Студентка с приданным - Ася Сергеева

Платон

После учебы мы поехали в мастерскую дяди Амелии. Она, конечно, верит, что ее Леша не может быть причастен к краже. Но как мой отец говорит, что даже в самых чистых реках можно нарыть второе дно, мутное и скользкое.

— Вот ты какой, парень нашей Амельки, — после знакомства невысокий мужчина с темными кудрявыми волосами, рассматривал меня через очки.

— Дядя Леша, мы принесли бюст Афродиты к тебе на реставрацию. Кто-то его испортил, — глаза девушки скосились в мою сторону, — А мне нужно вернуть, ты же нам поможешь?

— Дай погляжу, что там с вашим бюстом.

Дядя взял Афродиту длинными пальцами, они у него на щупальца краба похожи, и начал вертеть, хмыкая с умным видом.

— Ну что? Не восстановится?

Амелия после нашей слежки, вдвойне захотела вернуть преподу бюст. Внезапно из подозрительного, историк превратился для нее в самого душевного и доброго, раз ходит с ее мамой на свидания.

— Верхний слой местами снять придется, новый пока высохнет. И ухо же слепить. Через пять дней станет как новенькая. Тогда и заберете.

Подковырнул краску, которую я нанес спереди бюста.

— Это в универе студентам делать было нечего, — я поспешил от себя стрелки отвести.

— Хмм… — дядя Леша вслух принялся надписи читать: — «Платон, я твоя», «Иди ко мне, любимый», «Измену не прощу!» Имя вроде твое назвали? — на меня уставился.

— В универе полно Платонов, — не дрогнул я.

Надписи братьям на куртках: «Ищу девушку», «Дарю всем деньги» — маловато, видимо, для мести. Хотя сработало, как мы с Ариной ожидали.

Гордей не мог отвязаться от девчонок, нападали на него с вопросами: какую ищет, уже нашел, и почему не их? Евсей карманы выворачивал, показывая, что на всех у него денег нет. И что он в клуб приехал отдохнуть, а не на благотворительный вечер попал.

— Со лба еще сотри, — подсказала добрая Амелия.

— Здесь с уточнением уже, — Леша навел луч лампы на бюст, — «Сомов, дай братьям спорткар. Не жлобись!»

В глазах Афродиты я закрасил синим маркером сердечки, нарисованные все теми же художниками. Почему из всех цветов выбрал синий, это другой вопрос… С момента моего падения в лужу, я только и помню одни лишь глаза, они меня бесили вызовом, дразнили хитрыми искорками и стоит им миленько похлопать ресничками, таю как дурак и ведусь на провокации своей воровки нервов.

— Предлагаю найти виновников и наказать! Пусть в вашей мастерской сделают уборку в благодарность за помощь.

Так я подкинул отличную идею, двух зайцев-близнецов пристроить к делу.

Нам бы порыться у Леши совсем не мешало.

Дядя Амелии забухтел, что потом ничего не найдет, после помощи племянницы три дня свою лупу искал. Но я умею быть убедительным, расхвалил двух самых аккуратных близнецов, которые любят порядок и во всем его соблюдают. Никто бы не поверил, особенно родители, но дядя Леша клюнул.

— Хорошо, пусть приходят. Работой завалили, все на мне, и никакого уважения. Вы представляете? Даже мелкими буквами уже не пишут, кто реставратор. Для них я невидимка с подачками.

Амелия принялась дядю успокаивать, что никакой он не невидимка. Я ему пообещал повесить на бюст Афродиты табличку с огромными буквами. Не скрывать гениальность от Леши.

Перед нашим уходом реставратору позвонили, и Амелия застыла с открытым ртом. Начал вслушиваться в разговор, считая в нем причину, но ничего особенного. Спрашивали багеты для картин. Неужели — это всего лишь прикрытие? Вдруг на жаргоне реставраторов «багет» измеряется в краже сокровищ?

Похвалить супергеройскую логику не успел, Амелия опередила:

— Дядя, ты новый дорогой телефон купил? Когда только успел? Сам ведь жаловался недавно, что денег не хватает.

— Этот, что ли, дорогой? — реставратор покрутил в руке, насупившись, — Мой прошлый был удобнее, а к такому с яблоком никак привыкнуть не могу.

Ну Леша дает, последняя модель айхона, со всеми прибамбасами, ему неудобной кажется. Даже я еще не успел такой купить, Зак опередил и в универе хвастался.

— Дядя, ты кредит брал? Я точно знаю, что такие телефоны покупают мажоры, — и Амелия снова на меня покосилась.

— Нет, я бы такой никогда, — замахал на нее, ишь, взяла за моду во всем обвинять. — Вы в каком магазине брали? — прямо у дяди спросил.

От моего вопроса ресторатор дернулся и спрятал свой навороченный телефон в ящик стола.

— Ни в каком я не покупал магазине. Где б я деньги взял? Это мне дал хозяин особняка за картину с покусанным задом.

Бррр.

Картина, зад… что он гонит, этот Леша?

То же самое, только культурнее, Амелия спросила.

— Реставрировал дорогие картины на дому, там олигарх такой, что имя страшно называть. Вот его бульдог и напал на мой зад. А там телефон был, в общем, не работа, а стрессы. Кого-то в Лувр и славу, а мне бегать по особнякам и задом рисковать.

К реставратору пришли клиенты за готовыми работами, и мы спешно с ним попрощались.

На улице я все-таки решил, что мутит Леша, мутит. Так у него, что не спроси, он на все мог прикрыться бульдогом и задом. Кстати, надо будет взять и себе для отмазок в копилку. Отличный способ для вранья у дядьки моей девушки.

Амелия склонялась, чтобы Леше верить. Ну что я с ней поделаю, наивной? Хотя есть же что…