Смертельные иллюзии - Бренда Джойс

Раздались одобрительные возгласы.

– Скажи им, пусть убираются домой! – выкрикнул один из собравшихся. – Пусть убираются туда, откуда пришли! – кричал молодой парень.

– Да, пусть убираются, – поддержала женщина. – Это такие, как они, нас убивают, а не Резальщик!

Франческа поняла, что назревает бунт. В следующую секунду к ним подбежал Джоэл с красным от возмущения лицом и закричал:

– Мисс Кэхил раскроет преступление! Она знает свое дело, я могу это доказать!

Его никто не услышал, потому что Харт замахнулся и ударил кулаком в нос мужчину в пиджаке.

– Это за грубость и нежелание отойти по-хорошему, – спокойно сказал он.

Человек схватился за нос и был готов ответить обидчику, но медлил, прикидывая, стоит ли связываться.

Из толпы вышли несколько мужчин с таким видом, будто не раздумывая пойдут и на убийство, а рядом с Хартом возник приземистый человек с короткими черными кудрями в темном костюме и револьвером в руках. Он направил оружие на толпу и не произнес ни слова.

– Благодарю вас, Рауль, – сказал Харт и повернулся к Франческе: – Теперь мы можем идти?

– Думаю, самое время, – смиренно согласилась та. С возглавившим процессию Джоэлом и Раулем, защищавшим их с тыла, они прошли до конца квартала и свернули за угол, к дому, где жили Кеннеди.

Дрожащими руками Гвен поставила чайник на плиту. Она была так расстроена, что не могла ровно дышать, не говоря уже о том, чтобы думать. Причиной тому был человек, сидящий за кухонным столом.

– Гвен, – произнес Гарри де Уоррен. – Миссис О’Нил. Пожалуйста. – Мужчина встал.

Она не повернулась, изо всех сил стараясь сдержать слезы. Он был здесь, в Америке, в Нью-Йорке, в ее квартире. Но зачем?

– Гвен, – резко повторил мужчина. – Я хотел сказать, миссис О’Нил. Простите меня. Я не хотел вас пугать. Надо было заранее отправить записку.

Гвен твердила себе, что должна успокоиться. Он никогда не должен узнать, как сильно она влюблена в него – как искренне и как глупо. Она взяла себя в руки и повернулась к де Уоррену. Рядом, у раковины, стояла Бридж и смотрела на них широко распахнутыми глазами, казавшимися огромными на побелевшем лице.

Гарри – нет же, лорд Рандолф – не сводил с нее великолепных синих глаз, выражение лица его было печальным.

– В районе появился убийца, – еле слышно объяснила Гвен. – В понедельник была убита моя соседка. Вы так меня напугали.

– Я знаю. Читал в газетах. – Он помолчал и спросил: – Как вы можете жить здесь?

Гвен гордо вскинула голову и расправила плечи:

– Это наш дом.

Он не отвел взгляда. Он смотрел на нее, а она тонула в глазах, полных благородства, как в огромных синих озерах.

– Вам нравится… в Америке?

– Да, – соврала Гвен и заставила себя улыбнуться. Она не видела его пять месяцев, за которые он очень изменился. Нет, лицо его осталось таким же невероятно красивым, с высокими скулами, волевой челюстью и крупным носом, но она помнила его теплые взгляды, обворожительные улыбки и доброту, которую она больше ни от кого не знала. Но ведь все мужчины становятся ласковыми, когда хотят заполучить женское тело.

– Рад за вас.

Закипел чайник.

Гвен обхватила себя руками. Почему он здесь? Как это случилось? Он даже ни разу не улыбнулся ей. Ничем не выразил свою обеспокоенность или заботу о ней – нет, она не ждала тепла и внимания, конечно нет, но когда-то они смеялись и были увлечены друг другом. Сейчас в комнате ощущался морозный холод.

Он подошел к ней, и лицо его стало мрачнее, чем прежде.

Гвен оцепенела.

Нет, он не прикоснулся к ней. Вместо этого снял чайник с огня и отставил в сторону.

Гвен повернулась. На мгновение ей показалось, что он обнимет ее. Она ведет себя как самая глупая женщина на свете – даже еще хуже, ведь ей так бесстыдно хочется, чтобы он сделал именно это.

– Мы не хотим вас здесь видеть! – внезапно выкрикнула Бриджид. – Зачем вы приехали? Мама же сказала, мы здесь счастливы. Нам тут нравится, очень!

Он повернулся к девочке:

– Извини, Бриджид, извини, если мое вторжение вас обеспокоило, но я был в городе по делам и решил справиться о вас с мамой.

«Значит, он здесь по делу», – думала Гвен, разглядывая его классический профиль. Его губы, которые в ее воспоминаниях были такими подвижными, сейчас плотно сжаты и, что невероятно, похожи на узкую щель, даже когда он говорит.

Он повернулся к ней. Гвен почувствовала себя загнанной в ловушку: спина упиралась в кухонную столешницу, раковина всего в нескольких дюймах справа, а плита подпирает слева.

– Я чувствую себя ответственным за то, что все стало известно обществу, – сказал он, на лице при этом не отразилось ни одной эмоции. Рандолф открыл кошелек и достал чек. – Прошу, возьмите это, Гв… миссис О’Нил. – Он кашлянул. – Это лишь самое малое, что я могу для вас сделать. Вы сможете снять новое жилье подальше от этого ужасного района и прокормить дочь.

Гвен вспыхнула от гнева:

– Мне это не нужно. – Собственный голос показался ей чужим.

Он улыбался натянуто и равнодушно.

– Пожалуйста. Прошу вас, примите от меня эту малость. Понимаю, это не искупит того, что я сделал…

– Вы ничего не сделали! – воскликнула она и с такой силой сжала кулаки, что ногти больно впились в кожу.

Он удивленно смотрел на нее и впервые за этот вечер напоминал того мужчину, которого она знала.

– Я разрушил ваш брак – фактически сломал вам жизнь.

– Никакого брака с Дэвидом не было. – Гвен высоко вскинула голову. – Вы ничего не разрушили. Просто для меня и моей девочки настало время идти дальше. – Она заставила себя улыбнуться.

– Возможно, и тем не менее я к этому причастен.

Пожалуйста, не отказывайтесь от моего предложения.

– Мне ничего от вас не нужно! – вскричала Гвен.

Он не сводил с нее глаз и молчал.

Слышалось тяжелое дыхание Бриджид.

Рандолф кивнул, подошел к столу и положил чек. Затем направился к двери, остановился на мгновение и бросил на них взгляд через плечо.

Гвен смотрела ему вслед, она знала, что из глаз полились слезы, но не могла отвести взгляда.

Его губы сжались еще плотнее.

– Входите. – Мэгги тяжело дышала. Лицо ее было мертвенно-бледным, глаза широко распахнуты. Она открыла дверь шире, чтобы Франческа, Харт, Рауль и Джоэл могли свободно войти.

– Ты в порядке? – взволнованно спросила Франческа, захлопнув дверь.

Мэгги испуганно посмотрела на нее, в глазах стояли слезы.