Смертельные иллюзии - Бренда Джойс

Пятница, 25 апреля 1902 года, 8:00

Франческа остановилась на пороге малой столовой, красивой светлой комнаты с золотистыми солнечными обоями на стенах, выходящей окнами в сад дома Кэхилов. В вазах стояли свежесрезанные тюльпаны во всем великолепии цвета и яркой зелени. Их доставляли из Бельгии. К сожалению, Франческа не замечала красоты вокруг.

Эндрю Кэхил сидел во главе стола с «Нью-Йорк таймс» в руках, «Сан» и «Трибюн» лежали рядом с тарелкой. Отложив газету, он взглянул на дочь.

– Доброе утро, Франческа. Неужели присоединишься ко мне за завтраком? – спросил он с иронией.

Франческа обожала отца. Он был полноватым мужчиной среднего роста, с круглым лицом и имел весьма здоровый вид. Эндрю отличался добродушным нравом, который унаследовали и ее сестра Конни, и брат Эван. Он редко выходил из себя. Отец был предан делу реформы, и все, что она знала о политике и мире в целом, рассказал ей он.

Франческа улыбнулась:

– Мы всегда встречаемся за завтраком, папа.

– Вчера ты убежала из дому, прежде чем я успел сесть за стол, – недовольно проворчал отец.

Франческа подошла к столу и обняла его.

– Да, вчера я ушла довольно рано.

На лице Эндрю появилось строгое выражение, насколько позволяло его добродушие.

– Твоя мать в отчаянии! Она рассказала мне, что ты опять охотишься за убийцей, бог мой, еще и за Резальщиком.

Франческа не знала что ответить. Она отодвинула стул и села рядом с отцом:

– Папа, ты же знаешь, как для меня важно добиться справедливости. Жестоко убиты две женщины, и мы боимся, что будут еще жертвы.

– Я знаю, как для тебя важно добиться справедливости, Франческа, никто не понимает тебя лучшем меня – и никто не гордится тобой больше, чем родной отец. Я осознаю, что ты нашла свое предназначение в жизни. В отличие от твоей матери, я понимаю, насколько тщетны попытки уговорить тебя бросить заниматься сыском. Но я, как и она, беспокоюсь, что ты подвергаешь себя огромной опасности, занимаясь расследованиями.

Франческа обняла отца:

– Спасибо, папа! Я всегда знала, что могу на тебя рассчитывать.

– Я не одобряю твоего увлечения полностью, но, поскольку ты уже спасла полдюжины жизней и заставила преступников предстать перед судом, не могу не гордиться тобой.

Франческа улыбнулась отцу, а потом и лакею, наливавшему ей кофе.

– Спасибо. Хочешь узнать о расследовании?

Эндрю внимательно посмотрел на дочь:

– Да, полагаю, да. Но прежде ответь мне, правда ли, что ты опять работаешь с Риком Брэгом?

Франческа выдержала недолгую паузу.

– Он твой друг. И ты ценишь его, так же как и я. Доверяешь, как и я. Уверена, ты не имеешь ничего против нашей совместной работы.

Эндрю Кэхил помрачнел:

– Я не против вашей совместной работы, если речь только о работе. Но ты помолвлена с другим мужчиной. Тебе не нужно об этом напоминать?

Франческа усмехнулась:

– Да, я счастлива быть помолвленной с другим. Следует ли мне понимать, что ты хочешь поговорить о предстоящей свадьбе с Колдером?

– Я ведь ясно выразился. Харт должен доказать, что достоин тебя. Моя точка зрения неизменна. Он не против твоего сотрудничества с Риком?

Франческа помедлила.

– Он немного ревнует. Но, папа, мои чувства к Рику давно в прошлом. Я действительно хочу стать женой Харта. – И добавила, не в силах сдержаться: – Целый год – слишком долгий срок!

Эндрю лишь вскинул брови:

– Мне кажется, твоя жизнь сложнее, чем ты сама полагаешь. Мы увидимся вечером у твоей сестры? Она устраивает пышный прием.

Франческа вздрогнула. Она совершенно забыла о приеме у сестры – грандиозном событии, на которое приглашено около сотни человек. Предполагалось, что это будет благотворительный ужин. Стоимость билета составляла сто долларов, все деньги должны пойти на помощь бездомным детям.

– Да, разумеется, – поспешила ответить она.

Дверь в столовую открылась, и появился дворецкий.

– Мисс Кэхил? Пришел мистер Харт. Желает с вами поговорить.

Франческа вскочила, удивляясь, что может делать Харт в их доме в столь неурочный час. Нет, она очень рада! Она успела привести себя в порядок, готовясь к предстоящему дню. В голове сразу возникли мысли о минувшем вечере.

Расставшись с Мэгги, они отправились на Малберри-стрит встретиться с Брэгом. Франческа втайне надеялась, что они смогут присутствовать при допросе Сэма Уилсона, но полицейские не доставили его в участок, поскольку нигде не могли найти. Когда Харт подвез ее к дому, было уже далеко за полночь. Утром Франческа проснулась с воспоминаниями о его прощальных поцелуях.

– Папа, я сейчас вернусь, – сказала Франческа и выбежала из комнаты, прежде чем Эндрю успел произнести хоть слово.

Харт ждал ее в холле. Он был, по обыкновению, в строгом черном костюме и выглядел отдохнувшим и невероятно привлекательным. Увидев ее, он улыбнулся, и глаза его засветились.

Она сразу очутилась в его объятиях.

– Что произошло?

– Я изменил утреннее расписание. Честно говоря, просто отказался от встречи с двумя клиентами. – Он наклонился и поцеловал ее. – Думаю, нам надо навестить Уилсона.

– Подожди. Ты отложил встречи, чтобы заниматься расследованием вместе со мной? – Франческа была взволнована.

Харт усмехнулся, и впадинка на подбородке стала более заметной, а ямочка на левой щеке словно подмигивала ей.

– Я отказал двум клиентам, которым нужен больше, чем они мне. Но днем у меня чрезвычайно важная встреча с послом в Гонконге, которую я не могу пропустить. Это касается доставки моих грузов по морю.

Франческу осенило.

– Столь внезапный интерес к расследованию связан с той опасностью, которую представляет Уилсон, или же с моей работой с Брэгом?

– Признаю свою вину, – поклонился Харт. – Думаю, нам надо спешить, – добавил он серьезным тоном. – Если Уилсон не ускользнул из города, он должен вскоре открыть магазин.

– Если поторопимся, можем успеть поговорить с ним раньше, чем прибудет полиция.

Харт приподнял бровь:

– Решила обойти моего брата?

– Никогда! Просто хочу поговорить с Уилсоном без полицейских. Я чувствую, Колдер, что сегодня мы отведаем больше меда, чем уксуса.

Он улыбнулся и жестом пригласил ее пройти вперед.

Когда они подошли к магазину Уилсона, Франческа остановилась. Ей вспомнился разговор с Гвен О’Нил.

– Я забыла тебе кое-что сказать, – обратилась она к Харту.