На милость победителя - Виктория Волкова

– А мы? – требовательно спросила Таня. – Что ты решил, Марк?

– А что я должен решать? – хитро улыбнулся он. – Будем в Москве, распишемся. Там, кажется, есть ЗАГС для иностранцев. Гостей приглашай, кого хочешь. С моей стороны только сестры и Зубовы.

– Заметано, – подмигнула Фокина. – А с моей только Ромка с женой.

– А родители? – напрягся Марк. – Их не будет?

– Мама не поедет специально в Москву. Пообещает, а потом скажется больной. Отец мой давно умер, а сын не собирается возвращаться из Таиланда.

– А он не мог прикарманить эти деньги? – деловито осведомился Марк, снова выезжая на трассу.

– Нет, – мотнула головой Фокина. – Это исключено. Вадим живет в Петербурге. И оттуда прямым рейсом улетел в Бангкок.

– Твой сынок улетел в Бангкок, украсть деньги под шумок он не мог, – пробурчал Марк, подражая рэперам.

– Как-то так, – кивнула Таня. – А нам с тобой под хупой стоять не придется? – поинтересовалась опасливо.

– Как ты захочешь, Танья? Если примешь гиюр…

– А ты этого хочешь? – охнула она.

– Я не смею мечтать, – вздохнул он. – Но мне очень хочется, чтобы между нами было как можно меньше различий.

– Я должна подумать, – прошептала она. – Я люблю тебя, Марк. Но еще не готова поменять религию.

– Как хочешь, – отмахнулся он. – Тогда просто распишемся, а потом укатим в Италию. У меня там дом в Ломбардии. Тебе понравится.

– Постоянно жить в Италии? – уточнила Татьяна. – Я, наверное, не смогу.

– Это еще почему? – рыкнул Марк, сворачивая к придорожному отелю. – Как я правильно понял, тебя ничего в России не держит. Мне для ведения бизнеса удобно жить в Европе. И Ломбардия – отличный вариант…

– А как же фабрика? – протянула Таня. – Я столько сил в нее вложила.

– Судя по отчетам, прибыли она почти не приносит. А лить шоколад ты сможешь и на новом месте. Подумай… Я хотел бы путешествовать с тобой, дорогая, – хмыкнул он, паркуясь недалеко от крыльца. Чмокнул в нос и заявил: – Нам нужно отдохнуть. Что-то я устал и ты бледная, Танья. Пообедаем, поваляемся и поедем дальше. А что касается фабрики. Ты можешь ее продать или подарить… Я бы не советовал сразу принимать решение… –  лениво обронил он, выбираясь из машины. Взял Фокину за руку.

«Марк прав, – мысленно вздохнула она. – Вся эта бюрократия мне надоела. Лучше жить с любимым мужчиной в свое удовольствие, – подумала она, наблюдая, как Марк расплачивается за люкс и велит принести обед в номер. – Продать? Да кому она нужна, эта фабрика? – попыталась Татьяна сразу решить проблему. – Никто ее не купит. Разве что подарить…» – снова вздохнула она, поднимаясь вместе с Марком по темной деревянной лестнице. Он глянул на нее искоса и пробурчал весело:

– Нужно придумать подарок для молодоженов, Тань. Я видел в музее такие флакончики для собирания слез. Отправлю сестре, – легкомысленно заметил Марк.

– Хватит ей рыдать, Марсель, – отрезала Таня, остановившись. – Я подарю им с Ромкой фабрику. Для сладкой жизни.

– Подари Роману, – кивнул Марк. – Камилла у нас девушка принципиальная. Может не принять. А твой брат сам решит, как лучше распорядиться, – пробормотал он, косясь на номера дверей, тесно расположенных друг к другу в маленьком коридорчике. Нашел нужную и ,отперев, первым шагнул внутрь. Осмотрелся по сторонам и, подойдя к застывшей в маленькой прихожей Тане, прижал е к стене и, задрав юбку, огладил бедро. Потом нащупал тонкие стринги и потянул вниз.

– Порвешь, дурачок, – прошептала Татьяна.

– Поедешь без трусов, – прорычал Марк, впиваясь в ее губы грубым поцелуем и одновременно раздирая тонкое кружево. – Я будто пьяный от тебя, девочка, – прохрипел, поднимая ее на руки.

Татьяна обняла крепкую накачанную шею и, глянув шалым взглядом на сумку, где уже вовсю трезвонил сотовый, мысленно отмахнулась от фабричных проблем.

«Подарю фабрику Ромке. Отличная идея», – только и успела подумать она, когда Марк опустил ее на край постели и решительно встал между ее ног.

Слезы… Камилла еле сдерживалась, чтобы не разреветься прямо в ЗАГСе.

– Ну почему, – пробормотала она, выходя на улицу и щурясь от яркого солнца, – почему у всех красивые и романтические церемонии, а нас расписали в какой-то кладовке, – пролепетала Милка, пытаясь совладать с собой.

– Это кабинет начальника ЗАГСа, Милочка, – вздохнул Демьяновский, понимая, что облажался. Все, что касалось Камиллы, выходило через задницу. Вчера в обед он попросил Костика помочь с ускорением регистрации, а сегодня – бац! – и уже женатый человек. Без подготовки и излишних выкрутасов. Сам-то он почти сразу понял, что происходит, и промолчал, а вот до Милочки дошло лишь в тот момент, когда толстая улыбчивая тетка в цветастом платье вручила свидетельство о браке и пробормотала чуть слышное «Поздравляю!».

– Как? Вот объясни мне, как нас могли расписать? – стараясь подавить слезы, поинтересовалась Камилла.

– Но ты же сама ответила, что согласна стать моей женой, – недовольно пробурчал Роман.

– Я думала, это всегда так спрашивают, когда документы принимают, – усевшись на заднее сиденье Рэнджа, разревелась Камилла. – Я хотела настоящую свадьбу. А тут завели в какую-то кладовку, где швабры хранят, задали пару вопросов и расписали. Ни мамы, ни Дуськи рядом не было. И я в джинсах и свитере. Отличная свадьба.

– Давай сейчас позвоним Агафоновым и твоей матери. Закажем столик в ресторане и посидим. Отметим, – примирительно бросил Демьяновский и радостно улыбнулся. – Послушай, как красиво звучит Камилла Демьяновская!

– Ага, – кивнула она и потянулась к мужу за поцелуем. – Ты точно не знал, что мы приехали прямо на регистрацию? – спросила она, поднимая голову и серьезно глядя на Романа. – Я не ожидала такого коварства от ЗАГСа, – вздохнула она.

– Клянусь! – воскликнул Роман и, выставив вперед загипсованную руку, пробурчал. - Я вот тоже с перебитым крылом. А хотел на свадьбе носить тебя на руках,  – пробурчал он и, когда Камилла кивнула, задумался.

«Всего лишь пара фраз, и Милочка поверила. А мне пришлось два месяца сражаться с внутренними драконами, и до сих пор кроме окаянного отпечатка ноги у меня нет доказательств. Нужно научиться доверять тем, кого любишь всем сердцем. И кто любит тебя самого. А иначе жизнь не имеет смысла», – подумал Роман, обнимая Камиллу.

– Поедем домой, Рома, – прошептала Милочка. – Всех позовем в гости в субботу, – добавила она, зарывая лицо у него на груди. – А сегодня побудем сами. Вдвоем…

– Отличная идея, – довольно пробурчал Роман и, глянув на водителя, попросил: – Едем домой, Гена.

Новый водитель кивнул и уже выехал на проспект, когда с фабрики позвонила Юля.

– Рома, – запричитала она. – Я Тане дозвониться не могу. У нас сервак полетел. Какой-то вирус все накрыл. Началась эта беда с компьютера экономиста, а теперь даже меланжеры включаются и выключаются сами собой. Я вызвала сисадминов с завода. Говорят, специально занесенный вирус. Ты сможешь приехать, Рома? – тяжело вздохнула она. – И девочку эту, наверное, придется найти. Камиллу Зубову… Может, это она нам от конкурентов заразу принесла…