Мои 33 свидания - Галина Вячеславовна

Расписываюсь и забираю пакет. Я что то заказал и забыл? Странно.

Иду в гостиную и ищу сигареты на столе. Вчера почти все вкурил пока с Женей общался по телефону. Девчонка хорошо влияет на мою работоспособность, я так яростно хочу полететь в Москву и провести с ней время, что решаю все вопросы в разы быстрее чем раньше.

С любопытством вскрываю объёмный пакет, где лежит свежий выпуск "Модницы". Прикол что ли какой?

Рву упаковку и начинаю листать журнал. Пахнет печатью, это наверно одна из причин почему я в журналистике, этот аромат, как наркотик.

Я не без улыбки смотрю на работу Риты. Её чувство стиля перевернуло большую модную рубрику. Это все новое и смелое, так как и нужно было изданию. Теперь у нас две рубрики сильные. С нового года надо ещё рекламу повышать.

Конечно, раз выдалась свободная минута, мне хочется ещё раз перечитать работу Жени, чтобы лучше понять её чувства. Я помню, как в макете мне было очень приятно прочитать о её влюбленности. У меня были похожие чувства, но хотелось сказать об этом лично.

"Начинающему журналисту сейчас нелегко. Хорошо, что мне повезло, и на меня запал редактор. Староват мужик, но я старалась мыслить на перспективу.

Он вывез меня на море, чтобы там никто не мешал ему грязно приставать к своей подчинённой. И я думала, что смогу стерпеть, проглотить так сказать… Но нет, хочу чтобы читательницы знали, что не все можно купить.

Этот мужчина решил сделать из меня свою любовницу, но я не могла на такое пойти. Просто терпела, ждала, когда же он наконец наиграется.

Мне хотелось получить ещё и рубрику Моды, но после того, как он пригласил на эту должность старую кошелку, я уже не знаю, что нужно сделать и как, чтобы ублажить такого как он.

После всех этих историй, я достойна большего чем мне может дать этот захудалый журнал…"

Я перечитал ещё раз, а затем ещё… Какого, блять, хрена?

Меня трясёт от злости, кидаю этот журнал в сторону мусорки и шумно выдыхаю. Женя опять поменяла выпуск после мой редактуры? Да и не это важно… Разве я заставлял её? Был слегка груб в постеле, но это дело темперамента. Она хотела быть редактором Моды, так что ж не сказала?

Я вообще ничего не понял. Мысли танцивали джигу, сердце хуячило в груди, а глаза бегали. Не мог я так ошибиться, просто, блять, не мог!

Наспех собираюсь, надеваю первое что смог найти на стуле. Беру билет в Москву. По дороге в аэропорт отменяю все свои дела до понедельника. Мне это не свойственно, и поэтому в редких случаях простительно.

В типографии мне говорят, что выполнили все с точностью, как и было в макете. По времени все сходится с моим письмом с правками. У меня голова просто кругом, как такое возможно? Я несколько раз переспрашиваю, не связывалась ли с ними Евгения, на что мне отвечают, что вообще из редакции никто не звонил.

В таком подвешенном состоянии я и сажусь в самолет. Звонить Жене не хочу, лучше все узнаю при встрече. Если сейчас она по телефону подтвердит, что это ее текст, я просто сума сойду.

***

В редакции Жени не оказалось. Все очень удивились, когда увидели меня, но сразу поняли почему я в Москве. В офисе творился пиздец, никто не ожидал от новой журналистки такой подставы.

Меня с улыбкой встречает Стефани. Она сдержанно приобнимает меня. Действительно давно не виделись.

— Неужели командировка закончилась? — интересуется женщина.

— Сама понимаешь, нет, мой приезд вынужден. Номер снят с печати, — не до любезностей сейчас.

— Да, хорошо, что Кристина остановила это безумие. Уже в семь утра примчалась в редакцию, обсзвонила дистрибьюторов, сейчас с рекламщиками общается… — Стефани махнула в сторону кабинета редактора Отношений.

— А Женя где? — тут же спрашиваю и стараюсь не выдавать особой заинтересованности.

— Она прислала заявление на увольнение, Кристина подписала на правах учредителя, — с сожалением ответила женщина и продемонстрировала мне папку, где лежали документы.

— Давай сюда, — я решил забрать их себе.

В кабинет иду тяжело, совершенно не хочу сейчас говорить с Высоковой. Я точно сорвусь, внутри меня уже пожар, который только разгорается.

Я застаю девушку говорящей по телефону. Она меряет помещение шагами и обещает рекламодателям, что в следующем выпуске их обьявление, в качестве компенсации, будет размещено в начале номера. Не перебиваю Кристину, иду к кофемашине, чтобы хоть как то взбодриться.

— Рада что ты приехал, это полный аврал, — теперь уже обращаясь ко мне, Высокова, стуча каблуками, подходит ко мне и тоже делает себе кофе.

— Ты журнал прислала мне? — сначала о важном.

— Да, пришлось найти такой экспресс, что тебе и не снилось, — Кристина закатила глаза.

— Типография говорит, что никто не звонил им из редакции, — у меня есть факты. Я не хочу верить, что это Женя хотела так уйти.

— Может ей и звонить не пришлось, связи есть напрямую… Я не знаю, над этим не думала, разгребаю последствия, — девушка театрально вздыхает.

— Я возьму на себя часть звонков, кто там у нас самый проблемный? — лучше всего отвлечься можно работой.

Кристина вводит меня в курс наших плохих дел и делиться номерами тех, что требует вернуть деньги. Я расположился в ее кабинете. Подруга заказала для нас обед из хорошего ресторана, но я почти не притронулся к еде, было так тошно, что словами не передать.