Моё прекрасное чудовище - Ная Геярова

– Доброй ночи, – произнесла дрожащим голосом.

– Я ждал вас, моя леди, – тихо ответил он.

– Я пришла.

Мой преданный слуга повернулся. Старческие морщины практически стерлись с его лица. Он был все тем же Дарьером – и совсем не похожим на него. Прямой, с темным взглядом, в котором я только теперь увидела те самые глубоко спрятанные искорки. Едва различимую воронку искр. Вернее сказать, он позволил мне их увидеть.

– Хотите узнать, почему я все это время молчал?

– Хочу, – сказала, вдруг отчетливо понимая, что до ужаса боюсь его ответа. – Я знаю, что кроме меня выжил еще один темный шаен. И подозреваю, что он виновен в гибели семьи Салтьер.

Дарьер невесело усмехнулся.

– Совершенно верно, моя маленькая леди. Но всего один вопрос перед тем, как я все расскажу. Как вы догадались?

Я подошла ближе, старясь присмотреться к новому для меня Дарьеру.

– Гариконы. Они пошли за мной. Они ценой собственной жизни защищали меня перед Астешем, без страха, без тени сомнения. Так же они должны были защищать и семью Салтьер. Но я как-то упустила из рассказа Астеша, что они там были. Или не упустила? Гариконы не защищали семью. И вот тут пришла мысль… Очень страшная мысль. Они не защищали род Салтьер, потому что у них был приказ. Приказ того, кого они слушались беспрекословно. Приказ очень сильного темного шаена.

– И вы решили, что этот шаен – я?!

Я хмуро смотрела на Дарьера.

– У вас есть другое объяснение?

– Есть, – странным глухим голосом ответил слуга. – И, пожалуй, вам тоже пора узнать. Я слышал о приглашении государя Горда. И чувствую, что это не самое худшее, что вам предстоит. От того, как вы сейчас поймете меня и насколько поверите, зависит ваша жизнь. И не только.

Я встала напротив Дарьера. Посмотрела ему в лицо и произнесла:

– Говори. Я слушаю.

Он ответил мне столь же прямым взглядом и сказал с чувством какой-то гордости:

– Во-первых, я рад, что вы дожили до этого дня. Честно признаюсь, иногда сомневался, что смогу вас обезопасить.

Я нахмурилась.

– Во-вторых… – Он помолчал и добавил: – Поздравляю вас, моя леди, с днем рождения!

Глава 22

В покои Астеша я вернулась, когда луна уже давно ушла за полночь. Генерала, к счастью, не было, что заставило меня ощутить хоть какое-то облегчение.

Все тело горело после встречи с Дарьером. Кто знал, что будет так обжигающе больно, когда сила, запечатанная столько времени, разольется по венам? Когда она вывернет мне кости, показывая истинный лик. И только незнакомая мне магия Дарьера не позволила упасть там, в его комнате, хрипя и выплевывая сгустки печати. А как же невыносимо больно было в момент закрытия моего становления от чужих глаз!

Тогда Дарьер сказал:

– Пока вы не прибегнете к магии, никто не сможет ее увидеть. Но теперь она в вас, вся, что есть, вся, что я смог собрать и вложить. Выплеск может быть сильным, поэтому раскрывайтесь, только если и правда станет понятно, что иного не избежать. Держитесь, моя леди, и помните, что я вам говорил: вы не темная. Света в вас больше, чем можно предположить в темной шаенке. И это наш козырь. Тот, что поможет вам в трудную минуту. Верьте в себя и свой свет.

Я слушала его слова, врезающиеся осколками в помутившееся от боли сознание.

– Знайте, ваша жизнь стоила жизни всей семье. И только на вас вся надежда. Вы сможете противостоять той силе, что уничтожила нас. Держитесь и верьте в себя, моя леди.

Я стояла в комнате Астеша, все еще прокручивая в голове события, произошедшие в комнате Дарьера. Перед глазами плыли круги: черные, белые, цветные. Я едва держалась на ногах. И все же подошла к окну. У меня еще оставалось неоконченное дело.

Прикрыла глаза, отправляя ментальный вызов. Ответ раздался сразу же, многоголосым воем гариконов. Приказы я отдавала строгие, короткие.

Если Дарьер рассказал правду, то встреча с Гордом – не самое худшее, что меня ожидает. Я слишком мало знаю свою магию. А значит, гариконы – моя единственная надежда. Последняя надежда в случае столкновения с силой, настолько превосходящей мою. Хотя Дарьер и пытался уверить меня в обратном. Но что может сделать девочка, только что прошедшая становление и едва познакомившаяся со своей магией, против силы многолетий – познанной, властной, хитрой, беспощадной?

На ватных ногах я дошла до кровати.

Подумала и разделась, оставив только замысловатое ажурное белье мадам Гошри. А потом и его скинула. Ложилась с безумным, бьющим в виски пульсом и захлебывающимся от волнения сердцем.

Ждать пришлось долго. Но уснуть я все равно не смогла бы.

Астеш вернулся ближе к рассвету. Раздеваться не стал. Прошел к окну, оперся на стекло руками и опустил голову.

Я медленно поднялась, подошла к нему. Дрожа от собственной смелости, положила руки ему на плечи.

Он повернулся и тут же растерянно отстранился, созерцая меня. Распущенные волосы вряд ли прикрывали мою наготу.

Астеш напряженно сглотнул и охрипшим голосом тихо произнес:

– Сегодня трудный день, Киара. Вам нужно отдохнуть.

– Сегодня, возможно, мой последний день, – прошептала я. – Не откажите в том, чего я, может быть, уже никогда не испытаю.

Он резко наклонился и схватил меня в объятия. Жар дыхания обжег мой висок. Горячие поцелуи осыпали лицо.

– Не смейте, Киара, – зашептал прерывисто. – Не смейте так думать. Вы будете жить, слышите меня?

Как же горячи были прикосновения Астеша! Как желанны…

Я потянулась к его губам. Обвила руками шею.

– Нет. – Он перехватил мои запястья. Заглянул в глаза. – Я не могу этого сделать, Киара.

– Но я же сама прошу.

Он грустно улыбнулся.

– Нет, моя девочка. Но я обещаю: как только вам исполнится…

– Исполнилось, – смотря прямо ему в глаза, шепнула я. – Сегодня мне исполнилось восемнадцать. И прошу вас…

Голос сел.

Астеш недоверчиво смотрел на меня.

Я сильнее прижалась к нему. Хотела. Желала только одного – послать к черту все предрассудки и стеснительность. Забыть о предстоящем дне и растаять в объятиях моего чудовища.

– Астеш, я не могу сейчас рассказать вам всего. Но сегодня гариконы ответили на мой ментальный приказ, а они не сделали бы этого, не исполнись мне восемнадцати.

– Откуда вы знаете? – Он попытался заглянуть в мои глаза.

– Не спрашивайте. – Я отвела взгляд.

– Вы против моего приказа ходили к Дарьеру?

Я промолчала.

– И что же он вам сказал? – не без раздражения спросил генерал.

– Только то, что нам необходимо знать. И я верю ему. Вам тоже стоило бы больше верить окружающим вас… людям, а не собственным эмоциям. Ведь именно ваши эмоции и сыграли с вами злую шутку.

– О чем вы?

Я вскинула взгляд.

– Обещаю рассказать, если вы выполните мое желание.

И снова обвила его шею руками.

– Мне это точно нужно знать? – с насмешливым сарказмом поинтересовался Астеш.

Он еще способен шутить в нашей ситуации?

– Необходимо, – уверила я. – Поверьте, вам будет чему удивиться. И надеюсь, что это не разобьет ваше сердце. По крайне мере, старюсь верить, что теперь