Перекрёсток параллельных миров - Ирина Васильевна Швед

Я не промолчала, напомнила, как мне кто-то один раз уже пообещал тур по городам и весям, а потом свалил. Линц глянул настороженно, развёл руками:

– Обстоятельства, мадам.

– Ну, да. В Кастелро – обстоятельства, в Ройтте – снег, дождь, ветер.

Плейбой улыбнулся и начал терпеливо объяснять, почему пока не надо никуда ходить:

– Королевство взбудоражено. Невозможно понять: кто – свои, кто – чужие. Неизвестно, как отреагирует знать. А вы являетесь слабым звеном, по которому можно очень больно ударить.

Ну, это логично, а остальное – игры плейбойские. Очаровывает, собака. Но всё-таки Линц меня убедил, что надо посидеть тихо, хотя бы пока не успокоится взбаламученное королевство. И я была готова исполнить просьбу, если бы на обеде Валевски не заметил язвительно, что кое-кто завтракает в интересном обществе. В ответ на это ехидное замечание Линц улыбнулся с превосходством, а мне стало обидно. Мог бы и дать понять аристократу, что тот лезет не в своё дело. Хорошо, хоть не сказал, где меня подобрал. Или сказал?.. Хотя, чего я ждала? И так понятно, что в этом дворце обо мне ничего хорошего не думают. Я же главное местное зло. Хотя сами те ещё Белоснежки. Я видела, как они кофе пьют. Все в кружок у небольшого столика собрались, все одинаково чашки с кофе держат – обхватив руками, как будто у всех разом руки замёрзли. Убери дворцовый антураж, и любуйтесь: картина кисти Шишкина: «Зима на лесоповале».

Ладно, я вам ещё устрою!

Поднимаясь по лестнице, обдумывала план побега, но спускаться с третьего этажа по простыням, связанным между собой, у меня особого желания не было, а колдовать нельзя! Тут я очень вовремя вспомнила о потайном ходе, ведущем в южную башню, и начала искать место входа.

Искала долго, излазила всё южное крыло и нашла!.. Нильс бился в припадке на каминной полке с полчаса не меньше потому, что ход в южную башню находился в гардеробной моих собственных апартаментов, которые когда-то давно были королевскими.

Замок для потайного хода кто-то явно умыкнул из обыкновенного пассажирского поезда. Я разглядывала знакомую с детства железяку и думала, что будь дело дома, я бы открыла ход на раз – универсальных ключей дома было немало. Я попыталась открыть дверь так же, как открыла в оранжерее Кастелро, но не тут-то было. Эта дверь открываться не хотела, зараза. И что делать? Искать плоскогубцы или болгарку? Или ехать домой за ключами? За ключами?..

– А! Нет! – и я рванула в спальню.

Влетев в комнату, я метнулась к комоду и так резко дёрнула на себя ящик, что он выпал на пол. Присев на корточки, начала рыться в вещах. Руки тряслись, я с трудом выцарапала из кармана куртки ключи от собственного дома. Схватила связку. Вот! Есть!

Мне было лет четырнадцать, когда я нашла обыкновенный универсальный ключ, красивый такой, беленький с гравировкой на верхней части в виде латинской буквы «Р». У ключика был только один недостаток – он был без ручки, но отверстие для неё было, и роль рычага мог сыграть обыкновенный карандаш. Впрочем, сейчас это вообще не составляло никакой проблемы.

Нильс появился рядом, недовольно буркнул:

– Ну, и чего так орала?

– Так, вспомнила кое-что.

– Вспомнила! Она вспомнила, а я чуть не забыл! Мы чай пить будем?

– На такой диете через пару недель ты не взлетишь!

И я пошла в гардеробную. Нильс шёл следом и нудил, что мы занимаемся ерундой, а можно было бы подкрепиться. Да? И я поинтересовалась, почему он так думает. Нильс пожал плечами:

– Ключа от двери нет. Смысл тратить время?

– А если я открою дверь?

– Да? Тогда я на диету сяду! – воскликнул Нильс себе на погибель.

– Ловлю на слове! Ты сказал. Не забыл?

Нильс скривил мордочку, показал язык. Я тряхнула в руке ключами.

– Ха-ха! – эльф схватился ручками за живот, – сейчас умру от смеха!

– Ой, смотри! – я вставила универсальный ключ в скважину и повернула.

Крак! Медленно поехала в сторону стена. Нильс застыл с раскрытым ртом, а я ехидно поинтересовалась:

– Что ты там говорил насчёт диеты?

– Я же пошутил! – и Нильс заплакал.

Холера-а-а! Это запрещённый приём. Я не выдержала.

– Ладно. Не реви. Пошли чайку попьём.

Нильс рванул в гостиную. Нарезал круги над столом, как истребитель, ожидая появления плюшек, а когда блюдо появилось, спикировал не хуже Су-35. Я аж засмотрелась. Мне бы ещё пару таких красавцев, и можно создавать собственное авиашоу. Забыв о том, что скоро ужин, я составила компанию Нильсу, попила чайку с пирожными, о чём сильно пожалела, когда пришёл слуга и пригласил в столовую.

В другой жизни я бы не стала тратить час жизни на трапезу за общим столом, предпочла бы заняться исследованием башни, но в этом мире дел и развлечений было значительно меньше, и общий сбор был сродни ток-шоу. Впрочем, в этот раз у меня были совсем другой резон – я не хотела привлекать внимания к собственной персоне, выдумывая несуществующее недомогание. Пусть всё идёт, как идёт.

О своём решении я пожалела сразу, как только мы сели за стол. Слуги внесли в зал огромное блюдо с зажаренным на вертеле кабанчиком, а это значило, что ужин сильно затянется – кабанчика просто так не едят, для этого есть целая церемония.

Линц встал, взял в руки длинную вилку и нож, начал торжественно разрезать жареную тушку. Я заёрзала на стуле, прикидывая, не уйти ли мне, сославшись на внезапное недомогание. Шенк заметил моё нетерпение, недовольно нахмурился. Линц тоже заметил, спросил:

– Мадам, вам так быстро надоело наше общество?

Мне даже стало интересно, что бы он ответил, если бы я сказала «да», но я промолчала, лишь постаралась сидеть спокойнее, хотя давалось это с большим трудом. Ещё большего труда стоило не выскочить из-за стола и не рвануть к дверям, когда Линц бросил на стол салфетку, извещая об окончании ужина. Задержку сгладило лишь знание того, чем я сейчас буду заниматься, но никто не придёт и не проверит.

Распростившись с мужчинами до завтра, я пошла к себе. Размеренно прошла по первому этажу, поднялась по лестнице на второй, и, пройдя мимо комнат Линца, рванула на третий этаж.

Когда я влетела в комнаты, эльф, валявшийся на диване, встрепенулся:

– Война?

– Почти!

Войдя в башню, я сразу попала в комнату, которая, видимо, служила спальней. Там меня ничего не заинтересовало, и я поднялась выше. Площадка четвёртого этажа использовалась под гостиную.