Тихие слова любви - Сара Джио

1301, Четвертая авеню

Ноябрь

Флинн повернул ключ в замочной скважине, открыл дверь, вошел в свою квартиру и поставил сумку у входа. Ключи он бросил на столик, и этот звук эхом отозвался в его одиноком доме.

Вечером Кэм должен был зайти к нему в галерею, но он так и не появился. В последнее время он как будто был все время занят. Но Флинн не собирался позволить Кэму избежать откровенного разговора о Джейн. Он должен присматривать за своей сестрой.

В галерее было много женщин, роскошных женщин. Блондинка на высоченных шпильках бросилась к нему через зал, чтобы поговорить. Флинн знал, что мог бы заполучить ее. Он чувствовал ее желание, как акула ощущает в воде запах крови. Флинн взял бы ее за руку, увел в заднюю комнату, прижал бы к стене, стянул бы с нее трусики, поднял эти длинные ноги так, чтобы они обхватили его тело. А потом они могли бы подняться в его квартиру, и тогда Флинн зажег бы свечи в спальне и снял с блондинки одежду. Он играл бы на ней, словно на прекрасном инструменте, пока тело ее не зазвучало и Флинн не услышал бы ту музыку, которую жаждал услышать.

Но он вернулся домой один, как делал уже несколько месяцев кряду, потому что в его жизни уже присутствовала женщина. Она была одновременно далеко и близко. Флинн видел ее, но не мог обладать ею. Он не мог прикоснуться к ее роскошной коже или провести руками по волнующим изгибам ее тела. Пока не мог. Она восхитительная, опьяняющая, влекущая, и Флинн предпочитал находиться в ее присутствии, пусть даже отделенный от нее стеклом и бетоном, чем иметь рядом другую женщину из плоти и крови.

В квартире женщины горел свет, и окно сияло, словно маяк в ночи. Флинн разглядел бутылку вина и два пустых бокала на кухне. К ней пришел гость? Флинн посмотрел на другие окна ее квартиры, но сначала увидел только кота, перепрыгнувшего с кофейного столика на кушетку. Но тут появилась и сама хозяйка. Она вышла из спальни, словно богиня. На ней было черное, облегающее фигуру платье. При одном только взгляде на нее по телу Флинна пробежала дрожь, и он протянул руку, легко коснулся окна, как будто ожидал ощутить ее кожу.

Женщина увидела его. Она знала, что он на нее смотрит. И ей это нравилось. Ей нравилось то, как он на нее смотрит. Ей нравилось то, что она притягивает его, а он притягивает ее. Этим утром она наблюдала за Флинном, когда тот варил кофе. Она рассматривала его обнаженное тело, когда он стоял в кухне: изгиб плеч, сильную спину и то, что находилось ниже. При одном только его виде у нее подскочила температура.

Флинн увидел, как женщина резко повернулась к входной двери. Спустя несколько мгновений она впустила в квартиру мужчину, высокого, симпатичного, в темном костюме. Кто это был? Точно не тот, кто навещал ее и раньше, заставляя женщину плакать после своего ухода. Других мужчин Флинн рядом с ней не видел. Неужели это ее новый бойфренд? Или просто свидание?

Флинн не мог отвести взгляд от этих двоих. Он наблюдал за ними так, как смотрят эпизод телевизионного шоу, в котором ожидается очередной поворот сюжета. Вот оно! Мужчина неожиданно притянул к себе женщину и поцеловал ее. Их губы надолго слились, а потом он начал раздевать ее, дергая молнию на платье, пока она не поддалась. Мужчина отнес женщину на белый ковер у дивана, уложил на спину, расстегнул брюки, и их тела переплелись.

Сердце Флинна забилось быстрее. Ему хотелось крикнуть: «Нет!» Но у него не было никаких прав на эту женщину. Он не имел права на ее тело или на ее сердце. И все равно его тело пульсировало, сердце пронзала боль, а Флинн все смотрел, как мужчина прижимается к ней. Это было одновременно прекрасно и ужасно. Он не мог отвернуться. Его глаза были прикованы к этому окну, к тому, как поднималось и опускалось ее тело. Флинну казалось, что он слышит ее стоны, ее крики, шум ее дыхания. Он как будто ощущал ее кожу, такую нежную и упругую, чувствовал ее вкус.

Женщина повернула голову и снова посмотрела на Флинна, словно бросала ему вызов. Она увидела, что он наблюдает за ней, и протянула руку к окну именно в ту секунду, когда Флинн поднял руку к своему окну.

Через несколько минут мужчина встал, оделся и ушел из ее квартиры. Флинн продолжал смотреть. Женщина прошла в кухню, на ней были только черные трусики, грудь оставалась обнаженной. Она подошла к окну, держа в руках большой лист бумаги. На нем было всего одно слово, написанное прописными буквами: ПРОСТИ.

Флинн вытер слезу со щеки. Он увидел печаль в ее глазах. Почувствовал ее боль. Чувствовала ли она, как ему больно? Он вспомнил о ватмане, который недавно купил для галереи. Флинн взял один лист и быстро написал: ВСЕ О’КЕЙ.

Потом Флинн на другом листе написал вопрос: ПОЧЕМУ?

Ответ она написала на листе бумаги, который нашла в кухне. Женщина сделала это очень быстро, и ее слова ударили ему в сердце, словно стрела: ПОТОМУ ЧТО Я НЕ МОГУ БЫТЬ С ТОБОЙ.

Эти слова были одновременно трагическими и успокаивающими. Флинн ответил улыбкой, ничего другого ему на ум не пришло. Она тоже улыбнулась.

Флинн взял следующий лист ватмана: КАК ТЕБЯ ЗОВУТ?

СЕЛЕСТА

А Я ФЛИНН

ПРИВЕТ, ФЛИНН

ПРИВЕТ, СЕЛЕСТА