Кровь Амарока - Мария Новей

— Почему ты так решила? — удивилась Роксана, — Альфа не станет спать с омегой в период охоты, если она ему не нравится, даже если очень голоден. Сама подумай, если он потеряет контроль и поставит метку омеге, которая ему несимпатична, то ему придется на ней женится или сделать официальной любовницей. А иначе, его ждет суд и наказание. Если только, конечно, он не преступник или самоубийца.

— Нет, он не преступник. У него довольно высокое положение в обществе… Но он все же не укусил меня, — уже не так уверенно возразила, — Мало того, он привез меня сюда и бросил!

— То, что не укусил… На это, скорее всего, есть какая-то другая причина. Он женат?

— Нет. По крайней мере, он так сказал.

— А по поводу «бросил»… Ты не знаешь этого наверняка!

— Неважно! Мне уже все равно!

Я нахмурилась и отвернулась. Да что эта Роксана может знать?! Ведет себя как умудренная жизнью особа, а у самой-то нет никакого опыта!

— А что насчет тебя? Почему у тебя не было альфы? — я решила перейти в нападение.

— Я выросла в семье, где отец — альфа, а мама — обычный человек. Мы жили далеко отсюда среди обычных людей, — невозмутимо ответила Роксана, — Но когда мама умерла, отец привез меня сюда.

— Прости! Я не знала про маму, — мне стало неудобно.

Я вдруг поняла, что за своей болтливостью Роксана скрывает свои переживания. У всех свои истории и проблемы, и я в этом мире не одна такая несчастная.

— Ничего. У тебя вообще родителей нет, — махнула она рукой, а потом наклонилась и проговорила, — А давай вместе держаться! Завтра нас уже отвезут в лагерь. Вместе веселее будет.

Я улыбнулась.

— Хорошо, давай.

Мы еще немного поболтали, пока нам не объявили отбой, после чего подруга ушла к себе, а я осталась в своей комнате.

На следующий день я снова пришла к доктору Редди. Она посадила меня в мягкое кресло, скормила мне какую-то таблетку и одела на голову обруч с лампочками. Перед глазами возникла голограмма крутящейся спирали. Я внимательно в нее всматривалась, пока не впала в состояние транса. Мне стало казаться, что эта спираль засасывает меня в самый центр. Постепенно мне начали видеться различные образы людей и предметов, которые постепенно сливались в какие-то обрывки событий.

Деревья… цветы… качели в саду…

Кто-то зовет меня обедать. Это мамин голос!

Ее длинные струящиеся светлые волосы и теплые, нежные руки…

Ноги в высоких грязных сапогах, возвышаются по бокам словно стволы деревьев…

Кто-то надрывно кричит. Это мамин голос!

Ее длинные спутанные пыльные волосы…

И холодные окровавленные руки…

Я громко вскрикнула и открыла глаза. Сердце очень быстро колотилось, а лоб покрылся испариной. Давно забытый ужас проклюнулся наружу, ломая скорлупу сознания.

Мама…

— Лифен, что ты вспомнила? — спросила доктор Редди, — Можешь рассказать?

— Я… я не знаю…

Доктор протянула мне стакан воды.

— Память поначалу будет болезненно возвращаться к тебе. Зачастую в первую очередь будут вспоминаться плохие вещи. Мы проведем несколько сеансов, пока ты не вспомнишь все, что забыла. Если будет очень тяжело, говори. Тогда мы прервем терапию.

Я вполуха слушала доктора, снова и снова воспроизводя в памяти когда-то давно забытые события.

ГЛАВА 20

— О! Ты уже собралась? А тебе очень идет этот цвет! Ты прямо как цветочек!

Роксана вбежала в мою палату и с разбега прыгнула на кровать. На ней было одето синее длинное платье, а на мне голубое. Эту одежду и легкую обувь нам выдали сегодня днем.

— Да хватит тебе! — засмущалась я, — Обычное платье.

Платье хоть и было обычным, но вполне даже милым. Но я совсем не привыкла их носить, поэтому чувствовала себя в нем очень некомфортно. И признаваться в этом Роксане я не собиралась.

— На тебе сидит гораздо лучше, — решила я сделать ей ответный комплемент, на что Роксана кокетливо похлопала ресницами и покрутила плечами.

Вскоре в палату заглянула Рита и сообщила, что проводит нас к выходу. Выйдя из здания, мы пересекли длинный тоннель и вышли на улицу.

Я сначала даже остановилась от неожиданности, но потом догнала медсестру и подругу, продолжая удивленно озираться по сторонам.

Территория вокруг реабилитационного центра буквально утопала в зелени. Огромные деревья разного вида и породы возвышались над нашими головами, словно великаны. Их зеленая листва местами пропускала золотистые утренние лучи солнца, которые освещали коротко подстриженную траву и витиеватые тропинки, выложенные камнями. Всюду росли кусты с разноцветными цветами, разной формы и расцветки. Над ними иногда порхали маленькие насекомые с разноцветными крылышками, которые сами походили на крошечные цветочки. Воздух был наполнен приятными ароматами и свежестью, а в кронах деревьев слышался переливчатый свист.

Это просто невероятно! Столько живого кругом!

В отличие от меня, Роксана не проявляла такого восторга от окружающей ее природы, зато она проявила его, когда мы выходили через контрольный пункт. У ворот стояли двое крупных альф в серой униформе и вооруженные до зубов. Проходя мимо них, Роксана сильно покраснела и скромно стреляла глазками, то в одного, то в другого охранника. Они же проводили ее внимательным взглядом и продолжили нести службу.

— Лифен, ты видела? — возбужденно заговорила она, когда мы отошли на несколько метров, — Какие шикарные мужчины! Я бы многое отдала, чтобы принадлежать такому!

— У тебя скоро течка? — поинтересовалась я, не понимая, что ее так сильно взбудоражило.

— Нет, нескоро. А что?

— Да я так спросила.

Бедняга… А у нее все намного хуже, чем у меня!

Рита проводила меня и Роксану к широкой площадке, где нас ожидал длинный пассажирский транспорт, и, попрощавшись, пожелала удачи. Дорога, по которой мы ехали, проходила через густой лес. Я смотрела через прозрачный корпус на мелькающие стволы деревьев, не успевая толком разглядеть пейзаж, а потом на голубое небо с редкими белыми пушистыми облаками. Иногда над нами в вышине пролетали птицы. Вживую я видела птиц, только когда приходила на сиерский рынок. Их выращивали для пищи, и они выглядели, как пернатые шарики с гигантскими

ножками. И летать они явно не умели.

— Прости, что? — переспросила я.

Роксана беспрерывно трещала всю дорогу и в какой-то момент я «отключилась», перестав ее слушать.

— Я говорю, что будешь делать, если твой альфа все-таки не вернется за тобой?

И почему она постоянно задает