Обнажаясь для тебя - Надежда Волгина

До такси пришлось бежать, хоть водитель и остановился предусмотрительно поближе к крыльцу. Странное чувство не покидало Луизу, словно в клубе этом она оставляет что-то важное для себя. Но не Андрея же. Да и никого другого из их шумной компании. По сути, до нее сейчас никому и дела нет – все уже изрядно набрались, а веселье набирает обороты. Скорее всего, тусить они будут до самого утра, а завтра – отсыпаться до обеда. Она же так не может и не хочет.

Папа не спал, за что Луиза не преминула ему высказать. А заодно предупредила:

– Завтра я опять пойду заниматься курсовиком, пап.

– Опять с утра пораньше? Перенеси на попозже, отоспись.

– Не получится. В понедельник его уже показывать, а работы там еще вал, – сочиняла на ходу Луиза.

Стыдно было ужасно, как и не по себе. Если бы отец узнал, чем она занимается по выходным… Наверное, осудил бы, на что не имел бы права. Но лучше ему не знать, а самой ей – успокоиться, ведь и она сама себя осуждала, выставляя тело на показ, пусть и в эстетическом смысле. Но за это платили, а им нужны деньги. Лекарства для отца недешевые и требуются они постоянно. Все! Хватит съедать себя всякими мыслями и сомнениями. Пора спать и ей, и папе.

Утро наступило незаметно – вот только коснулась головой подушки, как прозвенел будильник. Луиза не выспалась, и даже чашка утреннего кофе взбодрила кое-как. После душа стало немного легче и менее сонно. Ну и радовало, что за ночь дождь перестал, и проглядывало солнце. Можно было даже обойтись без куртки – до школы рукой подать.

Когда готовила отцу завтрак, зазвонил мобильный.

– Здравствуйте! Я звоню по поводу квартиры на Ленинградском проспекте, – сообщил ей бодрый женский голос.

– Здравствуйте! Но сегодня у меня выходной.

– Ой, правда? Я и не заметила… Девушка, а можно в качестве исключения? – тут же поступила просьба, высказанная елейным голоском. Луиза даже не сдержала улыбки. – Мне правда очень и очень нужно сегодня! Эта квартира – такая, о какой я мечтала. Боюсь, уйдет…

– Ну хорошо, – сдалась Луиза и посмотрела на часы.

Однако, сейчас ей стоило поспешить, иначе рискует опоздать на урок.

– В час вас устроит? – прикинула в уме, сколько будет занята в школе.

– Вполне, – тут же согласилась девушка.

– Тогда, встречаемся в час по указанному адресу. Возле четвертого подъезда.

После этого разговора, хоть и был он совсем коротким, Луиза окончательно перестала успевать. Пришлось торопиться и оставлять указания отцу уже на ходу. И до художественной школы она почти бежала. Но успела вовремя, и даже оставалось время, чтобы переодеться.

– Сегодня у вас две пары, – встретила ее Лариса. – А мне нужно будет уйти пораньше. После первой пары я убегу, вместо себя оставлю Андрюшу.

– Андрюшу? – переспросила Луиза.

Она уже была в маске, надев ту еще не доходя до задней двери школы. И верхнюю одежду сняла, оставаясь в одном белье. Слышала, как шумят в классе ученики, переставляя мольберты и громко переговариваясь. Пару раз уловила слово «натурщица», но постаралась не заострять на нем внимания, как и на том, с какой интонацией его произнесли. Вчера она прикинула, что возраст учеников варьируется от восемнадцати и до сорока, и даже больше. Люди все взрослые и к натуре ню должны относится серьезно и с пониманием. Впрочем, с пошлостью ей не пришлось пока столкнуться. Оставалось надеяться, что так будет всегда.

– Андрей Павлович – наш директор, – улыбнулась Лариса. – Сам он художник тоже и замещает меня при необходимости. Вторую пару он и проведет.

Снова Луиза испытала прилив стыда, обнажаясь перед этой женщиной и укрываясь простыней.

– У меня сегодня такая задумка… – рассматривала ее Лариса, что-то прикидывая в уме. – Только, не знаю, выдержите ли вы?

– Какая именно?

– Хочу, чтобы обнаженной осталась одна грудь. Вот так, – приблизилась к ней Лариса и стянула простыню с одного плеча. – А руку вы закинете за голову, – взяла она ее руку и подняла вверх. – От этого грудь поднимется и будет выглядеть… более сексуально, что ли, – рассматривала она грудь Луизы, словно речь шла о яблоке, каким боком повернуть то к художникам – светлым или румяным. Луизе же стало еще более стыдно, когда поняла, что под взглядом преподавателя ее сосок сморщился и принялся настырно торчать. – Выдержите? – перевела Лариса взгляд с груди на лицо, не замечая реакции Луизы, щеки которой уже вовсю пылали.

– Попробую, – выдавила она из себя улыбку.

– Хочу, чтобы сегодня в натуре угадывался сексуальный подтекст, понимаете? – продолжала Лариса. – Ну, пойдемте, урок-то уже начался, – взяла она ее под руку и повела в класс прямо так – с обнаженной грудью.

Луиза не смотрела по сторонам, скользя взглядом по макушкам художников, которые притихли, стоило им только появиться.

– Поставьте, пожалуйста, одну ногу вот сюда, – придвинула Лариса невысокую табуретку, когда Луиза опустилась на стул.

Пока еще преподаватель загораживала ее собой, но как только она отойдет, то натура предстанет перед теми, кто будет изображать ее, в довольно развратной позе – с разведенными ногами, одна из которых еще и задрана. Благо, между ног, прикрывая причинное место, жгутом спускалась простыня. Но простор для фантазий оставался более чем широкий. И деваться некуда – позу выбирает не она.

– Рисуем, дорогие мои. И постарайтесь, чтобы ваши сегодняшние наброски получились наполненные страстью! – громко хлопнула в ладоши Лариса, отходя от Луизы.

На ее лице к тому времени пунцовость сменилась пугающей, должно быть, бледностью. И отчего-то задранная рука сразу же затекла.

Академический час длился мучительно долго. А когда закончился, и у Луизы появилось пятнадцать минут перерыва, она поняла, что ломит все тело. И ощущение позора не желало испаряться.

Второй час в такой позе дался с еще большим трудом. Морально, физически наступило привыкание.

Перед началом второй пары в смежную с классом комнатку зашел мужчина, что собеседовал ее при приеме на эту работу.

– Лора убежала, я вместо нее, – улыбнулся он Луизе, на что она разве что устало кивнула.

Ученики в классе тоже сменились, и Луиза попросила разрешения позировать, как прошлый раз – обнаженной по пояс и с руками, сложенными на коленях. Директор школы понял ее правильно и согласился. И на второй паре Луиза если и испытывала стыд, то уже привычный. Но убегала она сегодня из школы еще стремительнее, чем вчера. Распустив волосы и стянув с лица маску, она юркнула в ближайшее кафе, где заказала чашку обжигающего эспрессо. И только там немного пришла в себя перед встречей с клиенткой, пока прихлебывала кофе малюсенькими глоточками.

Возле нужного дома на Ленинградском проспекте Луиза оказалась первой. Но почти сразу же к подъезду подъехала симпатичная синяя малолитражка, из которой выскочила миниатюрная брюнетка и сразу же бодрым шагом направилась к ней.