Королева Потерянных Мальчиков - Т. С. Кинли

— Ёбанный Ад, Питер! Ты что, меня не слушал? Нет! Ты никогда не слушаешь. Я пытался предупредить тебя обо всём этом, но ты со своей гордостью рассмеялся мне в лицо. Тебе ещё многое предстоит сделать, чтобы повзрослеть, мальчик.

— Теперь ты пытаешься быть моим отцом?

— Я пытаюсь быть твоим чёртовым союзником, — прорычал он, прежде чем залпом допить остаток рома и стукнуть стаканом о подоконник, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Мой союзник? Это то, о чём я просил, и всё же его слова заставили меня похолодеть. Я разрывался на части. Этот человек был мастером обмана, и всё же я был склонен поверить ему.

— Что изменилось? Что изменилось после всех этих лет?

— Это, — он повернулся и указал на Гвен, спящую в кровати, — это прямо там. Я сгораю от тоски по ней. Она перековала осколки моей души, и я стал другим человеком. Она изменила саму суть моего существа. Я больше не живу для себя. Я существую, чтобы сделать эту женщину счастливой. Это нерационально, я не могу это объяснить, но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы склонить судьбу в её пользу.

— Значит, ты поможешь нам?

— Мой путь ведёт туда, куда пойдёт она. Но давай проясним несколько вещей. Я не один из твоих Потерянных Мальчиков. Это, — он ущипнул себя за переносицу, прежде чем покачать головой, — этот союз не означает, что я отвечаю перед тобой. Понял?

— Согласен, — я предложила ему свою руку, чтобы скрепить сделку по доброй воле. Он мельком взглянул на неё, затем вернул свой взгляд ко мне, выглядя недовольным моим предложением.

— Расскажи мне о своих планах, — потребовал он, оставив меня в подвешенном состоянии.

— У него есть время до заката, чтобы доставить Осакрен Дориану. Мы затаимся в засаде, и когда он сделает свой ход, мы перехватим. Но я хочу взять Ариона живым. У меня есть на него планы. То, что он сделал с Гвен, невыносимо, и я планирую заставить его жестоко заплатить за свою ошибку.

— И это всё? Это твой грандиозный план? Слишком многое остаётся в руках судьбы, тебе не кажется? И она довольно мстительная стерва, если дать ей шанс. Я думаю, мы можем придумать что-нибудь получше, — хитрая улыбка тронула его губы, и я почти разглядел дьявольские огоньки в его глазах.

***

Я воспользовался моментом, чтобы собраться с мыслями, прежде чем снова встретиться лицом к лицу со своими Потерянными Мальчиками. Когда мы вернулись из «Весёлого Роджера», мне удалось проинформировать их о новых планах насчёт Ариона, прежде чем я свалил. Мне нужно было немного времени побыть одному, чтобы всё обдумать. Правда о том, кем я когда-то был, разъедала меня изнутри. Крюк вытащил всё это на поверхность, и я не мог спрятаться от действий, о которых давно забыл. Он пытался изобразить меня абсолютным злодеем. И, возможно, я был злодеем в его истории. Но он также совершал ужасные, зловещие поступки. Месть была его излюбленным ядом. И он годами безжалостно стремился к этой мести, не обращая внимания ни на кого, кто стоял у него на пути… кроме Гвен.

Я был высокомерным маленьким засранцем, который думал, что солнце и луна вращаются вокруг меня. Избалованный ребёнок, которому было наплевать на всех, кроме себя. Видение собственного величия ослепило меня, и я понял, на что пошёл, чтобы достичь этого. Но злодей? Эта идея мне не понравилась. Я всегда задавался вопросом, почему Божество привело Венди в мою жизнь? И теперь, возможно, у меня был ответ. Венди запустила цепную реакцию. Заставила меня впервые что-то почувствовать. Нечто иное, чем моё собственное нарциссическое восхищение. И когда её у меня отняли, я плохо с этим справился. Я вёл себя как капризный ребёнок, каким и был.

Это стало последней каплей для Неверленда. Она больше не могла терпеть эгоистичного отродья, которого помогла создать, и это было испытание огнём. Я начинал понимать, что мне всегда было суждено повзрослеть. Просто мне потребовалось очень много времени, чтобы достичь этого. Я страстно желал вернуться в прошлое и дать самому себе, тринадцатилетнему, несколько советов. Сказать ему, что взрослеть не так уж и плохо. Может быть, рассказать, как охренительно приятно быть по самые яйца в девушке, к которой стремилась твоя душа. Это прямо сейчас имело бы огромное значение. Я почувствовал, как мой член зашевелился в штанах при этой мысли. Но сегодня была битва за Осакрен. Только после того, как мы добьёмся своего, и я возложу месть к ногам Гвен в виде трупа Ариона. Только тогда я позволю себе побаловать себя. Когда Гвен, наконец, будет в безопасности от Костяной фейри, тогда у нас у всех будет с ней свой черёд.

Мои мысли вернулись к Триппу, Райдеру и даже Эбену. Мы так сблизились за эти годы. Взросление бок о бок создало между нами неразрывную связь. То, чего у меня никогда не было с предыдущими Потерянными Мальчиками, которые неизбежно выросли и оставили меня позади. И теперь Гвен пополнила нашу разношёрстную семью. Крюк был прав насчёт судьбы. Она втоптала меня в грязь, но, чёрт возьми, оно того стоило.

Я бы никогда никому в этом не признался, но Гвен смягчила меня. Я чувствовал, что соперничество между мной и Крюком начинает угасать. Мы никогда не будем друзьями, какими были в детстве. Но мы могли бы быть уважительными союзниками. И я думаю, что смогу жить с этим.

***

Все были заняты приготовлениями в оружейном погребе, когда я присоединился к ним. Эбен навешивал на Гвен множество оружия.

— Чёрт, Эбен, она не сможет двигаться со всем этим оружием. Я думаю, ты просто снимаешь напряжение, привязывая его к ней, — поддразнил Райдер.

— Отвали, Рай. Очевидно же, я просто забочусь о её безопасности больше, чем ты, — парировал Эбен.

— Или у тебя фетиш на оружие. Не спускай с него глаз, Цыпа. Он просто может попытаться трахнуть тебя рукояткой своего ножа, — мы все рассмеялись, и Эбен бросился к Райдеру, схватив его за голову. Я улыбнулся этому зрелищу. Все были на взводе. Сегодняшняя миссия, возможно, была самой важной миссией в наших жизнях. Моей внутренней реакцией было отклонить план, изложенный Крюком, хотя я видел, что тактические аспекты, стоящие за ним, были разумными. Но Гвен полностью за, и я знал, что позволяю своим эмоциям сдерживать меня.

Всё было готово. Наступил момент перед битвой, когда адреналин зашкаливал, а нервы были на грани того, чтобы взять верх. Но у Райдера был способ разрядить напряжение. Каждый из нас внёс в группу что-то необходимое, и я знал, что готов умереть за любого в этой комнате.

— Как насчёт