Я подаю на развод - Джулия Ромуш

подрагивало, и я ужасно переживала. Сделав глубокий вдох, я открыла глаза и взглянула на тест, и моё дыхание остановилось. Две яркие полоски смотрели на меня, словно подтверждая мои самые сокровенные страхи и надежды одновременно. — Я беременна, — слова вырвались из меня невольно, и я ощутила, как по спине пробежал холодок. Это было чудо, испуг, радость и неопределённость, смешанные в одном. Я испытала такой круговорот эмоций, что коленки подкосились. Оперевшись рукой о стену, я присела на бортик ванной.

Мои мысли тут же вернулись к Диме, Кирюше, к нашей новой жизни вместе. Как они отнесутся к этой новости? Будет ли это новым началом или новым испытанием для нас? Я понимала, что поговорить нужно с Димой. Необходимо поделиться с ним этой новостью, ведь теперь нас связывало нечто большее, чем просто совместная жизнь. Наша семья росла, и вместе с этим росла и ответственность перед будущим.

Набравшись смелости, я вышла из ванной, готовая столкнуться с новым этапом в нашей жизни, полная решимости и надежд. Пройдя в комнату, я завела руку с тестом за спину. Жутко переживала, какой будет реакция моего любимого мужчины.

Сколько ещё раз я сканирую взглядом две полоски на тесте, перед тем как выйти к Диме? Не знаю, раз пять точно. Кусаю губы, нервничаю. Знаю, что к теме детей мой мужчина относится очень серьёзно. Помню, что с бывшей женой у них были нерешённые вопросы на этот счёт. Смущает только то, что мы с ним даже не обсуждали тему детей. Не говорили. А что, если это ещё рано? Что, если он не обрадуется?

Стоит только зайти в комнату, как Дима сразу понимает, что что-то произошло. По взгляду его встревоженному вижу.

— Я тебе сейчас новую серию включу, — поворачивается к Кирюше, включает сыну его любимый мультик.

Я же стою на пороге комнаты и с ноги на ногу переминаюсь. Страшно до чёртиков. А что, если он не захочет? Глупости. Он сам нас к себе жить забрал. Сам сказал, что у нас всё серьёзно. Я запрещаю себе думать о плохом. Но губу нервно всё равно кусаю.

— Кто звонил? — Как только мы выходим из комнаты, Дима сразу встревоженно вопрос задаёт.

— Что? — Не сразу понимаю, о чём он спрашивает. Вся в своих мыслях. И только сейчас в реальность возвращаюсь.

— Ты странная какая-то. У тебя телефон звонил. После ты пропала, а теперь бледная как стена.

Я наконец понимаю, почему он спрашивал о звонке. Думает, что моё странное состояние с ним связано. Вот только это не так. По началу — да, я переживала насчёт новости, что мне Нина сообщила. Но сейчас самая главная новость это две красные полоски на тексте. Всё остальное по сравнению с ней ушло на второй план.

— Нинка звонила, ты прав оказался насчёт Светы. Она заявление писать не станет. — Выдаю в ответ.

Вижу, что Дима не удивлён. Он знал, что наша затея с Нинкой не сработает.

— Поэтому такая бледная? — Мужчина притягивает к себе. В глаза мои внимательно всматривается. Как будто в них ответ хочет прочитать.

— Нет, — отрицательно головой качаю, голос подрагивает. Я начинаю переживать ещё сильнее. Просто ужасно. Виски сдавливает. Сердце из груди выпрыгивает и учащается пульс.

— Тогда что произошло?

Дима заправляет за ухо выбившуюся прядь волос. Меня от его прикосновения как будто обдаёт теплом. Я никогда не чувствовала себя так рядом с мужем. Так защищено. Спокойно. Хорошо.

— Дело в другом, — выдыхаю, собираясь с силами, чтобы рассказать ему новость.

В глазах Димы вижу беспокойство, но в то же время любопытство. Мужчина слегка прищуривается. Терпеливо ждет, пока я решусь. Не торопит.

— Я... - начинаю, но слова застревают у меня в горле. А после я протягиваю руку к комоду, на котором оставила тест. И протягиваю его мужчине. — Я беременна. — Произношу тихонько, пока Дима ничего не понимая смотрит на палочку в своих пальцах.

Бах. Бах. Бах. Это моё сердце вырывается из груди от дикой паники. Потому что Дима молчит. Рассматривает штуковину в руках. Крутит во все стороны и не издаёт ни звука. Мгновение тишины кажется вечностью. Дима смотрит на меня, не моргая, и я не могу понять, что он чувствует. Совершенно не могу понять его эмоции. А после его губы подрагивают и растягиваются в улыбке.

— Это же замечательно, — его голос звучит взволнованно. — Правда? — Спрашиваю неуверенно. Меня всё ещё потряхивает.

— Конечно, ты что сомневалась?

Я облегчённо вздыхаю, чувствуя, как напряжение покидает моё тело.

— Просто... мы никогда не говорили о детях, — признаюсь, прижимаясь к нему поближе.

— Я думаю, что тебе сейчас не до этих разговоров. Со всеми этими проблемами...

— Я даже не догадывалась. А после звонка Нины мне вдруг стало резко плохо.

Дима поглаживает меня по волосам.

— Нужно записаться на приём к врачу, — произносит негромко.

— И как-то рассказать Кирюше.

— Думаешь он может быть против братика или сестрёнки?

— Нет, я просто имею в виду подготовить. Дети могут по-разному реагировать.

— Нужно будет ему рассказать, что, когда малыш вырастет, они станут лучшими друзьями. Теперь ему никогда не будет скучно. И точно будет компания во всех играх.

Я прижимаюсь к нему лишь сильнее. Улыбаюсь и зажмуриваюсь. Кто бы мог подумать, что моё счастье найдёт меня спустя столько времени? Когда я выходила замуж, то думала, что это раз и на всю жизнь. Думала, что Олег тот самый. А, оказывается, вот как оно бывает.

* * *

— Беременность протекает хорошо, — не могу скрыть улыбку, когда подруга спрашивает о походе к гинекологу.

— Это же отлично! Звучит как тост! — Нинка довольно поднимает свой бокал с просекко, у меня же в стакане яблочный сок.

— Дима со мной к врачу ходил, — делюсь дальше, а улыбка всё не сходит с лица. Олег не ходил со мной на приёмы к врачу. Говорил, что мужикам там нечего делать. Я его буквально силой заставила пойти на первое УЗИ. Но и там Олег не особо прослезился. А Дима всё хочет сам. Ему всё интересно. Всё важно. С работы отпросил нас обоих. Столько вопросов врачу задал, что я уже начала переживать, что из нас двоих он больше тревожный родитель, чем я.

— Слушай, не мужик, а золото, — Нинка делает ещё один глоток, — а Олег что? Не объявлялся?

Я отрицательно качаю головой. Как ни странно, но нет. Ни звонка, ни сообщения. А у нас уже очень скоро подходит срок нового суда. Время на примирение подходит к концу. И этот момент меня заставляет нервничать,