Девонли. Ритмы ночи - Мэри Влад

На моей памяти не было ни одного дня, когда я радовался, что вхожу в эту избранную касту. Но вот – такой день настал. Я собираюсь разрушить орден изнутри, и ради этого готов дать Левингтону то, что он хочет.

Верная псина будет служить своему хозяину. Однако хозяин должен помнить: самый опасный человек тот, кого загнали в угол.

Глава 17

Лили

Когда я была маленькая, папа взял меня на охоту. Стоило мне увидеть, как загоняют зайца, я расплакалась и очень долго не могла успокоиться. Больше участия в подобных вылазках я не принимала.

Но сегодня я на собственной шкуре испытаю, что ощущают обречённые на смерть животные. Через пять минут все мы сорвёмся с места и до рассвета вынуждены будем бороться за свою жизнь.

Вчера я говорила с мамой. Разумеется, всё прошло под пристальным наблюдением Итана.

Нам выдают телефоны только по запросу и после разговора или переписки забирают обратно. Но даже если бы над душой не стоял никто из Жнецов, мы бы всё равно не смогли позвать на помощь.

В этих устройствах установлен блок на определённые слова. Стоит написать хоть одно из них – сообщение просто не отправится. А если кому-то придёт в голову сказать что-то лишнее во время звонка, сразу же включатся помехи – и собеседник нас просто-напросто не услышит. Подумает, что проблемы со связью, и положит трубку. А тому смельчаку, который рискнёт попросить о помощи, придётся очень несладко.

Жнецы контролируют каждый наш шаг, даже если рядом нет никого из охраны. Они позволили нам поддерживать контакт с близкими только затем, чтобы создать правдоподобную иллюзию. Уверена, что и с телефонов мёртвых артистов они рассылают сообщения родственникам и друзьям.

Не описать, как я была рада слышать мамин голос. Еле сдержалась, чтобы не расплакаться. Стоило с ней попрощаться – на меня нахлынули воспоминания, и я проревела всю ночь.

– Как только прозвучит сигнал, беги очень быстро, Лили, – в очередной раз шёпотом напутствует меня Томми, и я машинально киваю. – Найдём укромное место и спрячемся. Главное – не попадаться никому на глаза.

Мы стоим чуть поодаль от остальных артистов. Не только Жнецы представляют угрозу, но и наши коллеги, которые всё ещё считают меня виновной во всех бедах. Вполне вероятно, когда истечёт срок нашей с Томми неприкосновенности, они вновь попытаются напасть. Только Венди, Ливия и Энджи не настроены враждебно, но и они обходят нас с Томми стороной.

Он встал на мою защиту – и теперь мы с ним в одной лодке. И только мы двое знаем про тайные тропы на острове и потайные ходы в зданиях и под ними. Остальные артисты не стали нас слушать.

Осталось три минуты…

Итан подробно объяснил правила второго уровня. Наша задача на сегодня – выжить и не дать себя схватить. Победителем выйдет тот, у кого получится покинуть сушу. И неважно, одной ногой он наступит в воду или прыгнет в море с обрыва, оба варианта будут засчитаны. Вот только остров охраняется по всему периметру: что на причале, что у обрывов могут поджидать не только Жнецы, но и охрана.

Полчаса назад нас погрузили в автобус и отвезли подальше от жилой части острова. Сейчас вокруг лишь дикая природа, без какого-либо намёка на цивилизацию. Большая поляна посреди леса – наша отправная точка. Кристофер дал очень точную характеристику дикой охоте: Жнецы будут загонять нас как зверей.

Нам разрешили объединяться в группы. С одной стороны, это может помочь, а с другой стороны – так нас будет легче обнаружить. Остров огромный, но главный подвох в том, что эти ублюдки могут поджидать где угодно. К тому же не стоит забывать о видеонаблюдении: как бы далеко ни убежали, мы не сможем обезопасить себя, пока находимся на открытой местности или под камерами. Итан сказал, что у Жнецов, принимающих участие в охоте, нет доступа ни к трансляции, ни к сигналам с трекеров, установленных в наших браслетах. Однако можно ли ему верить?

Прятаться в зданиях не запрещено, но пробраться в них будет проблематично: входы и выходы охраняются, да и внутри полно прихвостней Жнецов. Вообще вся территория острова контролируется охраной, и многие из нас явно не переживут эту ночь. На данный момент из семидесяти двух человек, прибывших на остров, в живых осталось шестьдесят. Жнецы точно не настроены убивать всех разом, иначе уже давно бы с нами расправились. Им нравится сам процесс, нравится забавляться с нами, и они растянут эти смертельные игрища как можно дольше.

– Раз… – прерывает Итан мои размышления, и Томми берёт меня за руку. – Два… Три…

Итан стреляет в воздух – и мы срываемся с места. Мой желудок сжимается до размеров пуговицы, подпрыгивает вверх и резко ухает вниз. Говорят, страх живёт в животе. Сейчас я охотно в это верю. Если меня не вывернет прямо себе под ноги – это будет чудо.

Мне бы хоть щепотку храбрости, но откуда ж ей взяться? Выстрел Итана был сигналом – и теперь по всему острову началась пальба: Жнецы празднуют начало дикой охоты.

Я дрожу как тонкий лист на ветру и вцепляюсь в ладонь Томми, которая с каждой секундой становится более скользкой. По моей спине тоже стекает холодный пот. Мне до усрачки страшно, но я отказываюсь сдаваться и приказываю себе бежать. Хватаю воздух ртом – и он горит в лёгких.

Мы удаляемся всё дальше от света, да и вертеть головой времени нет, но я знаю, что справа и слева от нас бегут десятки артистов. Таких же напуганных и дрожащих, как и мы. Однако даже в таком состоянии некоторые всё ещё думают, как бы мне навредить: кто-то с силой, явно специально толкает меня, но Томми не даёт мне упасть.

– Давай пропустим всех, –