Подкидыш - Джорджетт Хейер

– Это я понял, стоило мне ее увидеть! – кивнул мистер Ливерседж. – Нэт, вполне возможно, он задержался в гостинице, чтобы поразвлечься с Белиндой! Потому что вряд ли повезет ее в Лондон. Им командуют люди, которые тут же отнимут ее у него. Кому-кому, а мне отлично известно, как они ограждают этого молодого человека от всего на свете. К нему на пушечный выстрел никого не подпускают. Утром я еду в Балдок!

Мистер Миммс уставился на Ливерседжа.

– Какой с этого толк? – спросил он. – Признаюсь честно, я не особенно к нему присматривался, потому что он показался мне совсем еще сопляком. Но, Сэм, он не может быть настолько безмозглым, чтобы тут же не сжечь письма, которые забрал у тебя! Тебе не остается ничего другого, кроме как проклинать судьбу.

Мистер Ливерседж окинул Миммса взглядом, исполненным неописуемого презрения.

– Если бы ты, Джозеф, обладал хоть малой частью моих талантов, то сейчас не был бы владельцем притона для ничтожных ворюг! – провозгласил он.

– Вот еще щеголь! – с горечью в голосе воскликнул мистер Миммс. – Продолжай в том же духе! Оскорбляй беднягу Нэта, который тебя никогда ничем не обидел!

Мистер Ливерседж отмахнулся от этого обвинения.

– Ничего личного, – отрывисто бросил он. – Однако это не меняет того факта, что ты безнадежный провинциал, Джозеф! Эти письма меня уже не интересуют. Если все обстоит так, как я думаю, то в этом деле скрыто целое состояние! Мне лишь необходимо удостовериться, что молодой человек и вправду герцог Сэйл. Пусть Провидение позаботится о том, чтобы он еще не отбыл в столицу. Надеюсь, меня осенит какая-нибудь идея, которая позволит мне похитить его. И тогда пять тысяч фунтов, что я изначально рассчитывал получить, покажутся мне сущими крохами!

Мистер Миммс безмолвно застыл с открытым ртом, ошеломленно глядя на брата, но заостренное личико мистера Шифнала заострилось еще сильнее. Он пристально смотрел на мистера Ливерседжа и кивал, как будто все понимая.

– Продолжай, Сэм! – попросил он.

– Мне необходимо время, чтобы все обдумать, – величаво заявил Ливерседж. – У меня в голове возникло несколько планов, но я палец о палец не ударю, пока все не продумаю как следует. Первым делом предстоит убедиться, не покинул ли наш молодой человек Балдок. Джозеф, завтра мне понадобится твоя повозка!

– Сэм, – озабоченно произнес мистер Миммс. – Если окажется, что он действительно этот самый герцог, то не станешь же ты с ним связываться?

– Не волнуйся! – великодушно заявил мистер Ливерседж. – О тебе, мой дорогой братец, я точно не забуду.

– Да я скорее сдохну, чем впутаюсь в такое дерьмо! – яростно воскликнул мистер Миммс. – Я держу эту пивнушку, которая до того принадлежала моему отцу, и у меня никогда не было никаких проблем. А связываться со всякими герцогами не собираюсь! Я честный человек, и честно зарабатываю на жизнь, за что ты должен быть мне благодарен. Вот даже Нэт тебе может подтвердить, что я хорошо плачу ему за все финтифлюшки, которые он приносит мне, вроде этих…

– Ну, не знаю, – вмешался мистер Шифнал, – я бы не сказал…

– Не хуже любых других скупщиков по эту сторону от Лондона, – решительно оборвал его мистер Миммс. – И никакие легавые вокруг моего трактира ничего не вынюхивают и не высматривают. Их вообще здесь нет. И все, кто зарабатывает себе на жизнь на дорогах, могут затаиться тут, ничего не опасаясь! Но никакие дела с герцогами мне не нужны, потому как, помянешь мое слово, стоит нам только пальцем коснуться такой важной персоны, как оглянуться не успеешь, а все вокруг будет кишеть копами!

Мистер Шифнал все так же задумчиво разглядывал мистера Ливерседжа.

– Неплохая рыбка, если ее удастся поймать, – медленно произнес он. – Я так понимаю, голубок достаточно жирный?

– Денег куры не клюют! – заверил его мистер Ливерседж.

– Ну что ж, – снова заговорил мистер Шифнал, – я собирался отправиться на промысел, но Джо прав, здесь меня искать точно никто не будет. Может, я действительно залягу тут и посмотрю, как пойдет это дело. А ты утром отправляйся в Балдок, Сэм!

Несмотря на все протесты брата, мистер Ливерседж так и поступил. Но из-за того что они с мистером Шифналом засиделись допоздна и при этом употребили приличное количество бренди, он не сумел встать достаточно рано, чтобы попасть в Балдок, прежде чем его покинули герцог со своими спутниками. Внимательно осмотрев здание «Белой лошади» и убедившись, что герцога нигде не видно, мистер Ливерседж решительно приблизился к двери и вошел в пивной зал.

Тут он увидел буфетчика, который был занят протиранием стойки. Мистер Ливерседж попросил налить ему стакан портера и немного поболтал с буфетчиком, после чего осмелился задать несколько осторожных, тщательно сформулированных вопросов.

– Если вас интересует джентльмен из первого номера, то его здесь нет, и шлюхи, которая примчалась вслед за ним, тоже. Они взяли экипаж и уехали в Хитчин менее получаса назад. Его звали Раффорд.

Мистер Ливерседж не стал больше медлить. Проглотив остатки портера, он бросил на стол монету, с трудом выпрошенную у родственника, спешно покинул гостиницу и вскочил в повозку мистера Миммса. Всю обратную дорогу в «Синицу в руках» его мозг бурлил всевозможными идеями и предположениями. Подъехав к гостинице, он бросил поводья Уолтеру, предоставив ему выпрягать и отводить в конюшню лошадь, а сам взбежал наверх, в свою гостиную. Мистер Шифнал и мистер Миммс, которые давно его выглядывали, кинулись вслед за ним. Когда они вошли, он уже перелистывал страницы какого-то внушительного, изрядно замусоленного тома. Этот труд, изданный Томасом Годдардом, был озаглавлен как «Биографический указатель существующей палаты лордов» и представлял собой Библию мистера Ливерседжа. Дрожащими от нетерпения пальцами он искал фамилию Сэйл среди множества статей справочника. Наконец он ее нашел и, пробежав глазами первый параграф, издал торжествующий возглас.

– Я так и знал! – вскричал он.

Мистер Шифнал заглянул через его плечо, но, не будучи особо грамотным человеком, счел чтение печатных слов слишком трудоемким процессом.

– Что ты знал, Сэм? – спросил он.

– Сэйл, герцог, – с трудом сдерживая волнение, вслух прочел мистер Ливерседж. – Имена, титулы и звания. Благороднейший Гиллеспи Вернон Уэйр, герцог Сэйл и маркиз Ормесби (12 марта 1692 года); герцог Сэйл (9 августа, 1547 года); барон Уэйр Тэйм (2 мая 1538 года); барон Уэйр Стовен и барон Уэйр Раффорд (14 июня 1675 года). Обратите внимание – барон Раффорд! Я так и думал, что память меня не подводит! И наш юноша, господа, жил в «Белой лошади» под именем мистера Раффорда! Мне больше не нужны никакие доказательства!

Это произвело впечатление даже на мистера Миммса, но он ограничился тем, что вновь сообщил брату о своем нежелании связываться с герцогами. Мистер Ливерседж в очередной раз не обратил на это внимания, зато впился немигающим взглядом в мистера Шифнала и задал ему риторический вопрос, зачем герцог отправился в Хитчин. Ни один из слушателей Ливерседжа не смог его просветить, и, сколько ни ломал голову над этой загадкой сам Свитин, правдоподобного объяснения он так и не нашел. Хитчин явно находился в стороне от дороги на Лондон, что он и пояснил своим безмолвным товарищам, после чего сделал вывод – нет смысла терзаться над решением нерешаемой задачи. Герцог приказал кучеру отвезти их в гостиницу «Солнце», где, судя по всему, и намеревался провести по меньшей мере одну ночь. То, что он забрал с собой Белинду, по мнению мистера Ливерседжа, исключало вероятность того, что его светлость собирался навестить обитающих поблизости друзей.