ,наконец, убрать ужас с лица и снова ответить? Я тебе совершенно ничего не сделаю за любой ответ. Мне нужно исключительно услышать твое желание.

— Мм!

— А, ну да. — он разжимает пальцы, отпуская из тисков мое лицо. — Забыл.

— Конечно я не хочу детей в таком возрасте. — бормочу я.

— Хорошо. Купить тебе экстренную контрацепцию или хочешь подождать и посмотреть на результат?

— Нет, не хочу посмотреть. Купить. – снова бормочу я. Господи, а он что, если бы я сказала” хочу детей”, просто сказал бы мне “ладно”?

— Я схожу в аптеку. Бедная Вика. Придумала какую-то херню. Попробуй только однажды сбежать, надумав что-то в этом духе. Я тебя тогда сожру и выебу. Теперь мне придется тебя жалеть, чтобы ты успокоилась?

— Не надо. — бормочу я. После предпоследнего предложения я как-то и не хочу жалеться.

— Да что ты? Я все равно пожалею.

Блин, из его рта это звучит как угроза. И правда - в этот момент он снова берет меня за бедные щеки и целует меня с языком. Я протяжно выдыхаю, закрывая глаза.

Какой интересный, блин, способ жаления. Это потому