Девонли. Ритмы ночи - Мэри Влад

Глава 19

Лили

Крик застывает на губах, когда я смотрю на приближающегося Кристофера. Ищейки Итана наверняка до сих пор прочёсывают окраины острова, не зная, что искать нужно не где-нибудь, а прямо под носом. Хейз не особо-то и скрывается.

Сдаётся мне, он уже давно находится в замке. Успел даже принять душ и переодеться. На нём неизменные чёрные брюки, рубашка с закатанными до локтя рукавами и уверенное притягательно-надменное выражение лица. Но всё равно меня не покидает ощущение, что с ним что-то не так.

Окидываю его придирчивым взглядом и понимаю, что права. В темноте и на бегу я не заметила, а теперь вижу, что кожа вокруг его запястий ободрана, скула подбита, а движения немного скованные, словно ему крепко досталось.

Хейз подходит вплотную к кровати, протягивает руку и проводит костяшками пальцев по моему лицу. Вспоминаю, что и сама вся в синяках, и вздрагиваю. Но отнюдь не от боли.

Почему, ну почему я всё ещё хочу выглядеть в его глазах привлекательно?

– Болит? – слегка охрипшим шёпотом спрашивает он, и эта лёгкая хрипотца вызывает онемение в затылке, которое мурашками сползает вниз по спине.

Неужели я настолько бесхребетная, что вновь позволю этому нелепому, глупому чувству взять верх над разумом? Неужто снова пойду на поводу у невзаимной любви и поддамся отупляющей страсти? Сколько ещё раз Кристофер обманет меня, прежде чем я наконец поумнею и перестану ему доверять? Или я до конца жизни останусь наивной влюблённой в него девочкой, которая бежит за ним по первому зову?

– Уже не болит, – холодно отрезаю я и сбрасываю его руку. – Но это тебя не касается. Зачем ты пришёл, Кристофер? Снова вешать мне лапшу на уши? Или потрахаться напоследок? Или хочешь лично меня убить? Ты ведь один из них и как истинный Жнец должен получать удовольствие от убийств. Было ли хоть что-то правдой из того, что ты мне говорил? Зачем ты меня обманывал? И какого чёрта ты здесь делаешь?!

– Говори тише.

– Боишься, что тебя обнаружат? Повздорил с Итаном? Его люди сейчас прочёсывают плато, с которого ты меня столкнул. И, знаешь, что? Это я их туда отправила. Это я выдала Итану твоё последнее местоположение. И я готова помогать ему и впредь. Моя жизнь мне дороже, чем твоя. Выметайся. Или я закричу.

Хейз не двигается. Набираю в лёгкие побольше воздуха, однако воплотить свою угрозу в жизнь не успеваю: Кристофер зажимает мне рот ладонью.

Хочу отшатнуться, но Хейз и эту мою попытку предотвращает с лёгкостью. В его глазах вспыхивает опасный огонь. Он наклоняется и цедит прямо мне в лицо:

– Ты спрашивала, какого чёрта я здесь делаю. Что ж, я отвечу. Свой приз ты получила. Я пришёл забрать свой. Сейчас я уберу руку. Только попробуй закричать – и я за себя не отвечаю.

Его голос звучит непривычно угрожающе, взгляд подёргивается дымкой животной похоти. Создаётся ощущение, будто Кристофер яростно с чем-то борется, но проигрывает. Одной рукой он обхватывает мою талию, второй – затылок. Его пальцы цепляются за мои волосы, путаются в них, и Кристофер приглушённо матерится, а затем дёргает меня на себя.

Застигнутая врасплох, я буквально подлетаю с кровати и еле успеваю нормально поставить ступни на пол, а не подвернуть обе лодыжки. Хватка на талии и затылке слишком сильная, а тело Кристофера – слишком горячее, и тонкая ткань моей короткой сорочки не спасает от жара.

Его шумное сбивчивое дыхание становится обжигающим, когда он сталкивает нас лбами. Хейза сильно трясёт, но отчего-то мне кажется, что дело не только в возбуждении, которое столь явно ощущается даже через брюки.

Спустя множество попыток мне всё же удаётся высвободиться из стальной хватки и как следует всмотреться в его лицо. Как только я уделяю особое внимание его глазам, то отшатываюсь назад. Они не просто воспалённые, пьяные или обдолбанные. Они… странные.

Нечеловеческие.

Жуткие.

И совершенно точно не чёрные.

Голубовато-синий оттенок разливается по некогда тёмной радужке, подавляет собой её естественный цвет и… движется.

Чёрт подери, Кристофер, просто скажи, что у меня глюки!

– Ты под кайфом?! – нервно взвизгиваю я, пытаясь уцепиться за единственное разумное объяснение.

– Не назвал бы это кайфом, но можно сказать и так.

Поначалу я не могу подобрать слов от шока и возмущения. Внутри нарастает такая мощная волна ярости, что застилает собой всё. Я ведь реально испугалась за него, а он…

– То есть пока умирают невинные люди, пока на нас охотятся как на скот, ты преспокойно развлекаешься? – шиплю я ему в лицо, распаляясь всё больше. – Делал вид, что на нашей стороне, обещал помочь! И зачем? Неужели ради того, чтобы мне вставить? Мог просто взять силой. Тебе ведь всё дозволено! Вам всем! Мы игрушки в ваших руках. Куклы, которых можно насиловать, ломать, убивать. Другие Жнецы хотя бы не прикидываются хорошими, чтобы втереться к кому-то в доверие. А ты… ты…

– Я – что? – спрашивает Хейз, склонив голову набок.

Его холодный спокойный тон резко контрастирует с моим звенящим и громким. Но я не замечаю скрытой угрозы. Сейчас меня вряд ли остановит даже дуло пистолета, направленное в лицо.

Прищуриваюсь и выплёвываю:

– Отвратителен. Меня от тебя тошнит. И мне стыдно, что я влюбилась в такого ублюдка и труса. Да, я давно в тебя влюблена. Но кто бы мог подумать, что великий и непревзойдённый Кристофер Хейз окажется таким ничтожеством! Ты даже взять на себя ответственность не можешь. Я чуть не сдохла сегодня! В меня стреляли, чёрт подери! Я не…

Поток невысказанных мыслей резко застревает в горле, когда Хейз сжимает его пальцами. Бью Кристофера ладонями по руке, но хватка на шее лишь становится сильнее.

– Слишком много слов, – цедит он, чуть сближая наши лица. – Ты не знаешь, когда нужно заткнуться, Брукс, но это легко исправить. Я знаю отличный способ остановить твою истерику.

Хейз разжимает пальцы, и я втягиваю воздух ртом. В то же мгновение его горячие губы обрушиваются на