Его ребенок - Вероника Касс

Сейчас я не хотела анализировать его слова, думая лишь о том, как мне теперь успокаивать сестру. Кристина была в гостиной, сидела на диване, поджав под себя ноги, а рядом с ней был Рома. Он, положив ее голову себе на плечо, успокаивал вздрагивающую от слез сестру, поглаживая ее по волосам.

— Кристин, — протянула я, и сестра тут же оттолкнула Рому и подскочила ко мне. — Все хорошо, — обняла я ее, — пойдем поговорим.

Я уже знала, в какой комнате жила здесь Кристина, в ней я и собиралась остановиться. В свою спальню Марк меня не затащит, потому я даже не посмотрела на него, пока проходила мимо. Слава богу, что и он сам не стал на чем-то настаивать.

Поговорив с сестрой, я просто уложила ее спать, даже несмотря на то, что был всего седьмой час вечера. Как только она уснула, я порылась в ее шкафу и, взяв ее длинную футболку от пижамы, переоделась в нее. У штанов была слишком тесная резинка, и она уже давила мне на живот, но вот футболка была до середины бедер, а потому я чувствовала себя в ней более или менее комфортно. После этого я, даже не умывшись и не ополоснувшись, легла рядом с Кристей и сразу вырубилась.

Темнело все еще рано, а потому мой организм так же, как и Кристинкин, с легкостью перепутал вечер с ночью, особенно после такого насыщенного на события дня.

Не знаю, сколько я проспала, но проснулась от щелчка дверного замка, довольно тихого, но отчего-то я его услышала сквозь сон и, вздрогнув, распахнула веки. Поняв, что кто-то открыл дверь, я приподнялась на локтях и начала оглядываться, надеясь, что глаза быстрее привыкнут к сумраку.

Никак не думала, что Марк пойдет меня будить, отстаивая свои правила, но, разглядев ночного гостя, я удивленно охнула и, тут же откинув одеяло, поднялась с кровати, а потом практически как змея зашипела, наступая на Романа:

— Ты что здесь делаешь?

— Я? — Парень выпучил глаза. — Да так, мимо проходил, — махнул он и попытался тут же сбежать, но я его уже нагнала и, вцепившись в его локоть, вышла вслед за ним из комнаты, плотно прикрыла дверь, чтобы ни в коем случае не разбудить сестру.

— Ты знаешь, сколько ей лет?

— Знаю, — состроил он насмешливую гримасу, передразнивая меня. — Через месяц будет восемнадцать, и что?

— Отстань от нее. — Я отпустила его локоть и ткнула пальцем ему в грудь.

— Не лезь, а, — уже более серьезно проговорил он.

— Как это не лезь? Она в школе учится, Рома. Ей экзамены сдавать и поступать. А ты к ней в комнату по ночам шастаешь? Долго шастаешь, а?

Рома нахмурился и поджал губы, но ничего не ответил.

— А может, ты и ей так же, как мне, таблеточки подсовываешь? — закричала я, позабыв и про сон сестры, и про все на свете, потому что разозлилась неимоверно.

— Ну так тебе таблетки-то вон как помогли, — ухмыльнулся он. — Мужика отхапала. У матери моей, между прочим, не получилось, — оскалился он, а я взметнула руку и со всего размаху, со всей той болью, что клубилась во мне, дала Роману ладонью по щеке.

Он мою руку не поймал – может, не успел, может, просто не захотел, – лишь растер покрасневшую после удара щеку и все с той же усмешкой произнес:

— Признаю, заслужил, — кивнул он, — только это не повод лезть в наши отношения с Кристиной.

— Ах ты… — Я замахнулась опять, но Рома ловко отпрыгнул, а потом резко развернулся и пошел в свою комнату. Я двинулась за ним следом, но в этот момент меня мягко обняли со спины и прижали к своему крепкому телу.

— Марк, — тихо проговорила я, мужчина же ткнулся носом в изгиб моего плеча.

— Пойдем спать, Карин, — шепнул он, вызывая у меня мурашки. Было так заманчиво просто поддакнуть ему и мягко расслабить свое тело. Марк же все равно меня обнимал, он бы просто обхватил и…

— Лучше отпусти, — слабо произнесла я, не пытаясь сопротивляться. У меня не было на это сил.

— Я просто обниму тебя и даже пальцем не трону.

— Марк, не…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он не дослушал, просто поднял на руки. Легко и очень аккуратно. Занес в свою спальню и посадил на кровать, сам же забрался рядом, садясь на пятки. Марк ласково огладил мои скулы, а затем взял в ладони мое лицо.

— Почему ты мне не сказала? — проникновенно спросил он, просто переворачивая всю мою душу.

В комнате было темно, но не настолько, чтобы я не смогла разглядеть растерянный взгляд Марка. Поджала губы и прикрыла глаза: было тяжело на него смотреть. До этого момента я даже не задумывалась о чувствах Скольникова. Хоть он и не был в моем представлении бесчувственным роботом, но я даже не брала мужчину в расчет, когда решила разорвать наши отношения, а потом и вовсе умолчать о его будущем отцовстве. Да, у меня были причины… я испугалась, но все же...

— Я долго не знала, — сглотнула я. — Потом…

— Что потом? — тихо шепнул Марк и притянул мое лицо к себе на грудь. Понял, что мне было невыносимо смотреть ему в глаза.

— Потом ты уехал, потом не поздравил меня с днем рождения, потом мы поругались, потом эта новость со свадьбой, а мама… — Я все же заплакала.

— Она сказала тебе, что это правда. Я знаю… — тихо прошептал он, сильнее прижимая меня к себе. — Но потом, Карин. Сестра же не могла тебе не сказать, что я тут даже не жил.

— Я испугалась, что ты отберешь у меня ребенка, как у Роминой мамы, — быстро проговорила я. Скольников тут же перестал меня гладить и отстранил от себя.

— Карин, посмотри на меня.

И я посмотрела.

Лучше бы этого не делала. Марк опять был зол.

— Ну ты же понимаешь, что это глупость?

Я прикрыла глаза и замотала головой. Сейчас он был таким теплым и надежным, и все мои страхи действительно казались глупостью. Только ведь я уже видела, каким жестким может быть Марк.

— Ты же действительно мог так сделать.

— Ольге самой не был нужен ребенок. Никогда не был нужен. Ничего, кроме денег и положения в обществе. Она надеялась надавить на меня своей беременностью.

— Поэтому ты так сказал? В кабинете… назвал его…

— Нет, я просто разозлился. И заметь, имел на это полное право. У меня будет сын, а я узнаю об этом черт знает когда, и то практически случайно.