Мой альфа - Яна Роза

– Не будем играть. Я в курсе, что вы сделали с моими ребятами, как и в курсе, что вы об этом знаете.

Роман помолчал всего секунду.

– Как бы в противном случае я узнал о том, что вы продаёте украденных омег?

– Боже упаси, что за слова! – отмахнулся Крутых. – Мы ничего не продаём, только доставляем заказ, и, я так понимаю, та наша доставка пришлась вам по душе, раз девчонку вы из дома не выпускаете.

Максимов приподнял брови.

– Вы за мной следите?

– За вами трудно углядеть, но иногда предоставляется возможность.

Роман усмехнулся, глубоко вздыхая.

– И что теперь будем делать?

– Вот и я всё думал и думал. Почему вы пришли? Какую выгоду мне это принесёт? И что мне делать?

– И?

– Я пришёл к выводу, что вы не мой человек.

Повисло молчание. Максимов не видел смысла кидаться в драку сейчас. Нужно получить побольше информации.

– В тех контейнерах омеги?

Крутых широко улыбнулся.

– Зачем нам эти статусные обозначения, там обычный товар, как расческа или телевизор.

– Думаю, омеги не обрадуются такому сравнению, – процедил Роман.

– Ну, так во всём виновата сама природа, – Дмитрий погасил в хрустальной пепельнице сигарету, – вы же в курсе, что представляет из себя цепочка выживания: если кто-то находится в самом конце, значит, большая вероятность, что его сожрут.

– Мне всегда было интересно узнать размышления беты на эту тему.

– Бета на то и бета, чтобы мыслить широко и рационально. Мы не поддаёмся вашим феромонам и дурацким брачным играм, мы те, кто строит этот мир, кто владеет им, позволяя вам, альфам, тешить себя мыслью о безграничной власти. Но на самом деле вы в правах давно ограничены.

– Любопытно, – Роман тоже удобней устроился на мягком диване. – Хотите сказать, что беты выше альф?

Крутых рассмеялся, раздвинув жирные полные губы.

– Хочу сказать, что вскоре ни омег, ни альф не останется, а нам придётся восстанавливать этот мир.

– Вы, наверное, плохо изучали генетику в школе. Вам не рассказывали, что альфы и омеги никогда не «выведутся», от союза бет может родиться и омега, и альфа, потому что альфа и омега могут произвести на свет бету?

– Всё это решаемо, уважаемый господин Максимов. Другой вопрос, что вы как будущий глава уважаемого клана так бесславно подставились ради тугой киски невинной омеги. У меня не было целью убивать изначально. Ладно, повздорили на вашей территории и забыли вы о нас, мы о вас. Но вы пришли сами. Вы пришли ко мне. Я сомневаюсь, что вас интересует «товар», поэтому уверен, что вас интересует другое. Но выяснять, что именно, не хочу, понимаете, есть другие дела.

Крутых вытащил правую руку, до это всё время покоившуюся в кармане, доставая маленький пистолет, который умещался в его толстой ладони, и направил его в грудь Роману.

– И как же вы объясните данный инцидент? Не боитесь моего клана.

Крутых снова широко улыбнулся.

– Я поставляю товар кланам и на востоке, и на западе, и на юге, так что  у меня тоже есть «заступники» и «крыша», и не надейтесь, что… ч-что… ч-чт-т-то…

Нет, Максимову точно надоело это слушать. Глупость, да и только. Он свободно поднялся, видя застывший в глаза беты страх, дрожащую руку, испарину на лбу. Оглядел охранников, которые так же застыли, кто-то так вообще свалился с мокрыми штанами, а значит, был омега, выдающий себя за бету.

Все вокруг него как будто впали в паническую кому. Расстегнув пуговицу с видео, он свернул ворот рубашки, чтобы скрыть дальнейшее, точно зная, что так никто ничего не увидит и не услышит.

Подошёл к Крутых, глядя, как тот наблюдает заплывшими глазками со страхом и ненавистью за его действиями, но ничего не может сделать, полностью подчинившись инстинктам.

– Феромон альфы действует не только на омег, – тихо произнес Роман, – они действуют на всех, только в отношении бет альфам запрещено их использовать. А знаешь почему?

Крутых что-то пискнул, но уже обмочился и, кажется, был близок к истерике.

– Потому что это негласный закон самих альф, неписаный, но о нём знают все. Он древний, как сама земля, и передаётся из уст в уста от альфы к альфе. И это не потому, что мы позволяем вам чувствовать себя значимыми, занять места повыше или сложить на вас свои обязанности. Нет. Это для того, чтобы вы могли взять заботу о наших детях и о нас самих в час феромоновой течки и гона. Это наше доверие вам, а не разделение власти. Альфа потому на вершине жизненной цепочки, что он ведёт за собой всех, и именно от него зависит жизнь как омеги, так и беты. И сожрать он может всех независимо от статуса.

У Крутых пузырились слюни на губах, он так старался ему противостоять, что выглядело это смешно.

Максимов отстранился, марать руки о такое дерьмо самому было противно. Поправив воротник и вернув камеру на место, он вышел из каюты, где на него поглядывали с удивлением и непониманием. Нет, героем Роман не был, но капитанский мостик обладал отличной визуализацией благодаря широким окнам, поэтому первая пуля вырубила небритого капитана, тот с тихим сапом свалился, а за ним последовали его помощники.

– Работаем, босс, – раздался четкий доклад в маленьком микрофоне от начальника службы безопасности.

Максимов спустился вниз, где так же удостоился удивлённых взглядов. Ему не препятствовали, когда он подошёл к одному из контейнеров, который не успели заварить.

Разумеется, будет смешно, если там на самом деле окажутся телевизоры да расчески, но запах омег ни с чем не спутаешь. Он с силой оттолкнул двери и услышал тихие всхлипы и охи.

Омеги жались другу к другу, укрываясь от яркого солнца. Самой маленькой на вид было лет шесть. Они прятались друг за друга, напуганные и грязные.

– Босс, объект уходит.

– Задержите.

Роман вовсе не был героем, но Дмитрию Крутых откровенно не повезло встать на его пути.

Вместе с шумом верфи он слышал приближающиеся звуки сирен. Рабочие разбегались в стороны, старясь удрать как можно дальше от этого места.

Роман ощутил лёгкое прикосновение к ладони. Маленькая девочка смотрела на него огромными голубыми глазами, в которых, казалось, застыло само небо.

– А можно мне к маме?

Другие омеги постарше слишком боялись и даже шагу не сделали из своей темницы. Роман улыбнулся, присаживаясь на корточки рядом с малышкой. Девочка ещё совсем не пахла, и в ней не было всех тех ужасов, о которых твердят СМИ. Она ещё никого не