Нежеланный ребенок майора - Лена Голд

– Так, – строго произносит он, отталкивая от себя тарелку. – Давай договоримся. Прекращаешь мне выкать. Называешь меня Тимофеем или же, как меня зовут постоянно близкие, Тимой.  

– Хорошо, Тимофей, – смотрю ему в глаза и хочу понять, где я их видела. Уж больно знакомыми они мне кажутся.  

– Чувствуй себя как дома. Я в душ, а потом поговорим.  

Майор выходит из кухни, а я решаю убрать со стола. Мою посуду и иду в гостиную. 

Делать всё равно нечего. Дом огромный, кстати, чистый. Но никаких следов женского присутствия я тут не замечаю.  

То и дело смотрю на экран своего телефона. Девушка брата звонила раз сорок, не меньше. Но отвечать совсем нет желания. Наверняка брат попросил, которого я уже ненавижу больше всего на свете. Но в то же время... Очень соскучилась по Дашке – племяннице.  

Но всё равно бросаю мобильник в сторону. Не хочу я отвечать... 

Звенит дверной звонок. Так настойчиво, аж голова болеть начинает от этого звука.  

Майор сказал: «

Чувствуй себя как дома».

 Интересно, он не будет злиться, если я открою дверь?  

Ладно, забиваю на всё и всё же щелкаю замком, забывая посмотреть в глазок. Вижу перед собой девушку. Лет двадцати восьми. Стройная. Ухоженная. И безумно красивая.  

Она сканирует меня своим черным взглядом, поджав свои пухлые губы. А потом произносит, всматриваясь куда-то мне за спину: 

– Что это значит, Тимофей? Ты из-за нее меня отшил? С каких пор ты начал  

малолеток ...!? 

Глава 3

Алиса

– Что это значит, Тимофей? Ты из-за нее меня отшил? С каких пор ты начал малолеток ...!?  

Резко поворачиваюсь назад, не понимая, с кем она говорит. И что вообще за слова? Что за наглость? Кто она?!  

Хмурый майор стоит позади меня в одних штанах, открывая нашему взору обнаженный торс. Кубики пресса. Не отрывает взгляда от гостьи, а  я – от его идеального тела. Смотрит на девушку странно. Угрожающе, что ли...  

– Лис. Иди в комнату, – звучит как приказ. И я не задумываясь отстраняюсь от двери и бегу в Машину комнату, слыша за спиной мужское рычание: – Что это значит, Таня? 

Маша... Таня... Кто они вообще такие?  

Тимофей

Свободные отношения. Никаких обязательств. У каждого своя личная жизнь.  

Так мы с Таней начинали... 

А сейчас она стоит на пороге и строит тут из себя стервозную бабу, устраивает сцену ревности, будто она моя невеста или же вообще жена. Терпеть не могу таких женщин... 

– Я сказал. Что. Это. Значит?! – рычу от злости, подталкивая ее к лестничной площадке, дабы Лиса не услышала. Таня и так наговорила лишнего, я бы сказал, опозорила меня на глазах у мелкой девчонки, которая абсолютно ничего не должна знать о моей личной жизни.  

– Т-ты... Я ждала тебя. А ты меня... Из-за нее? А я ведь готовилась! Тебя ждала! Ай! Больно, Тим.    

Только сейчас замечаю, как сжимаю ее локоть. Отпускаю моментально, отстраняясь.  

– Не надо меня ждать! Я тебе отправил сообщение. И ты прекрасно знаешь, как я не люблю женщин в своем доме! – шиплю сквозь стиснутые зубы, сцепляясь с ее темным взглядом своим. Ее глаза блестят, а мне почему-то всё равно. Потому что клятву верности я ей не давал. И с кем и когда буду встречаться – это абсолютно не ее дело. – И вообще! Я терпеть не могу такое поведение. И это не первый раз. Теперь шагом марш домой. И больше здесь не появляйся. Всё!  

– Да ты чего? Тим... Из-за нее, что ли? – касается тонкими пальцами моей шеи, на что я лишь поджимаю губы, убирая ее руку со своего тела.  

– Она тут абсолютно ни при чем! Ты перегибаешь палку, Таня. Дома могла быть моя сестра или... 

– Твоя сестра – инвалид! – говорит и сразу же закрывает рот ладонью, понимает, что ляпнула лишнего.  

– Заткнись, дура! – вызываю лифт, и двери сразу же открываются. – Шагом марш! И больше  никогда тут не появляйся. Иначе... Пеняй на себя! 

– Тим... Прости меня, я... Прости, оговорилась! 

Дальше я ее не слушаю. Жду, когда лифт двинется с места, и иду обратно домой.  

– Алиса! – зову ее, натягивая на себя футболку.  

Девчонка молча выходит из комнаты Маши и садится напротив меня на диване, накрывая бедра одной из подушек. Кхм. Слишком коротка ей одежда сестры. Нужно предпринять меры. Завтра же.  

– Я... Простите. Не хотела бы быть причиной... 

– Ты здесь ни при чем. И я же просил не выкать, Алиса, – строго произношу, не отрывая от нее пристального взгляда.  

– Как-то некрасиво вышло... – шепчет себе под нос, пряча свои зеленые кошачьи глаза.  

– Терпеть не могу женские истерики. Тем более когда они, не зная ничего, вот так вот несут полную чушь. Никакого доверия!  

– Я бы не назвала это недоверием, – твердо произносит. – Ревность?!  

То ли утверждает, то ли вопрос задает.  

– Разъясни, – требую. Аж славно становится с ней говорить на эту тему. Ну что она вообще знает об отношениях?  

– Ну... Будь вы моим... – закусывает губу. Замолкает. Краснеет на глазах.  

– Продолжай, – похоже на приказ. И почему-то не могу спрятать улыбку.  

– Я... Прошу прощения... 

– Алис, продолжай. Мне интересно, как у вас там всё устроено в голове... 

– Будь вы моим мужчиной, я, наверное, так же реагировала бы. Ну, конечно, такие слова не сказала бы... Но всё же. Обидно было бы.  

– А сначала спросить? – приподнимаю вопросительно правую бровь.  

– Не знаю я, –  равнодушно пожимает плечами. – Говорят, когда люди влюбляются, они могут делать глупости.  

– Говорят? – громко смеюсь, откидываясь на спинку дивана. – Лис, ты вообще влюблялась?  

Алиса

– Лис, ты вообще влюблялась? – задает он такой неожиданный вопрос, я аж замираю. Не знаю, что ответить, но решаю не врать. Да и зачем? 

– Нет, – честно признаюсь. А еще... Мне так легко рядом с ним. С виду такой серьезный, даже опасный. Но на самом деле шутливый и такой приятный в