Проклятая школа - Рейчел Хокинс

Дженна так и сидела на кровати.

— Что ты сделала?

Я вытащила из-под матраса мешочек с землей.

— Скажем так: иногда полезно позаимствовать методы противника.

Дженна открыла рот, но снова его закрыла, наблюдая, как я сыплю землю из мешочка себе на руки. Видно, она решила, что у меня окончательно крыша поехала. А я подошла к манекену, ухватила его за талию измазанными в земле руками и крепко зажмурилась.

На этот раз я даже не думала о каком-нибудь конкретном фасоне. Просто сказала: «Платье».

Как обычно, ткань задвигалась под моими ладонями, но на этот раз все было иначе. Рукам стало горячо, и по телу как будто пробежал электрический ток.

Дженна ахнула. Я сделала шаг назад, открыла глаза и тоже ахнула.

Платье было не просто красивое — ошеломляющее.

Синий, как павлинье перо, атлас, и в глубине его словно танцуют зеленые огни. Корсаж без бретелек, на косточках, а когда я повернула манекен, то увидела на спине шнуровку из ярко-зеленой ленты.

Юбка колоколом расходилась от узенькой талии, а самое поразительное — впереди она была расшита настоящими павлиньими перьями. Они шли клином, начинаясь от корсажа, и треугольником расходились вширь к подолу.

— Ничего себе! — выдохнула Дженна. — Вот это платье! Софи, ты будешь потрясающе красивой!

Она права, подумала я в полном остолбенении. Я буду потрясающе красивой.

— Чем это ты его обработала?

Я была пока еще не готова рассказать Дженне об Алисе, и к тому же мне что-то подсказывало, что слова «земля с могилы» не придутся ей по душе. Поэтому я пожала плечами:

— Волшебным порошком.

Дженна посмотрела на меня с сомнением, но я не дала ей времени задать еще какой-нибудь вопрос — ослепительно улыбнулась и сказала:

— Давай я тебе тоже сделаю!

Дженна удивленно засмеялась.

— Ты правда хочешь сделать для меня платье?

Я кивнула.

— А почему нет? Будет весело, и ты сможешь пойти со мной на бал.

— Да не надо бы, Соф, — слабо запротестовала она, но я уже вытаскивала из шкафа ее ночную рубашку.

Я прижала к рубашке ладони, все еще измазанные в земле, и подумала: «Дженна».

Возражения замерли у Дженны на губах, когда она увидела платье: ярко-розовое, на тонюсеньких бретельках, со сверкающим пояском. По-моему, пояс был расшит настоящими бриллиантами. Платье подходило ей идеально. Дженна прижала его к груди и закружилась по комнате.

— Не знаю, что у тебя за волшебный порошок, и знать не хочу! — крикнула она со смехом. — В жизни не видела такого красивого платья!

После этого мы занялись туфлями и превращали их, пока не получились две идеальные пары. К вечеру мы были полностью одеты и, пусть нескромно так говорить, выглядели просто блестяще. Дженна уложила светлые, почти белые волосы в высокую прическу. Розовая прядка прикрывала глаз. Мои волосы в кои-то веки вели себя пристойно. Я попросила Дженну скрутить их в узел на затылке, а несколько прядок выпустить, чтобы они вились вокруг лица.

Мы спустились по лестнице под ручку, хихикая на ходу. В узком коридоре толпилось множество народу. Я вытянула шею, стараясь углядеть Арчера и Элоди, но их нигде не было видно — а мне так хотелось посмотреть, какой уродский цвет приняло ее платье.

У нас в комнате созданные мною наряды казались верхом роскоши, а сейчас я обнаружила, что мы еще не самые нарядные. На меня налетела высокая белокурая фея в платье из льдисто-зеленых искр; они тихонько позванивали, словно колокольчики. Еще я видела девушку-оборотня в платье сплошь из белого меха.

Мальчики оделись более сдержанно. Большинство пришли в смокингах, только несколько особо смелых надели длинные сюртуки и бриджи до колен.

Мы уже собирались войти в бальный зал, как вдруг я почувствовала, что к моей спине прижимается что-то теплое. Я думала, кого-то просто притиснуло ко мне в толпе, и вдруг чей-то голос тихо шепнул мне в ухо:

— Я знал, что это ты.