Любовь бесценна - Пэгги Гэдис

Это произошло день или два спустя, в самом конце рабочего дня. На столе Эйлин сработал сигнал вызова. Мисс Коуплэнд вновь вызывала в свой кабинет. Она весело щебетала по телефону, и Эйлин пришлось подождать у двери, пока начальница не произнесла: «Пока, дорогой» — и не положила трубку.

Пэйдж повернулась, увидела Эйлин и ледяным тоном осведомилась:

— Да? Что вы хотели?

— Вы вызвали меня, мисс Коуплэнд.

Пэйдж удивленно приподняла брови, будто сомневаясь, и Эйлин добавила:

— Я Эйлин Дугган.

— Ах, конечно, девушка с собаками, — немного подумав, вспомнила Пэйдж. — Хотела воспользоваться вашими услугами. У меня есть собака, Чери. Очень нервная и чувствительная. С прислугой она не ладит. Я подумала, что, возможно, вы могли бы заняться ею.

— Даже не знаю, мисс Коуплэнд. Откровенно говоря, уже сейчас у меня собак больше, чем сил, чтобы с ними справляться, — начала было Эйлин.

— Что вы, с Чери необходимо заниматься индивидуально. Я не желаю, чтобы она общалась с другими собаками, — брезгливо поморщилась Пэйдж. — Естественно, речь идет исключительно о персональном выгуле.

Становилось очевидным, что у нее нет ни малейших сомнений — отказа не будет.

— Ну-у-у, я думаю, что могла бы уделять ей по полчаса два или три раза в неделю, — подумав, сказала Эйлин.

— Чушь. Ей необходимы полчаса утром и не меньше часа вечером, — отрезала Пэйдж. — Полагаю, вы сможете это устроить, мисс Дугган.

— Разве что за двойную плату, — твердо ответила Эйлин.

Глаза Пэйдж блеснули холодом, но зазвонил телефон, и она поспешно согласилась:

— Что ж, значит, договорились. Буду ждать вашего звонка сегодня вечером.

Эйлин вернулась на рабочее место, и Луиза с тревогой поинтересовалась:

— Неприятности? Почему она сама тебя вызвала? Ведь у нее же есть секретарь, а у секретаря помощник?

— Она решила воспользоваться моими услугами. Хочет, чтобы я выгуливала ее собачку, Чери.

Луиза открыла рот и уставилась на нее:

— О нет, только не Чери! Самая избалованная псина в мире! Одно то, что она пьет ровно в пять вечера цейлонский чай со сдобными булочками!..

— Поверить не могу, неужели можно так избаловать собаку? — прыснула Эйлин.

— Чери, девочка моя, — это породистый французский пудель, имеющий собственного визажиста, собственную служанку и, осмелюсь предположить, дворецкого!

Эйлин улыбнулась:

— Я приступаю сегодня вечером, так что теперь одной нянькой у нее станет больше! В конце концов, деньги есть деньги, и они в наше время никогда не бывают лишними. Если Чери сможет выписать мне чек…

— Принимая во внимание то, что слышала и читала о ней я, не следует исключать это из списка ее способностей, — проворковала Луиза. — Такое впечатление, она разве что говорить не умеет. Так что, может, и выпишет, если, конечно, не сочтет подобное занятие слишком мелким и незначительным.

Эйлин решила, что лучше всего к своей новой подопечной отправиться прямо из офиса. Новый роскошный отель, где жила Пэйдж Коуплэнд, был построен ее фирмой, и Пэйдж занимала в нем пентхаус на пятнадцатом этаже. Деловые переговоры с «клиентами» Пэйдж наверняка проводила здесь, заставляя их надевать строгий ошейник и бегать в нижнем белье вокруг нее, словно преданных доберманов. Эйлин постаралась отбросить ненужные мысли. Пересекая огромный холл отеля «Коуплэнд», она чувствовала, что с каждой секундой будто уменьшается в размерах.

Девушка назвала лифтеру этаж, но тот указал ей на лифт напротив и пояснил:

— Там личный лифт мисс Коуплэнд. Только он поднимается так высоко. А этот едет не дальше четырнадцатого.

Эйлин пересекла фойе, нажала кнопку вызова и стала ждать, с живым интересом оглядываясь по сторонам. Наверное, и правда неплохо быть богатой и позволять себе столь шикарное существование. Совершенно беспроблемная жизнь. Покупаешь, что тебе нравится, и выбрасываешь, когда оно надоедает. Нанимаешь лучшую в мире прислугу, путешествуешь по миру… Словом, наслаждаешься жизнью вовсю. Какие трудности могут всерьез взволновать богатого человека? Дверь кабинки лифта раскрылась, и она вошла в нее. Первым, кого увидела Эйлин, ступив в фойе пятнадцатого этажа, был дворецкий. Она обратилась к нему с чарующей улыбкой, даже не отдавая себе отчета в том, что впервые в жизни заводит разговор с дворецким.

— Здравствуйте, — улыбнулась она. — Я новая сиделка Чери. Пришла начать занятия.

Дворецкий, весьма упитанный и с проблемой хлеба насущного явно незнакомый, изменился в лице и приложил — это было заметно — массу усилий, чтобы сохранить фирменную невозмутимость.

— Хвала Всевышнему, — все-таки не выдержал он. — Пускай уж лучше вы, мисс, будете заниматься этой псиной, чем я. Надеюсь, вы простите мне откровенность. Не затруднит ли вас подождать здесь? Я схожу и посмотрю — наверное, маленькое чудовище уже прикончило свой ужин.

Лакей повернулся и ушел. В его движениях и манерах сквозило врожденное высокомерие. Возникшие было подозрения в нарочитости тут же показались Эйлин надуманными и безосновательными. С возрастающим интересом она смотрела ему вслед. Дверь, ведущая из фойе в огромную гостиную, была открыта. Гостиная располагалась по ширине всего здания. Французские окна выходили на просторную террасу. С одной стороны открывался вид на город в розовом сумраке вечернего неба, с другой — захватывало дух от шумевшего внизу океана. Эйлин была так очарована зрелищем, что не слышала, как открылись двери лифта. Мягкий, полуироничный, дружелюбный мужской голос раздался неожиданно прямо над ухом. Эйлин отшатнулась и с перепугу вскрикнула.