Мой альфа - Яна Роза

Обычно подобное было недобрым знаком, да и ощущал он себя так, будто его башкой приложили к асфальту.

Он позвонил начальнику охраны и получил весьма тревожный рапорт, что Оксана пределы дома не покидала. И вместе с этим узнал, единственным посетителем был племянник Игоря, служащий его матери.

Димка, как и Игорь, был бетой и служил в третьем поколении, молодой, а мать и отца Максимова слушался как верный пёс.

– Зачем приходил?

– За вещами для Станиславовича.

Роман сцепил зубы. Ну, ладно, возможно, нервная дрожь означает не самое ужасное. Возможно…

Телефон Оксаны тихо заскрипел тягучей мелодией в его комнате, а шлейф четкого аромата сконцентрировался в ванной.

Он осмотрел ванную комнату, на инстинктивном животном уровне рисуя образы того, что здесь происходило. Сквозь молочный аромат проступал ещё один, почти не заметный и медицинский.

Снотворное? Наркоз?

Шумно вздохнув, он провёл руками по жестким волосам.

Роман огляделся, зацепившись взглядом за кончик упавшей пластиковой палочки. Он не сразу понял, что это, когда поднял, а потом, рассмотрев, чуть не осел, хватаясь за раковину.

Положительный. Тест на беременность положительный.

Романа буквально холодный пот прошиб. Он с силой сжал края умывальника, глядя на себя в зеркало. Казалось, в его глазах мелькал желтый огонь.

Он позвонил отцу, потому что его звонки до матери не доходили. Должно быть, заблокировала, но отец прислал её гео-данные и, к удивлению, «подружка» находилась в его лесном домике. Отличное место.

Максимов чертыхнулся.

Вот уж не думал, что его мать может опуститься до такого. Неужели она думает, что если что-то сделает с Оксаной, он её простит?

Вряд ли.

Скорее всего, она уверена, что он не в себе, и будет гнуть свою линию.

От одной мысли, что с Оксаной могла случиться беда, его полоснуло горячей яростью и безумием. Роман мчался к месту нахождения омег на предельной скорости, выжимая из своего спорткара все доступные лошадиные силы.

Он едва разбирал дорогу, уворачиваясь и обгоняя машины. Кто-то даже специально съехал на обочину, уступая ему место.

Максимова трясло от злости и собственной глупости, когда, бросив автомобиль перед воротами гаража, он бежал к тусклым окнам своего домика.

«Верный пес» Димка встретил его удивлённым и растерянным взглядом, даже попытался остановить. Но как бы сильно бета ни качался, дикого альфу ему не одолеть. Роман сейчас напоминал бульдозер, идущий напролом и готовый смести всё на своём пути.

– Роман Евгеньевич, прошу вас…

Максимов оттолкнул его, буквально врезаясь в запертую дверь. Пара ударов, и замок не выдержал, вылетев из пазов, а дверной короб разлетелся в щепки.

Оксана жалась у стены, бледная и испуганная, а мать, вздрогнув, смотрела  в его горящие желтым пламенем глаза. У Романа в один миг испарилась вся злость. Его омега в порядке.

Даже не хотелось знать, что здесь происходило. Главное, ощутить тепло Оксаны и отвезти её домой, убедиться, что с ней все в порядке. С ними.

– Сынок, ты болен?

– То же самое могу сказать о тебе, – процедил Максимов.

Он подошёл к Оксане и прижал дрожащую девушку к себе.

Мать всплеснула руками.

– Ты что, не видишь, что она пользуется тобой?

– И пусть. Я разрешаю.

Роман не хотел говорить с матерью на эту тему. Раз она не верила собственному сыну, значит, переубеждать и что-то говорить ей бесполезно. Он повёл Оксану к выходу, чувствуя, что та едва плетется за ним.

– Ты пожалеешь, – истерично крикнула мать, – она испортит твою жизнь!

– Её испортишь ты, если будешь лезть в неё.

Вдогонку Татьяна сыпала на них проклятиями, такими фразами, про которые Роман никогда бы не подумал, что они могут сорвать с губ интеллигентной женщины. Но это лишь подтверждает теорию о том, что все мы одинаковы, что царь, что холоп.

Повезло, что отец подоспел вовремя, практически преграждая путь своей жене. Она плевалась, как разъяренная фурия.

– Дорогой, почему ты мне не помогаешь?! Я стараюсь для него, для вас…

Роман вдруг остановился, вытащил из кармана тест и сунул его застывшей матери.

Та непонимающе моргала, вопросительно поглядывая то на мужа, то на него.

– Что… что это?

– Твой внук, которого ты так хочешь, – объявил Максимов, как будто бросив пищу для размышления.

Конечно, его мать не подарок, но и не совсем уж негодяйка. Причинять вред ребёнку, внуку, она никогда не станет.

Усадив Оксану рядом, а сам заняв водительское место, он заметил, как подрагивают его пальцы, благо длилось это всего секунду. Затем Роман снова сжал руль и вывернул спорткар на главную дорогу.

В темном салоне, озаряемом фарами встречных машин, каждый из них боялся нарушить молчание и произнести хоть какую-то фразу.

Оксана тихо всхлипывала, пока Роман не протянул руку, коснувшись её щеки. Кожа была мокрой от слёз.

– Она тебя не тронет, – пообещал Максимов не только ей, но и себе, – никто не тронет.

Оксана кивнула, вытирая ладонями лицо.

– Я доставляю проблемы, – виновато шепнула она.

– Не ты доставляешь, а другие, – заверил Роман.

Она вымученно улыбнулась.

– Просто… может, ваша мама права и, скорее всего, права, вам нужен рядом кто-то вашего уровня, кто-то, кто может помочь вам, а не приносить один лишь вред, – тараторила Оксана.

Интересно, сама-то поняла, что сказала?

Максимов молчал, сцепив зубы.

– Я… мне лучше уйти…

– И далеко собралась с моей меткой и моим ребенком?

Оксана всхлипнула, прикрывая лицо руками.

– Не знаю…

– Вот и не говори глупостей. Я никуда тебя не отпущу.

– Правда?

– Не веришь?

Роман притормозил, чтобы иметь возможность сосредоточиться на Оксане. Она испугалась. А мать растормошила её демонов, вытащив на свет все статусные неравноправия.

– Я уже говорил, что люблю тебя, и надеялся, что ты поверишь моим действиям, раз слова тебя не убеждают.

– Я верю, – торопливо ответила Оксана, – и это ещё больше меня угнетает.

Роман совсем остановился, съезжая на обочину. Угнетает? Черт возьми, он совсем не этого добивался.

– Вы идеальный во всём, а я ничего не могу вам предложить.

Максимов тяжело вздохнул. Действительно, менять в умах людей что-то очень трудно.

– Всё, что омега «должна» альфе, это её сердце. Скажи, ты доверяешь мне?

Оксана шмыгнула носом, проскулив:

– Я… у меня…

– Только да или нет.

Повисла тишина. Роман смотрел в окно, не хотел смущать или видеть на лице Оксаны тени нерешительности. Без доверия никакие чувства не спасут отношения, а вечные сомнения будут разрушать жизнь обоих.

– Доверяю.

Только после этих слов он обернулся. Посмотрел на неё. В подчеркнуто рельефном сиденье с высоким подголовником Оксана выглядела совсем маленькой,