Развод. Тайна с глазами мужа - Оксана Рэй

— Он разорвал все договора с поставщиками, — начинаю я, и слова выходят ровными, словно я читаю отчёт. — Оставил ресторан без продуктов. За день до банкета. Потом прислал своего дружка Олега с документами на подпись.

— С какими документами?

— С отказом от доли, — я усмехаюсь. Горько, одними уголками губ. — Оказывается, у меня есть доля в сети ресторанов. И есть уже много лет. Он просто скрывал это. Показывал мне фальшивые бумаги, убеждал, что я наёмный сотрудник. А сам всё это время знал правду.

Катя бледнеет. Пальцы, которыми она сжимала мои ладони, замирают.

— То есть, — она сглатывает, — ты имеешь право на половину всего, что вы создали?

— Похоже на то, — киваю я. — И он хотел, чтобы я подписала отказ. Не глядя. Как делала это сотни раз до этого.

— Но ты не подписала?

— Нет, — я поворачиваюсь к закипевшему чайнику. Освобождаю свои руки, встаю с места и разливаю воду в чашки. — Я успела заметить. И теперь документы у меня. Я отправила их адвокату, а ему высказала всё, что я о нём думаю. Только я не понимаю, как ему столько времени удавалось подделывать бумаги, и главное, зачем? Вероятно, он хотел что-то провернуть. И вот теперь я знаю правду. И от этого знания становится не по себе. Потому что он точно не оставит всё так, как есть.

Катя молчит. Я ставлю перед ней чашку с чаем, возвращаюсь на своё место.

— Думаешь?

— Уверена.

— А что он сделал, когда понял, что тебя не провести?

— Устроил сцену, — продолжаю я. — Угрожал. Сказал, что уничтожит всё, что мне дорого. Потом ему кто-то позвонил, и он уехал.

— А кто звонил? Ты знаешь? Может это по документам? Может, он ещё что-то задумал?

— Не знаю. Но он сказал: “Скажи ему. Всё надо уладить.”.

— Ему? — Катя хмурится. — Кому?

— Понятия не имею, — я делаю глоток чая, обжигаюсь, но не чувствую боли. — Я думаю, что он готовит что-то ещё. Что-то, о чём я даже не догадываюсь.

Катя смотрит на меня, и я вижу, как её лицо меняется. Ужас, смешанный с жалостью, и ещё что-то, чего я не могу распознать.

— Вер, — говорит она тихо, — я в шоке. Это… это просто какой-то кошмар. Я знала, что Матвей не подарок, но чтобы так…

— Я тоже в шоке, — перебиваю я. — Я в шоке от того, как слепо ему верила. Как подписывала всё, что он давал. Как не вникала, не проверяла, — я сжимаю чашку от злости. — Знаешь, возможно, мне и попадались какие-то документы на глаза. Но я была настолько слепа, настолько доверяла ему, что даже не задумывалась. Я не знаю, как теперь себя за это простить.

— Вер…

— Нет, подожди, — я поднимаю на неё глаза. — Я не знаю, как теперь доверять кому-то. Вообще. Если человек, с которым я прожила почти двадцать лет, с которым растила детей, с которым строила бизнес, оказался способным на такое… На что тогда способны остальные?

Катя молчит. Только смотрит на меня, и я вижу, как по её щеке скатывается слеза.

— Прости меня, — шепчет она. — За то, что молчала. За то, что не сказала сразу. Я такая дура…

— Кать, — я накрываю её руку своей. — Я же сказала, что ты не виновата. Виноват он. Только он. Ты просто… ты тоже попала под его обаяние. Он умеет убеждать. Он умеет заставлять людей делать то, что ему нужно.

— Но я должна была…

— Ты пришла, — перебиваю я. — Сегодня. С тортом. С вкусняшками для Ани. Ты здесь. Этого достаточно.

Она вытирает слёзы, кивает. Смотрит на меня долгим, изучающим взглядом.

— Вер, а что ты думаешь? — спрашивает она осторожно. — Зачем он всё это делает? Не просто же так. У него должны быть какие-то мотивы. Всё это… разрыв контрактов, документы на отказ, угрозы… Это подозрительно. Слишком продуманно. Это же пока и его бизнес. Зачем ему его топить?

Я задумываюсь. Она права. В этих действиях есть система. Не просто эмоции, не просто желание сделать больно. А что-то более глубокое.

— Я работаю с адвокатом, — говорю я. — Она сказала, что мы проверим все документы, все переводы, все активы. Надеюсь, что она поможет мне всё узнать.

— А если он что-то скрывает? Что-то, о чём ты даже не догадываешься?

— Тогда мы это выясним, — отвечаю я, и в моём голосе появляется сталь. — Какими бы ни были его мотивы, я больше не позволю ему меня обманывать.

Катя смотрит на меня. Улыбается сквозь слёзы.

— Ты стала другой, — говорит она. — Не такой, как раньше, а более сильной. Уверенной. Не