Отвергни меня - Фиона Коул

Он прикусил мою нижнюю губу и отстранился.

— Было бы эгоистично, если бы я попросил тебя остаться? — его ухмылка дала мне понять, что он шутит. Но я все равно услышала намек на искренность.

Я не ответила. Мне удалось приподнять уголок губ в вымученной улыбке, и я наклонилась, чтобы поцеловать его сильнее, чтобы скрыть страх, который вселил в меня этот вопрос.

Страх от того, что я почувствовала, когда он задал свой вопрос, потому что часть меня хотела прямо сейчас пойти домой и отказаться от этой стажировки, просто чтобы не потерять ощущение его объятий.

И вот это напугало меня.

На какие еще жертвы я была готова пойти? Разве я такая? Была ли моя мама права?

ДВАДЦАТЬ ОДИН

— Привет, милая! Как у тебя дела? — голос моей мамы разносился по всей машине через «Bluetooth».

— Привет, мам. Я в порядке. Занята. Прости, что так давно не общались.

— Все в порядке, детка. Я знаю, насколько ты успешна и какой занятой весь этот успех тебя делает. — Ее слова наполнили меня гордостью. Моя мама всегда была моей самой большой поклонницей, она верила в меня, даже когда я этого не делала, и это то, что подтолкнуло меня стать лучше.

— Говоря об успехе… — я выдержала паузу, позволяя напряжению нарастать.

— Ну же, не останавливайся на этом. Расскажи мне…

— На этой неделе мне позвонили по поводу стажировки в «Лана Дизайн» в Италии. Она увидела работу, которую я выполняла для того международного интернет-магазина, и ей она так понравилось, что она предложила мне двухмесячный испытательный срок после того, как ознакомилась с моей заявкой. Я бы работала с ней по определенному направлению, но, если все получится, она может предложить мне расширенную должность.

Я засмеялась, когда все, что услышала, был взволнованный визг с другой линии.

— Я так чертовски горжусь тобой. — Ее визг перешел в сдерживаемые слезы. — Расскажи мне все.

— Ну, она в Милане. Это огромная ступенька, больше похожая на ракету к лучшим возможностям. Я бы познакомилась с более крупными дизайнерами и, возможно, начала бы работать над своей собственной линией. Это может быть потрясающе.

— Итак, когда ты уезжаешь?

— Мм-м… — как я скажу маме, что еще не приняла предложение? Я даже себе не могла объяснить, почему сдерживалась. Я была так взволнована, когда появилась эта возможность, но как только она стала осязаемой, я заколебалась. Но при мысли об отъезде из Цинциннати у меня защемило сердце. — Я еще не приняла ее.

Последовала пауза.

— Что?

Я почувствовала ее разочарование, как будто она сидела прямо рядом со мной. Меня учили пользоваться возможностью и никогда не сомневаться в решении, которое сделало бы меня более успешной женщиной. Принятие этой должности должно было стать простым делом.

— Я еще не приняла ее, — тихо повторила я.

— И почему? — ее гордый, взволнованный голос стал жестким и скептическим.

— Не знаю, мам. Мне просто нужна минутка, чтобы подумать об этом. Цинциннати — мой дом, и здесь моя семья.

— Эвелин. — Просто мое имя, и я почувствовала выговор за то, что сомневалась в себе. — Ты — это твой дом. Ты — это твоя собственная семья. Даже твоя собственная мать не должна привязывать тебя. Ты Эвелин Валеро; ты никого не ждешь.

Ее знакомая мантра нахлынула на меня, заставив еще больше запутаться в том, почему я так колебалась, соглашаться ли на эту должность. В моем сознании промелькнуло лицо Джеймсона и то, как он в шутку попросил меня остаться. Но я не могла упомянуть о нем и связать его с причиной, по которой я не прыгала с места на место. Я могла только представить, как бы моя мама отнеслась к этому.

К счастью, я подъехала в «Кингз» на наш воскресный обед, так что у меня был веский повод повесить трубку без дальнейших обсуждений.

— Угу, — бросила я, не желая принимать ее слова всерьез. — Спасибо за твою поддержку, мам. Но я подъезжаю к тому месту, где мне нужно быть. Скоро снова тебе позвоню.

— О, еще кое-что. Я забронировала билет на самолет и приеду поздно вечером в пятницу на твой день рождения. Не могу дождаться, когда увижу тебя. Я скучаю по тебе. — Ее волнение вернулось. Моя мама редко брала отгулы на работе, поэтому то, что она сделала это для меня, наполнило мое сердце благодарностью.

— Ура! Не могу дождаться, когда увижу тебя. Давненько уже не виделись. — Мы праздновали вместе День благодарения, но она была в командировке на Рождество, а потом наступило лето. Не всегда, но в тот момент я скучала по своей маме. — Просто отправь мне информацию о твоем рейсе, и я приеду за тобой.

— Ох, не говори глупостей, Эви. Я найму машину, чтобы за мной приехали. Ты же знаешь, я могу о себе позаботиться.

Моя мама была упрямой во всех аспектах своей жизни. Она всегда все контролировала. Она даже не хотела полагаться на то, что ее заберет собственная дочь.

— Хорошо, мам. Скоро поговорим. Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Хорошенько подумай об этой возможности. Никогда не задавайся лишними вопросами. — И с этими словами она повесила трубку.

Поставив машину на стоянку, я сделала глубокий очищающий вдох. Вся эта перспектива Италии наполняла меня одновременно волнением и этой странной тяжестью, которая неправильно ощущалась у меня в груди. Мне нужно было больше времени, чтобы все обдумать.

Вцепившись мертвой хваткой в руль, я посмотрела на эмблему «Кингз», и это облегчило бремя, которое я испытывала. Это был мой дом, и это были люди, благодаря которым я чувствовала себя лучше.

По крайней мере, на данный момент.

Войдя, я была встречена всеобщим смехом над историей, которой делился Джек.

— Что я пропустила?

— О, ничего. Джек просто рассказывал нам об одном из своих дел, — объяснила Луэлла. Джек владел собственной фирмой по обеспечению безопасности/частным расследованиям и время от времени рассказывал об интересном деле, с которым он имел дело.

— О-о-о, это была отчаявшаяся жена, которой нужна была твоя помощь, чтобы поймать своего изменяющего мужа?

— Ха! Ты же знаешь, я не берусь за такие дела, — рассмеялся Джек.

— А должен. Это сделало бы истории на наших обедах намного интереснее. Может быть, ты смог бы застать мужа за сексом с газонщиком.