В твоё доверие. По рукоять - Ди Темида

Конец этой тренировки ознаменовался следующим результатом: я была первой по количеству попаданий – двенадцать попыток из двенадцати, где все десять ножей каждый раз врезались в центральную точку. Краем глаза отмечала на протяжении всех двух часов, как большинство ребят восхищенно вздыхают, наблюдая за моим метанием. Это воодушевляло и окрыляло до невозможности…

На втором условном месте – фактически рейтинги мы не вели – был Крис, у которого стабильно в яблочко попадали семь ножей из десяти. На третьем был Норд, чей мрачный взгляд в момент моего первого триумфа был единственным проявлением эмоций за всю тренировку.

В течение занятия у меня было чувство, будто холодное оружие, до этого незнакомое руке, вселяет в мое сознание и тело неведомую магию. Как только Лэн объявил окончание тренировки, она словно исчезла из меня, оставив опустошение и утомленность.

– Гамильтон! – окликнул он меня, пропуская уходивших новобранцев моей группы. – Останься, собери инвентарь.

Я послушно кивнула. Собрав свои ножи в специальный чёрный чехол, перешла к другим столам исходных позиций.

– Ну, Грейс… Расскажешь, где так научилась метать? – инструктор прислонился к одному из столов, всё так же скрестив руки в привычной позе, сощуренно наблюдая за моими действиями.

Я осторожно засовывала каждое лезвие в отведенное место в чехле.

– Мне правда нечего рассказать, Лэн. Для меня всё это настолько же в новинку, как и для тебя, – просто ответила я. – Но знаешь… У меня наконец-то появилось чувство причастности и нужности.

Разоткровенничалась. И зачем?.. Однако памятуя наш разговор в лазарете, он обдумывал мои последние слова и перевёл взгляд на стену напротив.

– Стоит сказать, это действительно может помочь в продвижении после финального норматива. Если также хорошо сдашь стрельбу, физподготовку и пройдешь все не боевые тестирования.

– Да, понимаю, – я убрала все ножи и посмотрела на инструктора. – Это… хм, как-то должно усреднить мой провал по рукопашным.

– Скажи мне, – задумчиво вдруг произнёс Лэн. – В чём заключается твоя преграда ударить человека? Защитить себя? Ведь она явно есть.

Он постучал себя по виску:

– Вот здесь. На психологическом уровне.

– Я… Не знаю, – ответила я, и признание было нечестным. – Правда не знаю, Лэн. Я запоминаю всю теорию по блокам, ударам, подножкам и прочему, всё, что ты нам даёшь, но как только дело доходит до ринга, словно отключаюсь.

– Метая ножи в первый раз, ты тоже словно отключилась, – Лэн собрал все чехлы с ножами. – Нарушила мою команду, вся растворилась в процессе, не с первого раза услышала, что я окликаю тебя. Следовало бы, конечно, назначить наказание, но я настолько поражен твоей меткостью, что просто не могу этого сделать.

Он выдержал паузу, ожидая от меня реакции, но, не получив ничего в ответ, кроме поджатых губ и виноватого блуждающего взгляда, так же серьёзно продолжил:

– Когда придёт время метать ножи или стрелять в живого человека, не возникнет ли перед тобой очередная преграда подобно той, что мешает драться?

Я вздрогнула, представив это на секунду, – с какой стати я вообще на Островах должна в кого-то стрелять? – но мой последовавший дальше ответ показался чем-то настолько естественным и верным, словно я всю жизнь знала, что отвечу только так и никак иначе:

– Нет, не возникнет.

***

Каждая капля дождя тяжёлым молоточком впечатывалась в наши мертвецки уставшие тела.

По колено в грязи, я пыталась взобраться на металлическую сетку, чтобы перемахнуть на ту сторону импровизированной стены, в надежде закончить, наконец-то, эту чертову полосу препятствий. Комки грязи слетали с моих ладоней на промокшее от пота и ливня лицо, пока на последнем издыхании медленно карабкалась наверх.

Где-то вдалеке слышалось эхо голоса Лэна, стоявшего с секундомером под тентом, а совсем рядом раздавалось пыхтение Шайло.

Бросив быстрый взгляд в её сторону и заметив, как безуспешно она пытается взяться скользкими руками за металл сетки, я, недолго думая, протянула в её сторону макет висящего на мне автомата. Шайло смогла ухватиться за прорезиненную часть приклада. Подтянувшись, она с рыком залезла на сетку.

Мы бежали эту полосу при полной экипировке, и лишь оружие было ненастоящим. Однако по весу макет выданной нам штурмовой винтовки ничуть не уступал реальному аналогу Storm MN-4.

Прошло около недели с момента нашей первой тренировки по метанию холодного оружия или чуть больше – не знаю, для меня все дни слились воедино. И если с ножами, кинжалами и небольшими боевыми топориками всё было ясно и довольно просто, то с огнестрельным оружием дела обстояли иначе.

Мы ещё ни разу не пробовали свои силы в стрельбе: на тренировках уделялось особое внимание разбору и сборке винтовок и пистолетов на время, их видам, в каких целях и ситуациях можно использовать то или иное оружие. Про технику безопасности просто молчу – Лэндон с остервенением вбивал в наши головы её так, что после очередной тренировки казалось, что из головы намертво торчали длинные гвозди под названиями «всегда держать пистолет на предохранителе», «если достаешь ствол – стреляй, не раздумывая» и «проверять оружие перед любой операцией». Даже к холостым выстрелам по мишеням он нас пока не допускал.

С одной стороны, такой серьёзный подход к обучению радовал тем, что нам действительно необходимо было впитать в себя максимум теории, чтобы после перейти к практике – среди нас было немало и тридцатилетних раздолбаев, которые могли случайно пальнуть друг в друга, получи они сразу возможность стрелять. С другой стороны, тот огонь, разгоревшийся где-то в районе грудной клетки от осознания наличия у меня отменного глазомера, не давал покоя, ведь я страстно хотела проверить, буду ли так же метка в стрельбе, как и в метании?

И моё нетерпение всё никак не вознаграждалось…

– Напомни мне… – просипела рядом Шайло, которая успела поравняться со мной и отблагодарила за помощь кивком, – убить Лэндона, когда мы дойдем до финиша…

– Если… Если мы дойдем до финиша, – я начинала злиться на эту чертову сетку, каждый квадрат которой резал ладони при захвате.

Защитные перчатки остались где-то позади в грязи после того, как с треском порвались при спуске с каната.

Мне не хотелось думать о том, что к финишу полосы препятствий мы прибудем последними. Успех, приобретённый мною за метание, стремительно испарялся от новых неудач в очередных спаррингах, и сейчас хороший результат за прохождение этой адской мили был бы очень кстати.

Шайло ловко перелезла через стену и спрыгнула, я вслед за ней. Мои надежды на быстрое окончание полосы не оправдались.

Снова тёплая грязь, правда, не такая глубокая, как до сетки. Но её вполне хватало, чтобы