Теорема сводных - Вероника Фокс

— Понятия не имею, — говорю я отчужденно, погружаясь мыслями в новую для меня тему по менеджменту. Она сложная и омерзительная, со слов Марии-Луизы. Бизнес-модели управления мне приходятся по душе, но в материале, который дал мне учитель, уж чересчур заумно написано.

— Он выглядит растерянным, — обусловливает Мария-Луиза, всматриваясь в широкие спины Тео, Финна и Маркуса, которые сидят в пяти метрах от нас на зеленой траве.

Нет, я конечно знаю, почему Тео такой растерянный: этой все из-за того поцелуя. Но выбираю «смолчать». Уткнувшись носом вновь в методичку, мне кажется, что мои мозги в скором времени вскипят. Чувствую на себе пристальный взгляд Марии-Луизы. Она смотрит на меня, а через секунду, не сдержавшись, спрашивает:

— Тебе не надоело зазубривать?

— Не-а, — на автомате отвечаю ей.

— Ты уже подготовилась к кемпингу?

Киваю в ответ.

— Dast gut*(Прекрасно).

Но Мария-Луиза не прекращает смотреть в мою сторону. Ее что-то тревожит, но что?

— Что-то не так?

— Угу, — нескромно пальнув в меня взглядом, Мария-Луиза, кажется, дождалась того, чего хотела.

Захлопываю методичку и, щурясь от весеннего солнышка, смотрю на подругу.

— Что?

— В буквальном смысле слова неделю назад я видела, как вы с Тео не находили общий язык.

Мое сердце дрогнуло. В горле резко пересохло, словно я давно шла по пустынной местности.

— А теперь он открывает перед тобой двери в машину, когда раньше бабахал ими так, что я думала, он быстрее превратит в развалины свою любимую тачку, нежели распахнёт перед тобой дверь нормально.

Пытаюсь не выдавать себя. Но… Мария-Луиза знает Тео давно, с детства. Это лучшая его подруга. А от таких подруг едва ли удастся скрыть что-то, в особенности если дело имеет отношение к сердечным темам.

— Между вами что-то произошло? — наклонившись, шепчет та, а я перебрасываю взгляд на Теодора. В этот же миг Тео и Финн разворачиваются и смотрят на нас. Сводный ласково ухмыляется мне, пытаясь не застопоривать взгляд дольше, чем на две секунды. Мария-Луиза торжествующе размахивает им в ответ, хотя эта отрада не больше, чем актерское мастерство.

Обречено выдыхаю.

— Ты же ведь все равно видишь, что что-то не так?

Мы переглядываемся с Марией-Луизой.

— Это видят все, — кротко отвечает девушка. — Не только я.

В попытках подобрать верные слова закусываю щеку изнутри.

— Да, Лу. Между нами кое-что произошло…

Девушка таинственно задумывается.

— И это то, о чем я думаю? — она вопрошающе поднимает одну бровь.

— Ничего неблагопристойного, — обгоняю ее мысли, словно оправдываясь перед старшей сестрой. Чувствую себя чертовски неуютно.

— То есть…

Выдыхаю из себя клубок несмелости. Она все равно узнает.…

— Мы поцеловались.

Мария-Луиза застывает. Искривляет губы в недовольной усмешке.

— Только то?

— Дважды… — прибавляю я, но Мария-Луиза все равно не удовлетворённая мои ответом.

— Я полагала, у вас что-то посерьезнее там..

— К примеру? — складываю руки на груди, потому что очень хочется послушать версию Марии-Луизы.

— Я думала, что вы переспали, — расстроенно изъясняется она и в тот же миг ликующе прибавляет: — Хотя у вас все еще впереди!

— Спасибо за бесценную поддержку! — фырчу в ответ и отстраняю взгляд на Тео. Его темные волосы светятся в блеске луча солнца, что пытается выглянуть сквозь негустые тучи и коснуться земли. Прямая широкая спина…

— Эй, я тебя не осуждаю, — по-доброму отвечает Мария-Луиза, положив теплую ладонь на мое плечо. — Вы никто друг другу, чужие люди.

— Наверное, — на автомате выговариваю я. — Наверное…

— Теперь это объясняет, почему Тео такой невесёлый, но с влюбленными глазами.

Сомкнув губы в плотную ниточку, чувствую беспокойность на сердце, которое быстро разрастается колющей лозой внутри.

— Ist es denn so offensichtlich?*(Неужели это так заметно?) — спрашиваю я, соображая, что слышится это максимально идиотски.

— Ja, — бросает Мария-Луиза. — По крайней мере, мне очень противоестественно видеть его таким.

Усаживаюсь поудобнее, надеясь, что, возможно, так мое беспокойство немножко стихнет. Мимо проходят три девушки. Их лица кажутся мне знакомыми… Я точно видела их на собрании. Одна из девушек — брюнетка с карими глазами, вторая — блондинка с голубыми, и третья, ближе к брюнетке, но с красными бликами в коротких волосах и карими глазами. Они с пренебрежением смотрят на меня, что-то заявляют в ответ и идут дальше, к парням. Проходят мимо, здороваются. Маркус и Финн отзываются взаимностью, а Тео выглядит немного… равнодушным? Девочки останавливаются и что-то болтают, но мы не слышим о чем. Тео начинает вырывать траву и швырять ее рядом, будто бы он чем-то обеспокоен.

— Oh, es wird ein schrecklicher Ausflug werden.*(Ох, эта поездка будет ужасной), — говорит Мария-Луиза так тихо, что у меня проходят мурашки по коже.

— Warum denn?*(Почему же?)

— Видишь этих барышень?

Киваю в ответ.

— Брюнетка с длинными волосами Ила Рульт. Тео расшиб ей сердце в прошлом году.

Я нервически сглатываю.

— Та что блондинка — София Гренштарбер. У них были отношения без обязательств.

— Это как?

— Она делала ему минет в рабочие дни, а он трахал ее по выходным.

Я не могла представить Тео с другой в постели. Было противно. Больно. И… мерзко.

— А с короткими волосами Берта Штирц, последняя девушка, с которой встречался Тео и бросил ее перед тем, как ты приехала.

Мне кажется, я не дышу. Берта и София смотрят на меня с недоумением, будто я сделала что-то не так.

— Досадно…

— И все они едут в кемпинг.

Я изумляюсь и оборачиваюсь к Марии-Луизе.

— В смысле?

— В таком, — обреченно говорит Мария-Луиза. — Мы едем всерпентарий, сбывшимиТеодора. — Мария-Луиза встаёт с лавочки и берет свой кожаный темный рюкзак. Я продолжаю сидеть и смотреть на нее. — И мне кажется, по-хорошему это не закончится.

Подруга уходит в сторону университета, а я продолжаю сидеть на лавочке и смотреть, как Берта, София и Ида флиртуют с Теодором. Что ж. Мое предчувствие стало оправданным.

Этим же вечером я должна была отправиться на шоппинг с Марией-Луизой, но к нам присоединился Финн и Теодор. По списку нужно было взять всё самое необходимое, однако Марию-Луизу это вряд ли бы остановило. Доехал до крупного торгового центра, в котором мы были в прошлый раз всей семьей, мне сразу же стало неуютно. Вспомнив о том, что отец Тео подарил мне и маме телефон за какие-то космические деньги, я ощутила, как по коже проходят холодные мурашки. До сих пор не могу понять: зачем?

Мы поехали вперед с подругой, а Тео с Финном плестись позади, изредка бибикая нам. Припарковав машины на нижней парковке, мы вылезли из машин.

— До сих пор