Лось в облаке - Ирина Лазарева

Прошло четыре дня. Самочувствие Александра значительно улучшилось, и он мог теперь выходить в сад. Вадим, общаясь с ним, чувствовал, как с каждой минутой оттаивает его омертвевшая душа. Трескалась и опадала кусками кора чужеродного баньяна, тянулось к солнцу и выпрямлялось задушенное дерево. Кончилось его одиночество. Он чувствовал, что снова обрел брата, который любил и понимал его, мог поддержать и ободрить в любую минуту, и тем же для Сани был Вадим. Они говорили обо всем, в одном только Вадим не мог признаться Александру, в том, что стал хладнокровным и расчетливым убийцей, и хотя те, кого он убивал, сами были бандитами и убийцами, каждое совершенное им преступление откладывалось в его душе очередным черным пластом и вытесняло из нее свет, который там еще оставался. Теперь этот свет снова стал разгораться, но иногда укоренившаяся тьма злорадно поднимала голову, и тогда он спешил к Сане, находя в общении с ним силы для отпора своей агрессивной половине. Александр, решив, вероятно, что известное ему убийство было единичным эпизодом в жизни Вадима и что было оно продиктовано желанием сына отомстить за смерть матери, темы этой больше не касался и, казалось, о прискорбном событии не вспоминал.

Вадиму пока никак не удавалось отговорить Александра от преждевременного отъезда. Валентин Николаевич считал, что ему еще надо полечиться, но, несмотря на давление со стороны врача и Вадима, Александр решил ехать в воскресение, пообещав заняться в Ярославле продажей квартиры.

— Все равно от меня не отвертишься, — сказал Вадим. — Будешь тянуть — приеду сам.

Александр захотел осмотреть дом. Вадим с гордостью продемонстрировал ему свой кабинет, выдержанный в классическом стиле, где стены были отделаны панелями из ореха, мебель — резьбой и тиснением; библиотеку со встроенным камином и книжными шкафами до потолка; столовую, решенную в парадном стиле, и не менее роскошную гостиную; изысканно оформленные спальни с мягкими коврами на полу и воздушными драпировками на окнах; санузлы, выложенные мозаикой всех оттенков голубого с маленькими нишами в стенах, где красовались раковины, морские звезды и камни. Во всех помещениях стояла мебель из дерева ценных пород, торжественности добавляли лепные потолки, зеркала, фарфор, антикварные часы и статуэтки.

Александру все нравилось, он хвалил обстановку, дизайн, интерьер. Особенный интерес у него вызвало собрание картин да еще огромный аквариум в гостиной.

— Ах, красавец! — восклицал он при виде крупного жемчужного гурами. — А самка гупи у вас на сносях. Отделить надо, а то мальков съедят. Кто у тебя за аквариумом смотрит?

Позови, я скажу. Вон ту скалярию тоже надо отделить. Видишь, белый налет на плавнике? Это значит, что она больна. Других может заразить.

— Ну вот, а ты говоришь — не кричи на них. И здесь порядка нет.

— Вадим Петрович, — позвал Игорь. — Вас к телефону просят, из банка. Говорят, очень срочно.

— Прости, — сказал Вадим, — я свой мобильник отключил, так ведь все равно достанут. Сейчас вернусь, не уходи.

Однако через минуту Александр сам влетел к нему в кабинет и уставился на друга потрясенным взглядом. Вадим, безжалостно распекая кого-то по телефону, осекся на полуслове и положил трубку.

— Что? — встревожился он. — Что случилось?

— Там, в библиотеке, кто это? — почему-то шепотом спросил Александр. — Фантастическое видение. Увидела меня и убежала.

— О чем ты? — не понял Вадим. — Подожди, сядь, успокойся. Игорь, иди сюда! Сань, кого ты видел, объясни толком.

— Девушку, — мечтательно произнес Александр. — Дивное создание. Ожившая китайская миниатюра!

— По всей вероятности, Александр Юрьевич имеет в виду нашу горничную-китаянку, — подсказал Игорь.

— У нас есть китаянка? — удивился Вадим. — Ах да, сейчас припоминаю. Света что-то о ней говорила. Она, кажется, еще и готовит.

Саня посмотрел на него так, как в тот раз, когда показывал ему «Мону Лизу».

Вадим смешался:

— Ну, хорошо, хорошо, я бесчувственный чурбан. Ничего вокруг себя не замечаю. Сань, я ведь дома почти не бываю, откуда мне знать? Сейчас мы все уладим. Игорь, вызови сюда управляющего.

Управляющий не замедлил явиться и представил подробную информацию: девушка из Китая, зовут Лин Сун, ей двадцать три года, работает в доме уже год, исполнительна и аккуратна.