Моё прекрасное чудовище - Ная Геярова

Шайра смотрела на меня убийственно. Я отвечала прямым взглядом, точно зная, что от хищников, подобных ей, отворачиваться нельзя. Нельзя показывать слабость и страх. А Шайра и была хищницей, готовой разорвать свою жертву. Меня. И, судя по всему, явно не от ревности к Астешу.

Она начала медленно обходить меня по кругу.

Я поворачивалась вслед ее ходу.

Мы обе молчали. Настороженные, напряженные.

– Значит, вот ты какая выросла, сестричка, – усмехнулась Шайра, наконец остановившись.

Странно во мне отозвалась эта фраза. Резанула по душе не хуже отточенного кинжала.

Да, о том, что она жива, я уже знала от Дарьера. Но все же надеялась, что он ошибается, предполагая ее близкое присутствие. Потому что это могло говорить только об одном: темная шаенка, предавшая род, пошедшая против семьи и уничтожившая ее, находится здесь, в замке государя. А значит, по его желанию или приказу. И это было очень-очень плохо. Хуже не придумаешь.

– Кажется, ты не рада меня видеть, сестра, – само по себе сорвалось с моих губ.

Шайра криво усмехнулась.

– Я надеялась, что вы все сдохли. Но, как вижу, глубоко ошиблась. Папаша, видимо, приложил немало усилий для спасения хоть одного отродья. Однако это поправимо.

Пол покачнулся под ногами, но я упрямо продолжала стоять, смотря на старшую сестру. И с ужасом понимала, что передо мной – моя смерть. Главное – не показать, насколько я боюсь ее, как режут сердце злые слова и мысли о том, что это она виновата в гибели всего рода Салтьер. Ведь я до последнего сомневалась в рассказе Дарьера. Не могла поверить в то, что Шайра безжалостно уничтожила собственную семью. Но ее слова и появление полностью подтверждали страшную правду.

– Почему ты это сделала? – говорить было трудно.

Она отвернулась, встала у открытого окна. Сделала несколько глубоких вдохов и снова повернулась ко мне. Сложила руки на груди. Не было в ее взгляде ни жалости к погибшим, ни раскаяния.

– Знаешь ли ты, сестренка, что шаены способны передавать свою силу тем, кто связан с ними по крови?

Я все же отступила. Нащупала край камина и ухватилась за него, начиная понимать, к чему она клонит. И все же с отчаянием выкрикнула:

– Зачем? Неужели сила так туманит разум?

– Глупенькая младшая сестричка, – Шайра покачала головой.

Я смотрела на нее широко распахнутыми глазами.

– Ты, все ты! И потом, за пределами вашего мира, ты их убила! Всех!

Губы Шайры нервно дрогнули. Она холодно улыбнулась.

– Что поделать, на кону стояла моя собственная жизнь и… власть. Дурак Астеш. Если бы не он, я бы уничтожила их еще в родовом поместье. Но он ведь потащился к Горду. – Шайра презрительно поморщилась. – А тот, ох… Проникся и отпустил. Правда, оставил Астешу отметину, чтобы не забывал о содеянном. Как же я тогда ненавидела их обоих! – Она сжала кулаки. Лицо заметно побледнело. – Горд такой же дурак, как и Астеш. Он и правда думал, что род Салтьер предал корону. И был уверен, что уничтожает их во благо государства. Да если бы не я, его бравые маги и дня бы не простояли!

Я слушала Шайру, пытаясь уловить смысл сказанного и теряя нить. Что-то в ее рассказе не вязалось с рассказом Дарьера. Горд и правда думал, что род Салтьер – предатели?

Мысль сбила Шайра.

– Наша семья была слишком сильна, – судорожно продолжала темная шаенка. – Мне приходилось ждать каждой смерти, каждого выплеска силы, чтобы вытягивать ее, забирать себе. И тут пришел Астеш… Презрительный, жалкий… И Горд его послушал. Он изгнал их. Отпустил. Отпустил силу. Мою силу! – голос Шайры дрожал, глаза ненормально блестели.

Да она же безумна. Тьма свела ее с ума!

– Я не могла их потерять, – зловеще прошелестела Шайра. – Едва они покинули ворота Шаразара, я двинулась следом. Правда, отец обо всем догадался. Он хорошо путал следы. Пришлось немало помучиться, отыскивая вас. Не день, не два… Почти месяц я плутала. Но нашла. К сожалению, когда пришла в становище, там уже не было тебя и отца.

Матушка перед смертью рассказала, что он умер, скрывая остатки семьи. Но его магии не хватило, и он взял твою. Вы остались в лесу, запутывая след. И погибли, отдав все силы! Глупцы! Разве можно было спрятаться от меня?! Просто удивительно, что даже под моим воздействием мать смогла солгать! Или нет? Она и правда верила в вашу гибель?

Интересно, как вы выжили? А ведь я сильно расстроилась. Отец был сильным магом, его сила не помешала бы мне. И как же я удивилась, когда появилась ты! Первым звоночком стали ушедшие в мир Эсварии гариконы. Они, знаешь ли, очень ярко чувствуют темных шаенов. А затем появились слухи о новой любовнице Астеша и эта дурочка, Ларейн, вскользь высказавшаяся о твоей необычности.

Я сопоставила все и поняла: не знаю как, но ты выжила! Хотя, с другой стороны, может, это и к лучшему. Ты и я, мы одной крови.

Шайра решительно шагнула ко мне. Искры в глазах лихорадочно кружились.

– Вместе мы могли бы получить полную власть. Мне осталось совсем немного. Идем со мной, сестренка. Или без меня. Так или иначе, твоя сила станет моей. Выбирай. Ты со мной или с этим кретином Астешем? – Она пронзала меня пугающим ненормальным взглядом, нервно сжимая руки. – Ну же, решай. Ты такая же, как я. Мы из одной семьи. Семьи темных шаенов. А ты знаешь, как воспитывают в наших семьях? Убей, уничтожь, положи на кон любого близкого, но выживи.

«Врет. Врет! Точно врет. Не верю».

Я слушала Шайру, и мне было невыносимо горько за семью, за свой род, за генерала Райена. Он любил ее. Любил до беспамятства, до боли в груди, готов был все за нее отдать. А она…. Как же я ее ненавидела! И ненависть за мое чудовище ярким пламенем разгоралась в сердце.

Пальцы, сжимающие камень камина, заболели, а в следующий момент раздался треск, и они осыпались в моих руках.

– Врешь! Я не такая, – выдавила бледными губами.

Взгляд Шайры стал несмешливым.

– Ты такая же. Просто еще не знаешь. Мы все такие. Тьма накладывает отпечаток на каждого. Нет среди темных хороших и добрых. Думаешь, как в нас сила копится? За счет других. Но если ее отобрать у своих, то она сильнее, могущественнее. И когда она проникает в тебя, это просто непередаваемое чувство. Наполнение, экстаз, понимание высших предназначений. Тебе еще придется это испытать.

Она вскинула голову. Как же злил ее надменный взгляд, ее уверенность в собственной правоте! У меня от ненависти скрутило все внутренности. Да так, что я готова была их выплюнуть.

Шаенка усмехнулась и вскинула руку в немом призыве темной магии. Комнату окутало серым туманом, в котором едва угадывался силуэт Шайры. Дышать