Хозяйка разорившейся таверны. Путь к счастью - Константин Фрес

— Здесь? — снова удивился Ром. — Куда повар может ходить в таком платье здесь? Покупать дом можно и в совершенно обычной одежде.

Я дернула плечом.

— Покупать дом! — вздохнула я. — А потом кухонную утварь. А потом нанимать слуг. А оптом продукты брать.

— Но как иначе? — удивился Ром. — Иначе не выйдет.

— Увидишь, как иначе, — посмеиваясь, ответила я.

***

Глава 11. Осенний бал у мэра

Вернуться домой труда не составило.

Я просто нашла подворотню потемнее и побезлюднее и пристально уставилась на стену, вспоминая свою дверную ручку.

Раз — и она появилась! Вспыхнули огненными трещинами символы на дереве. И дверь домой, в комнату, отворилась передо мной с легким скрипом!

Очутившись дома, я с трудом перевела дух и прислушалась.

Все было тихо, дом спал.

На свое путешествие в столицу я едва ли пару часов затратила, зато вернулась с полной сумкой денег! Это ли не чудо?!

Рома нигде видно не было.

Наверное, силы его на сегодня иссякли, и он ушел отдохнуть после дел в мире живых.

Это и к лучшему.

Не хотела бы я, чтоб он бесконечно на меня пялился!

Перво-наперво, пока все спали, я припрятала золото. В сундучок Мари, который сунула в тайник за печью. Огромные деньги! На них безбедно можно было жить год всей нашей командой.

Но это вовсе не означает, что мне можно расслабиться!

Удача призрачна; сегодня она улыбнулась тебе, а завтра ускользнет из рук.

Затем, помня о совете Рома, я сожгла в печи все до единого королевские мешочки. Особенно тщательно проследила, чтоб сгорело клеймо, все до последней ниточки.

Знак королевской милости здесь воспринимается как клеймо; в людях просыпаются алчные звери. Кто знает, кто из горожан свернул бы мне шею, увидев груду золота в моем сундучке?

Ну, и уже под самое утро, засыпая, я позволила себе подумать о приеме, который устраивает мэр.

Осенний бал, или что там.

И я туда приглашена, как приличная и уважаемая горожанка, хм…

И там будет Эван.

Значит ли то, что мне надо подготовиться? Разумеется, да.

И я принялась готовить.

От таверны моей вместо ежемесячного налога потребовалось угощение для тех, кто буде на этом празднике, и я решила напечь пирогов с тыквой, с капустой, с яблоками, с ягодами и с картошкой.

Как пригодились мне руки Поля! Одетый в кое-какую одежонку, не в вызывающий бархат, он ничем стал не отличим от любого местного, и внимания на него особо никто и не обращал.

Мальчишка действительно был хорошим поваренком. Может, и готовить не умел, зато овощи чистил так ловко, что и Ханна не могла за ним угнаться.

Пока она чистит одну картофелину, он уже ловко обстругает целую миску! Да так славно, кожурки тоненькие, что салфетки.

— Этак наши свиньи захиреют, питаться этими очистками! — ворчала Ханна. — Что за жадность такая? Как будто нельзя резануть чуточку больше! Откуда только ты взялся, проныра, на мою голову…

только посмеивался; за свиней он не беспокоился, потому что у них была и пшеница, и отруби, и куча ботвы со свеклы, да и сами корнеплоды им перепадали.

А ворчала Ханна оттого, что ужасно ревновала. Ее услуги — бесценные и дорогие для меня! — оказались не так уж хороши на ее взгляд. И она страдала.

— Не переживай за своих поросят, Ханна, — тепло сказала я, обняв ее за плечи. — Если хочешь, выбирай мелкий картофель и вари им. Все равно его очень много, и до весны он весь не долежит, испортится. Оставляй только крупный, чтоб вам легче было его чистить.

Это немного успокоило Ханну, она перестала дуться.

А чтоб она совсем позабыла об обидах, я сунула ей золотой и сказала:

— Знаешь, что? Вам бы с Бибби сходить к портнихе снова. Пошить бы новые платья для праздника.

— А? — изумилась Ханна. Даже ведро из рук выпустила и разогнулась, словно палку проглотила. — Я? На праздник?!

— Ну, конечно, — серьезно подтвердила я. — Все мы. И ты, и Бибби, и я. Меня же пригласили. Значит, все мы приглашены. Пирогов напечем, понесем в городскую ратушу. Там и повеселимся, и попляшем, и доброго винца выпьем. Ты разве против?

Ханна была совсем не против. Даже наоборот.

Ее морщинистые, как печеное яблоко, щеки зарумянились, она разулыбалась, смущенно пряча глаза.

— Вот чудеса, — только и смогла вымолвить она. — Никогда меня на праздники не приглашали!

— Теперь будут, — твердо ответила я. — Наша таверна — это не какое-то грязное место. Это приличное заведение! Мы тут людей кормим недорого, но сытно и вкусно. Мы заслужили благодарность города! Так что марш к портнихе. Я хочу, чтоб ты была самая красивая на этом празднике. Купи себе самый высокий чепец, с самыми пышными оборками!

— А красную юбку можно? — осторожно спросила Ханна.

Местная портниха шила красные юбки для зажиточных горожанок из дорогой плотной ткани.

Надеть такую юбку для Ханны было все равно, что императорскую корону.

Недостижимая мечта.

Но я решила быть щедрой.

— Можно, Ханна, — улыбнулась я ей. — Теперь — можно. И юбку, и красные бусы, и новый передник с вышивкой и кружевами. Мы немного заработали, можем и вздохнут чуточку свободнее.

Ханна даже подпрыгнула от счастья и вприпрыжку ринулась одеваться, чтоб бежать к портнихе, совсем позабыв свое брошенное ведро.

— А Поль? — вдруг встряла Бибби. Оказывается, она была у меня за спиной слышала наш с Ханной разговор. — Он, конечно, работает у нас совсем немного, но он тоже пойдет?