Второй шанс для истинной - Кристина Юрьевна Юраш

– Мой маленький, – прошептала я, а из глаз брызнули слезы. Я видела конвульсии, задыхаясь от ужаса и боли. Ветеринар! Срочно к ветеринару!

Я паниковала и не знала, что делать!

– Мой Сиги, – шептала я, беря на руки крохотное тельце. Он лежал у меня на коленях и куда-то бежал… Лапки подергивались, а Сиги меня уже не слышал.

“Я не знаю, как умер, но меня обнимала мама!”, – пронеслось в голове, а я смотрела на это, зная, что ничего не могу сделать…

– Сиги, Сиги, – выла я, как вдруг увидела шатающегося Сигурда.

– Он умирает, – прошептала я, а соленые слезы катились из глаз. Маленькие лапки дергались, словно уже бежал по радуге. Ну еще бы! Удар был такой силы, что тут и человек бы не выжил. Не то, что крошечный песик с огромным и мужественным сердцем. – Уходит… Сигурд!!! Он уходит…

Я не сразу поняла, что конец близок. Я осознала свои слова и зажмурилась, давая слезам стечь по щекам. Слезы размывали все, а я видела, как вздрагивает тело Сиги. И кажется, что каждый раз, как в последний.

Сигурд наклонился, ткнул его огромным носом.

Я пыталась глубоко дышать. Мой крошечка. Сколько раз ты радостно тявкал, сколько раз ты будил меня по утрам. О, если бы я знала, то рявкнула бы так на этих соседей, которым ты, видите ли, мешаешь, что они бы в угол забились… Мы бы гуляли подольше… А не так “шир-мыр, маме на работу!”.

Я утерла слезу с щеки, вспоминая, как гонялась за Сиги по квартире, чтобы отобрать тапок. Как ругала его за то, что он метил углы или грыз подушку.

Сейчас я бы подарила ему такую подушку. Пусть хоть издерет ее и в перьях изваляется… Все казалось таким несущественным, когда я проводила рукой по крошечному тельцу.

Сигурд, который едва стоял на лапах, пытался меня поддержать. Я почувствовала дыхание с другой стороны. Это была Астрид. Она плакала. Из ее глаз натурально катились слезы.

– Ау-у-у! – завыла я, видя, что Сиги дергается. Нестерпимая боль разрывала меня изнутри. Я выла, и со мной выла вся стая.

Морда Сигурда застыла над Сиги. Не успела я опомниться, как огромная окровавленная пасть Сигурда сомкнулась над моим малышом. Огромные клыки сжали его, а тот в последний раз дернулся и… обмяк.

– Чтоб не мучился, – хрипло произнесла Астрид.

Она развернулась к стае.

– Ребенок Луны мертв, – голос ее сорвался.

И волки завыли… Глава 40

Я выла вместе со всеми. Я слышала рядом вой Астрид, вой Вальборга.

Мне казалось, что мир перестал существовать. Все вокруг было как в тумане. Слезы катились по щекам, а я не могла представить свою жизнь без этого крохи.

– Заберите ребенка! Его нужно похоронить! – послышался голос Астрид.

– Нет! Не отдам! – вцепилась я в крохотное окровавленное тельце. – Не отдам! Слышите!

Я вскочила на ноги, прижав малютку к груди. Он был еще теплый.

– Сигурд, скажи ей, – дрогнувшим голосом произнесла Астрид. – Пусть отдаст…

– Нет!!! – яростно заорала я. – Не отдам!!! Он мой!!! Мой малыш!

Волчицы сидели, опустив головы. Астрид пыталась меня убедить, а я не хотела ничего слышать.

– Отдай, – мягко сказал Сальгард, пытаясь разжать мои руки.

– Нет, – прошептала я, тряся головой. Слезы разлетались в стороны.

– Он уже не с нами. Он уже с мамой Луной. Бежит по лунному лучу и… – начал Сальгард, а я снова замотала головой, стиснув зубы. Не отдам! Это мой малыш! Мой маленький, мой комочек…

– Бесполезно, – произнес Сальгард. – Придется отбирать…

– Не дам!!! – заорала я истеричным голосом. И оскалила зубы. Мой малыш, мама с тобой. Мама тебя не отдаст… Мама тебя не уберегла…

Я скалила зубы на каждую руку и морду, которая лезла ко мне.

– Неужели ты хочешь, чтобы он ушел вот так? – спросила Астрид, а я почувствовала мягкую руку на своем плече. – Это недостойно волка, не быть похороненным…

– Мне плевать, что достойно, а что нет! – закричала я, забиваясь с ним в угол. Я прикоснулась к макушке губами и зарыдала с такой силой, что у меня чуть сердце не разорвалось.

– Дай его сюда, – произнесла Астрид мягким голосом. Одна сережка у нее была оборвана, прическа и платье выглядели ужасно. Но она присела, протягивая руку. – Вальборг! Помоги мне! Ребенка нужно забрать…

– Нет, нет, нет, – прошептала я, но уже тихо и отчаянно.

– Тише, тише, – слышала я голос, а кто-то бережно вынимал у меня из рук крошечное тельце. Меня окружили со всех сторон. Вальборг обернулся человеком и присел на колени, стараясь бережно отвести мою руку. Но я прижимала ее к себе. Но Вальборг снова отводил ее в сторону.

– Не надо, – прошептала я, а холодная слеза скатилась вниз.

– Держи ее, – слышала я шепот. Как вдруг Вальборг отдернул руку и быстро посмотрел Астрид.

– Ну? – спросила Астрид, а у самой все щеки были со следами дорожек от слез.

– Дай сюда! – произнес Вальборг, но уже другим голосом. – Меня кто-то укусил… Дай его сюда…

Что? Смысл его слов дошел до меня не сразу. Я осторожно отвела его от груди, видя, как Сиги открывает глазки. Только они были странные. Если раньше они были чайные, то сейчас они были голубыми… Как у хаски.

– Сиги, – икнула я, слизывая слезинку возле угла рта.

На меня смотрел Сиги, а я почувствовала под рукой слабое виляние хвоста.

– Не может быть, – обалдела Астрид. – Идите все сюда!

– Что такое? – заволновались волки.

– Он жив. И, кажется… Он теперь… Оборотень… – выдохнула Астрид.

– Получилось, – послышался тихий голос, а я увидела, как Сигурд сполз по стене.

– Он обратил его! – слышались голоса.

– У Эрцилии есть такая лошадь… Я такое только один раз видела в жизни! – слышался голос Астрид. А я не верила. Просто смотрела на крошечку и не верила.

Сиги немного зашевелился, а я зарыдала, но уже от счастья. Я бросилась к Сигурду, проверяя, как он. Сигурд был плох. Но, по уверениям Сальгарда, вполне терпимо. Несколько дней покоя, и раны затянутся.

– Спасибо, блошка, – усмехнулся Сигурд, проведя рукой по маленькой голове. – С меня туша…

– Тушу нельзя! Туша – это много! – возразила я.

– Если влезет, значит, нормально, – выдохнул Сигурд. – А теперь отлежаться бы.

Я кивнула, видя, как он снова собирает силы, обращаясь в волка. С трудом поднявшись, он направился в сторону двери.

– К-к-королевские покои там, – испуганным голосом произнес слуга.

– Где упаду, там и будут королевские покои, – прорычал Сигурд. – Король я или