Будешь моей, детка - Анастасия Градцева

— Заявление на учебную стажировку в течение семестра. Оплачиваемую.

— Что?

— Если ты пройдешь отбор, сможешь следующий семестр учиться в США. Билеты, проживание, сама учеба — все за счет принимающей стороны.

— А много там заявок? — я уже изучаю анкету. Выглядит очень соблазнительно, конечно.

— Наверное, немало. Но от нашего университета будешь только ты. И я еще добавлю свои рекомендации.

Я замираю.

— Почему вы так мне помогаете?

— У тебя светлая голова. Ты большая умница, Оля, — вздыхает декан. — И я очень боюсь, что ты не доучишься. Один семестр тебе оплатил Соболевский, а потом ты что делать будешь? Или у вашей семьи просто временные затруднения и дальше все решится?

Я мотаю головой и закусываю губу, чтобы не расплакаться. Она права.

Но Тимур ведь мне говорил, что он меня не оставит. Что он мне поможет и что-то придумает…Могу ли я на это рассчитывать? Или он наиграется мной и забудет про все свои слова?

— Если хорошо себя показать на стажировке, есть возможность остаться в том университете в США. Насовсем, — говорит Ираида Ивановна. — Я считаю, это хорошая возможность. Ты должна попробовать.

Уехать в США? Навсегда? Разве не этого я когда-то хотела?

Уехать и оставить Тимура.

Почему от одной только мысли мне так больно внутри?

— Далеко не факт, что у меня получится, правда? — спрашиваю я.

— Конечно. Но если не подать заявку, то ты точно не попадешь в программу. А так будет хотя бы шанс.

— Да, я заполню бумаги, — решаю я. — Спасибо!

— Не за что. Удачи, Оля!

Это все выглядит, как покупка лотерейного билетика. Слишком маленькая вероятность, что выберут именно меня. Ничтожная.

И, если честно, именно это меня и успокаивает.

Глава 20. Все хорошо

— Сливочную уху, слоеный пирожок с картошкой и грибами и зеленый чай, пожалуйста, — говорю я в столовой. Рядом со мной топчется Алиса и задумчиво смотрит в телефон, накручивая на палец рыжий локон. Она что-то совсем ничего не взяла себе, только колу и зерновой батончик. Худеет что ли? Но она ведь и так как тростиночка.

Девушка на кассе называет сумму за мой заказ, и я протягиваю карту, даже не вздрогнув. А ведь еще месяц назад было по-другому: мне каждый раз было неловко. Неловко отдавать столько денег за еду, неловко платить за такси, когда есть автобус, неловко покупать дорогую одежду, даже если она очень красивая и ужасно мне нравится…

А сейчас как будто привыкла. Хотя все равно когда Тимур притащил мне новый телефон последней модели, я отказалась принимать этот подарок. Вот в нем точно не было никакого смысла, чистые понты.

— Сядем к окошку? — спрашивает Алиса.

— Конечно, пойдём.

Там как раз есть свободный столик, и мы удобно за ним устраиваемся. И пока я с аппетитом ем суп, Алиса нехотя грызёт свой батончик.

— Как твои дела? — спрашивает она с искренним интересом.

— Все хорошо! — тут же бодро отвечаю я.

Ведь хорошо же, правда? С учебой никаких проблем, преподаватели меня хвалят, к экзаменам я даже заранее подготовилась. С Тимуром тоже все прекрасно: секс у нас огонь, а ещё мы очень быстро научились жить вместе, даже не ссоримся никогда.

Мама моя… ну что мама? Звонит иногда, ругает меня. Тимур говорит, чтобы я трубку не брала, но я не могу: даже такой разговор лучше, чем совсем ничего. Я скучаю по ним. Правда.

Это Тимур ещё не знает, что я ездила домой на прошлой неделе. Специально ушла с последней пары и поехала днём, так, чтобы родители на работе были. В квартире был только Сережка, и он мне, кажется, обрадовался. Мы с ним нормально так поговорили. Даже посмеялись вместе над чем-то.

— Как вы? — спросила я неловко, когда уже собралась уходить.

— Да норм, — пожал он плечами и с любопытством глянул на мои сверкающие пайетками кроссовки, которые так чужеродно выглядели в нашей тёмной пыльной прихожей. Дома вообще стало заметно грязнее с тех пор, как я уехала.

Мне стало почему-то стыдно.

— Хорошо живешь, — как бы невзначай заметил он.

— Сереж, это ж не мои деньги, — виновато сказала я. — Были бы мои, я бы еще могла как-то…

— Да ладно, я все понимаю. Ты заходи иногда, не пропадай.

— Хорошо. Родителям привет.

Тимуру я об этой поездке не говорила. Как и про заявку на стипендию. Мы вообще не то чтобы много о чем-то говорим в последнее время…

— Оля, — Алиса серьезно и пытливо смотрит мне в глаза. — Я ведь не для вежливости спросила, а по-настоящему. Как ты?

— Хорошо! — уверяю я.

— А почему ты в университете почти не появляешься?

Я неловко пожимаю плечами. А что тут скажешь? Я устала от всеобщего любопытства, направленного в мою сторону, устала от язвительных комментариев в те дни, когда Тимура нет на парах, и от его зажиманий меня по всем углам в те дни, когда он на пары приходит. Хорошо, что у всех лекций есть онлайн-трансляция в личном кабинете и что личное присутствие обязательно только на практикумах. Вот и получается, что из пяти учебных дней я теперь прихожу только на два. Да и в эти дни стараюсь быстро все сдать и уехать обратно домой.

— Мне проще учиться дома, — наконец говорю я.

Но Алиса умеет слышать то, что звучит вторым планом.

— Ты говорила Тимуру, что тебя обижают в универе? — настойчиво спрашивает она.

— Меня не обижают, — протестую я. — Просто мне не очень комфортно тут.

— Окей, — терпеливо соглашается Алиса. — Так говорила?

— Нет! Зачем ему это знать?

— Как это зачем? — удивляется она так сильно, что ее зеленые глаза округляются. — Он же твой парень!

Я не удерживаюсь от невеселого смешка.

— Оля? Я что-то не так сказала?

— Алис, я не знаю, кто он мне, — говорю я со вздохом. И руки вдруг начинают дрожать так сильно, что я откладываю в сторону ложку. Да и аппетит, если честно, пропадает. — Тимур никогда не предлагал мне быть его девушкой. Я просто живу у него, пока… Пока не надоем, наверное. Мы спим вместе и…