Золотое королевство - Сьюзен Виггз

– Они прибыли сюда под флагом перемирия, – сказала девушка, и на лице ее, несмотря на веснушки, бледность стала еще заметней. – И их безопасность для вас – долг чести.

На мгновение в глазах секретаря сверкнула ненависть, но тут же исчезла и сменилась выражением неодобрения.

– Я отведу вас к наместнику, – он не скрывал своего нежелания делать это.

– Пресвятой Господь, – шепотом заговорил Дрейк, когда они вслед за секретарем шли в расположенную в кормовой части судна каюту наместника. – С чего это ты едва не задушил этого ублюдка?

– Мне не понравилось, как он разговаривал с девушкой.

– Ну, знаешь, ты выбрал не совсем подходящий момент для проявления рыцарских чувств.

– Он ведет нас к наместнику. Может быть, я его напугал, и он решил удовлетворить нашу просьбу.

Они вошли в роскошную каюту. Наместник короля в Новой Испании сидел за большим резным столом. Сначала Эван не мог разглядеть его лица, был виден только силуэт его тщательно подстриженной головы, круглый жесткий воротник, да непомерно утрированные из-за костюма плечи. Когда глаза привыкли к тусклому освещению, Эван поклонился. От взгляда черных глаз наместника кровь застыла у него в жилах.

– Значит, – сказал дон Мартин, – вот кого еретики присылают в качестве послов?

Эван старался не показывать своего страха перед ледяным презрением наместника.

– Я всего лишь скромный посланник, милорд.

Он поспешно представил себя и Дрейка.

– Зачем вы прибыли сюда?

– Джон Хокинз, капитан нашей флотилии, приветствует вас.

Произнося заготовленную речь, Эван видел, как советники наместника придвинулись ближе к столу. Эван не спускал глаз с дона Мартина. У него было чувство, будто он смотрит на змею – у наместника был такой же гипнотически притягивающий, но смертельно опасный взгляд.

– При всем уважении к вашему превосходительству, – Эван заставил себя продолжать, – вам придется выполнить ряд условий, прежде чем наш капитан позволит вам войти в порт Сан-Хуан.

– Условия!

Дон Мартин сидел неподвижно, но его глаза метали молнии и голос звучал подобно раскатам грома.

– Я прибыл сюда как верховный представитель Новой Испании с флотом и огромной военной силой, а вы смеете говорить мне о каких-то условиях? И преграждать путь?

– Сэр, единственное, чего хочет наш капитан, – это сохранить мир и дать небольшой отдых своим людям.

– Что происходит? – поинтересовался Дрейк.

Эван вкратце пересказал ему разговор. Дрейк погладил рыжую бороду.

– Не могу винить его за то, что он оскорбился. В конце концов, этот бедняга проделал такой длинный путь, а увидел английскую эскадру у ворот своего королевства. Естественно, что этому напомаженному ублюдку такой поворот дела не понравился.

– Будьте любезны, следите за своими выражениями, – произнес на чистейшем английском языке один из сидевших за столом мужчин.

Дрейк и Эван удивленно посмотрели на говорившего. Эван сразу же решил, что это отец девушки, за которую он вступился – такое же царственное выражение лица и те же светло-серые глаза. Он был уже немолод, но все еще красив. Его кожа и белки глаз имели желтоватый оттенок, что свидетельствовало не об одном приступе тропической лихорадки.

– Дон Мартин не говорит по-английски, – объяснил он посланцам, – но если вы будете продолжать оскорблять его, боюсь, мне придется посоветовать ему выгнать вас немедленно.

Краска разлилась по лицу Дрейка, окрасив его до кончиков ушей.

– Говорите на языке короля, дон Филипп! – потребовал дон Яго, стукнув ногой по полу.

Эван откашлялся и снова обратился к наместнику на испанском:

– Сэр, возвращаясь к нашим условиям, мы просим только…

– Никаких условий! – взорвался дон Мартин. – Я наместник короля! У меня тысяча людей, и я войду в свой собственный порт тогда, когда захочу.

Эван почувствовал, как его охватывает гнев, опасный для благополучного завершения их предприятия.

– Милорд, мы представляем Ее Величество королеву, и капитан Хокинз – тоже наместник королевы. У нас достаточно пороха, и мы хорошо умеем стрелять, так что испанским солдатам есть о чем подумать.

Такая самонадеянность поразила испанцев. Дон Филипп обменялся взглядом со своим соседом – мужчиной с длинными черными волосами, сидевшим на стуле как-то неловко.

– Господи, Эван, – зашептал Дрейк. – Что ты сказал?

– По-моему, я только что пригрозил сражением.

– Отличная работа, – криво усмехнувшись, пробормотал Дрейк.

Первым взял себя в руки наместник.

– Корсар с чувством собственного достоинства, – заговорил он. – Очень необычно. Молодой человек может передать своему капитану, что мы заключим с вами договор.

Эвану можно было порадоваться уступке. Но наместник улыбнулся холодной уверенной улыбкой дуэлянта, готового нанести последний смертельный удар.

– Просто удивительно, – заявил Дрейк, прижимая к груди договор и письма, когда они плыли обратно, к своим кораблям. – Мы заключили удачное соглашение с этими коварными хитрецами.

– Ты думаешь? – Эван вспомнил загадочную улыбку наместника. – А я сомневаюсь.

– Да что тут сомневаться, – Дрейк похлопал по документам. – Здесь все, чего мы хотели. Нам позволяют починить корабли и закупить провиант. А мы сохраняем контроль над островом в качестве гарантии нашей безопасности. Ни один вооруженный испанец не высадится на острове. К тому же мы обмениваемся десятью заложниками, – удовлетворенно улыбнувшись, он откинулся на борт шлюпки. – Для флотилии из десяти ней справных кораблей мы заключили неплохую сделку!

В эту ночь Эван спал очень плохо, постоянно ворочаясь в своей подвесной койке и просыпаясь от каждого скрипа дерева. В предрассветных сумерках он оставил тщетные попытки уснуть и вышел на палубу.

Обе флотилии стояли на якоре. Испанские и английские корабли отделены были друг от друга не более чем двадцатью ярдами.[7]Спокойная вода имела темный, непроницаемый оттенок чернил. Эван вскинул голову: где-то между материком и островом послышался всплеск.

«Это, должно быть, рыба», – успокоил он себя. Но звук повторился, за ним послышался знакомый скрип уключин и приглушенные голоса.

Эван перегнулся через перила, вглядываясь в темноту, пока не заболели глаза. Неясная тень скользнула по волнам в направлении испанского флагмана. Вдруг тень обрела отчетливые очертания, и подозрения Эвана стали твердой уверенностью. Охваченный тревогой, он поспешил к капитану Хокинзу.