Отпуск по уходу - Наталья Нестерова

— Куда ты несешься, козел! — громко воскликнул Андрей, едва увернувшись от подрезавшего их автомобиля. — На кладбище торопишься?

— Не ори! — осадила его Марина. — Вот, Петечку разбудил!

Андрей хотел сказать Марине, что в присутствии Петьки она взяла манеру разговаривать с ним вредным приказным тоном, как с неразумным дебилом-слугой (интонации сестры Ольги). Но сейчас не время и не место выяснять отношения. Сначала поженимся, а потом я тебе объясню, кто в доме хозяин.

Анна Дмитриевна такой себе и представляла Марию Ивановну, с которой конспирировали по телефону. Изящная интеллигентная женщина, явно с высшим образованием, и вынуждена работать няней! Анна Дмитриевна была бы сильно поражена, сравнив няню двухмесячной давности и сегодняшнюю.

Неловкость первых минут после знакомства развеял Семен Алексеевич. Он стал выгружать из своей сумки одну за другой бутылки:

— Водка и женщинам вино.

— Куда столько? — поразилась Анна Дмитриевна.

— Я вообще не пью, — сказал Андрей.

Это замечание почему-то вызвало у гостей и Марины дружный смех.

Женщины кудахтали над Петечкой. У недавнего сиротки обожательницы множились неукротимо.

Переодеть, нижнюю рубашечку сменить, промокла, вспотел, излишне укутали или в машине было душно, приготовить смесь… где чистые бутылочки? где кофточка в полосочку? куда запропастилась мерная ложка для смеси?..

Анна Дмитриевна давно не видела маленьких, умилялась: Петечка настоящий богатырь! И еще отмечала: дочь вполне ловко обращается с ребенком. Даже пытается оттереть няню. Командные замашки были у Марины всегда. Хорошо, что няня правильно реагирует и не обижается.

Мужчин вытеснили в большую комнату, где накрыт стол, и велели ждать, пока Петечку не обиходят. На Игоре Сергеевиче была светлая рубашка с галстуком, и Андрей порадовался, что нарядился правильно. Они все трое выглядели празднично и официально… как для поминок?., или для помолвки?

Говорили о политике: станет ли Путин менять Конституцию и выдвигать свою кандидатуру на третий срок. Игорь Сергеевич и Семен Алексеевич, доктор наук и монтажник теплосетей, были единодушны: в России еще никто добровольно от власти не отказывался, зубами впивались. Андрей не соглашался: надо показывать пример демократического управления страной, и Путин не Лукашенко. Тогда вопрос: кто преемник? Фрадкова отмели единогласно, Иванов сух и занудлив, Медведева двигают, но харизма не та…

— Сплетничаете? — заглянула Марина.

— Политику обсуждаем.

— А это не одно и то же?

* * *

Когда сели за стол, Андрея неожиданно сделали тамадой, хотя, с его точки зрения, эта роль более подходила хозяину дома и старшему по возрасту Игорю Сергеевичу. Но спорить не станешь. Разлили водку по рюмкам. Андрей встал.

— Сегодня минуло сорок дней, как ушла из жизни жена Семена Алексеевича… — И тут он с ужасом понял, что не помнит полного имени покойной.

— Татьяна Петровна Коломийцева, — тихо подсказала Мария Ивановна.

— Да, Татьяна Петровна. Мы не знали ее при жизни, так получилось… Но ведь есть хорошее и в том, что замечательный человек приобретает друзей даже после смерти. Татьяна Петровна оставила на земле след: ее образ хранит в своем сердце Семен Алексеевич… — («Выражаюсь, как дьякон, и пусть».) — Она продолжится в крови и генах Петьки. Хотелось бы пожелать… («Идиот! Что можно желать покойнице?») Царства небесного! — опять выручила Мария Ивановна.

— Пусть Христос не оставит ее душу своей милостью! — сказала Анна Дмитриевна.

И Марина с удивлением посмотрела на маму: она знает подобные церковные выражения? А следом поразил папа, торжественно изрекший:

— Вечная память!

— Земля пухом! — поднялась Мария Ивановна.

Вслед за ней встали все и, не чокаясь, выпили.

Марина держала Петечку, который тянул из бутылочки молочную смесь, поэтому только чуть приподнялась. Анна Дмитриевна заметила, как, вставая, разъединили руки Семен Алексеевич и Мария Ивановна. Пока поминали Татьяну Петровну, каждый их них одной рукой держал рюмку, а другие, соединенные, прятались под скатертью. Странно.

По тарелкам разложили студень, салат оливье, селедку под шубой, свежие овощи и грибную икру. Андрея всегда поражал обычай русских застолий — каждому валить закуски из салатников в индивидуальную тарелку. Стоило ли шинковать продукты отдельно? Можно было смешать их в одном тазике.

Плавно подкатили ко второму тосту, и опять все выжидательно посмотрели на него. Пора Маринкину руку просить? Андрей поднялся.

— Дорогие Анна Дмитриевна и Игорь Сергеевич! («Покойницу-то поминать, отметим, проще, чем свататься. Точно перепутаю: жениться и выйти замуж»). Мы с Мариной долго думали и решили… то есть думать-то нечего было… («Не то несу».) Словом, мы хотим…

— Пожениться, — подсказала Марина.

— Верно! («А что дальше-то? Благословения просить? Глупость какая, икону еще целовать заставьте!»)

— Проси моей руки у папы с мамой, — хихикнула Марина, которую забавляло волнение Андрея.

— Одной руки мне будет мало, — Андрей благодаря Марининой помощи-насмешке сумел собраться. — Анна Дмитриевна, Игорь Сергеевич, отдайте мне свою дочь целиком? Я буду о ней заботиться, холить и лелеять. Кормить, выводить на прогулки, следить, чтобы дважды в день чистила зубы и не ковырялась пальцем в носу…

Последние уточнения, очевидно, были напрасны. Юмор в подобную минуту не приветствовался. Будущие тесть и теща слегка нахмурились. Андрей быстро отгреб назад, в патетику:

—«— Я очень люблю вашу дочь, и она меня. Маринка, скажи!

— Безумно! От него такие чудные детки выходят. Правда, Петечка?

Петечка высосал свое молоко и запустил бутылочкой в салатник с грибной икрой. Мария Ивановна быстро вытащила посторонний предмет из закуски, салфеткой убрала со скатерти разбрызгавшуюся грибную массу. Анна Дмитриевна локтем толкнула мужа в бок: не молчи, говори что-нибудь, ведь это твоя идея устроить сватовство.

Но Игорь Сергеевич решительно не знал, что говорить! Он поднялся, заморгал и уставился на Андрея. Они стояли в противоположных концах стола и смотрели друг на друга, как два барана (сравнение, пришедшее в голову Анне Дмитриевне).

Марина, из которой ирония била ключом, посоветовала:

— Самое время объявить о приданом.

— Помолчи! — приструнила ее мама.

— Спасибо! — зачем-то поблагодарил Игорь Сергеевич. — Мы рады и согласны! — Понял, что говорит не то (надо бы подчеркнуть ценность дочери, не залежалый товар, Андрей должен прочувствовать ответственность!), но из-за волнения его мысль бросило в неделикатность. — Несмотря на то, что у вас ребенок, мы все-таки надеемся…

Игорь Сергеевич растерянно замолчал, получив под столом тычок от жены.