Заноза - Любовь Хилинская

- Лера зовут, с шейкой не все ладно, - усевшись на кровать, ответила ей. – Короткая стала. Зашивать, наверное, будут. Или пессарий наденут, не знаю еще.

- Ну, у тебя ж еще срок не очень большой, надо лежать! – авторитетно сказала еще одна соседка, молчавшая до этого.

На вид ей было явно больше сорока, и лежала она, как оказалось, еще дольше Варвары, сохраняя свою беременность почти с такого же срока, как у меня. Как потом выяснилось в разговоре, первого своего ребенка она родила три года назад в двадцать семь недель. Мальчонка умер через три месяца в больнице, а она вот как-то сумела психологически восстановиться и решилась снова рожать. Сейчас у нее было уже тридцать пять недель, совсем скоро уже встретится с малышом.

Выйдя в коридор, я позвонила Грише, но он не брал трубку. Видимо, в операционной, сейчас же разгар рабочего дня. Сообщив Белолецкой, что лежу на сохранении, дозвонилась до Раисы Михайловны.

- О, Валерия Игоревна! – обрадовалась та. – А я уж хотела тебе звонить. Тут у нас Шиловский вернулся, на завтра уже операционный план расписал, будем пахать, как маленькие пони!

- А я сама в больнице, - сердце мое екнуло при сообщении, что Алексей в городе. – В роддоме, вернее, на сохранении. Не смогу выйти. Да и вообще, видимо, уже не смогу до родов точно.

- Так, - в голосе главной сестры послышалась озабоченность, - ты там давай вылеживай, сколько надо, это тебе сейчас важнее. Шиловскому я скажу. Ты в каком роддоме-то?

Сообщив, где я нахожусь, отключилась и уставилась на телефон, словно он мог взорваться в моих руках.

Алексей вернулся.

В тот момент, когда я хотела положить гаджет в карман, он зазвонил. Гриша. Сбиваясь и волнуясь, я выложила ему, где нахожусь, просьбу привезти пакет с вещами и позаботиться о коте, который в последнее время делал вид, что он самое больное животное в мире. Ветеринар сказал, что притворяется, так как все анализы были в порядке, но я все равно беспокоилась.

- Конечно, привезу, Лер, - в голосе парня слышалось напряжение. – Ты не переживай ни о чем, лежи спокойно. И вещи привезу и вкусняшек. Тебе там надо позитивные эмоции сейчас.

Вернувшись в палату, я легла в кровать, прислушиваясь к себе. Все было в порядке, Юля все также барабанила в живот, никаких неприятных ощущений я не испытывала, так что, успокоившись, расслабилась и приготовилась ждать врача для осмотра.

- Миронова? – рявкнул кто-то, резко распахнув дверь.

- Да? – подняв голову, посмотрела на санитарку.

- Так пришли к вам! – качнула она головой. – Двое.

Двое?

Поднявшись, я вышла в коридор и потопала к выходу из отделения. Уже в дверях увидела, как в комнате для посещений стоят на расстоянии Гриша и Алексей, сверлящие друг друга глазами. Блин! Цирк с конями какой-то!

Глава 33

Остановившись, я перевожу глаза с одного мужчины на другого. Мама! Куда бечь отседова, спасите-помогите! Такое впечатление, что они сейчас друг друга поубивают, а потом и меня заодно укокошат как главного злодея этого романа. Вернее, злодейку.

Я даже отступила на шаг назад, малодушно подумав, что побег в данном случае – идеальное решение ситуации. А эти два товарища пусть сами как-нибудь...

- Лера! – заметил меня Шиловский.

Пришлось выйти из сумрака и несмело пойти навстречу похудевшему красавчику. Мда, похоже, не сладко ему было в Москве - лицо осунулось, глаза ввалились, да и выглядел он не самым лучшим образом.

В сердце шевельнулась жалость, захотелось обнять Алешеньку, прижать его к себе, или самой прижаться, но я подавила этот порыв, наткнувшись на настороженный взгляд Гриши. Блин, ну и ситуация! Как в плохом романе!

- Что случилось? – Григорий тоже шагнул вперед, озабоченно ощупывая взглядом мое лицо.

Пришлось отвечать сразу обоим:

- Врача еще не было, поэтому я пока определенного ничего не могу вам сказать. Акушерка говорит, он в операционной, как выйдет, сразу осмотрит меня, потом уже сообщу, что случилось и как дальше действовать. Шейка укоротилась, есть угроза преждевременных родов.

Алексей двумя шагами преодолел расстояние между нами и заключил в объятия, буквально вдавив носом в свою пахнувшую табаком и туалетной водой рубашку на груди.

- Что ж ты молчала все это время? – пробормотал он, касаясь губами края моего уха.

- Руки убрал от нее! – прорычал Плотников, дергая Шиловского за плечо. – Ты здесь никто, и можешь убираться восвояси!

Гриша вырвал меня из объятий Алексей и отпихнул себе за спину, вцепляясь в воротник хирурга и подтаскивая мужчину к себе. Тот тоже не остался в долгу и поступил аналогично.

- Ты ополоумел, Плотников? – сузив глаза, спросил Шиловский, сверля взглядом моего жениха. – Я так-то не к тебе пришел, это раз, и это моя будущая жена, это два. Мы ждем ребенка.

- Нихрена ты не понял, баклан! – резко ответил Гриша, тряхнув отца моей Юльки. – Лера – моя невеста, мы подали заявление в ЗАГС, и тебе надо убраться отсюда.

- Ой! - Внезапно заглянувшая в помещение одна из пациенток схватилась за круглый большой живот и сиганула назад.

Я бы тоже хотела последовать ее примеру, однако, умоляюще сложила руки и обратилась к мужчинам:

- Прошу вас, не надо разборок! Давайте все обсудим мирно!

- Нихрена этого не будет! – упрямо возразил мне жених, гневно пыхтя в лицо оппоненту. – Этот урод приперся сюда для какой цели? Тебе нужен отдых и положительные эмоции, а он что, готов их предоставить? Вали отсюда! – обратился он уже к Шиловскому, толкая того от себя, отчего Алексей споткнулся, но сам не выпустил рубашку Гриши и крепко сжатых кулаков, и дернул того на себя.

- Ты еб**лся? – повысил он голос. – Ты кто такой вообще? Пошел на**й отсюда!

- Что здесь происходит? – раздался мужской голос от двери.

Я обернулась, увидев высокого врача в накинутом поверх хирургической пижамы одноразовом халате, шапочке и сдернутой на подбородок маске. За ним маячил охранник в форме, пытаясь протиснуться следом.

- Кто отец? – грозно продолжил доктор, шагая в нашу