Девушка из торта - Татьяна Кошкина

Я чуть не поседел. Васька? Что стало с моей Васькой? Бледная, как смерть. Под глазами синяки, губы искусаны и дрожат. В голубых глазах стоят слезы.

– Что случилось? – оказался рядом раньше, чем сообразил, что вообще делаю. – Васька, поговори со мной, – коснулся плеча. – Что в чехле?

– Толь, я должна отменить свадьбу. Он меня не любит, – выдохнула тихо девушка и уткнулась лбом в мое плечо. – Я не знаю, что делать. Мне страшно, Толь. Когда все испортилось, а? Все же было так хорошо…

Сейчас я ненавидел его. Ненавидел лучше друга так сильно, как никогда. Ненавидел себя за то, что допустил это. Ненавидел целый мир за то, что Васька плачет.

Прикоснулся к волосам и провел ладонью по тонкой шее, затем по спине. Медленно, наслаждаясь каждой секундой и наивно полагая, что могу хоть чуть-чуть успокоить.

– Расскажи мне. Что случилось?

– Платье, – она отстранилась и потрясла чехлом. – Женское платье у него в шкафу.

– Так может Анькино? – резонно предположил я. Никогда не замечал у своего друга страсть к фетишизму. – Подарок какой-нибудь спрятал.

– Нет, – мотнула головой, – он меня прогнал. Понимаешь? Мы уже месяц с ним время вместе не проводили. Как будто я ему противна. А мне ведь замуж за него через три недели выходииить… – последнее слово почти пропищала.

Моя смелая Васька, которая не плакала даже когда я обрабатывал ей коленки зеленкой, сейчас ревет навзрыд.

Да пошло оно всё!

– Не выходи, – положил руку ей на затылок и притянул к себе. Истерика сменилась удивлением в покрасневших от слез глазах. – Не выходи за него замуж, Васька.

Я целовал лицо, застывшей истуканом девушки: вытирал губами слезы со щек и ресничек. Васька дышало рвано и нервно, не отталкивала, просто ждала, что будет дальше. Она ожила только когда прикоснулся к губам, целовал медленно, едва касаясь.

Будь на её месте любая другая женщина, я бы схватил в охапку и взял нахрапом. Прорвался бы сквозь плотно сжатые губы, выбил ответ силой и страстью, но Ваську, такую хрупкую, я боялся напугать.

Для меня она все еще оставалась невинной девочкой, у которой это первый поцелуй. Как будто других не было до меня. Я хотел обнулить все, что происходило с ней раньше, начать все сначала.

Она ответила. Несмело приоткрыла губы навстречу, позволяя немного больше. Чехол вместе с платьем выпал из рук к нашим ногам. Я ждал, что сейчас Васька меня обнимет, но она медленно начала оседать вниз.

Поймал за талию и помог устоять на ногах.

– Тебе плохо?

– Колени, – прошептала Васька и внезапно улыбнулась, – дрожат и подкашиваются.

Наконец, обняла меня за шею и выпрямилась.

– У меня тоже.

Не врал ни капли. Стоял ровно только чтобы она не упала, никак иначе.

– Я думала, так только в книжках бывает.

– Я тоже, – прошептал и снова прикоснулся к губам.

Мне, как и многим до меня, всегда казалось, что существует только влечение. Но то, что происходило сейчас, выходило за все рамки. Её ответ, моё желание забрать эту девушку у всего мира, прятать и не позволить никому причинить боль. Это все было не просто желанием, было чем-то большим. Безумием на уровне инстинктов: защищать, целовать и заботиться.

***

– И что мы будем делать, Толь? – Васька сидела у меня на коленях и доверчиво прижималась к груди. – Я же замуж собралась.

Вот он. Момент, когда мне придется сдать лучшего друга и, возможно, Васька навсегда возненавидит меня за то, что прикрывал и лгал вместе с Матвеем.

– Просто отмени свадьбу. Если хочешь, заменим имя на приглашениях. Скажем, ошибочка вышла.

– Ты что? – такой искренний испуганный взгляд, что снова захотелось поцеловать. – Жениться на мне хочешь?

– Да. А почему нет? Ты уже спланировала свадьбу своей мечты, только с женихом не повезло.

Васька, да я не то что жениться на тебе хочу, я детей с тобой готов завести вот прям сейчас, как минимум троих. Но пугать тебя этим не буду. Сейчас нужно не облажаться и аккуратно дать тебе понять, что…

– Он мне изменял, да? – поджала губы девушка. – Он изменял, а ты его покрывал?

Нахмурилась, пытливо разглядывая мое лицо. Под этим взглядом стало не по себе. В кого же ты такая, Васька? Экстрасенс на тонких длинных ножках.

– Не совсем так… Вообще, не я тебе должен об этом рассказывать. Он хотел сам с тобой поговорить, но не знаю, почему тянет. Возможно, из-за твоего отца.

– А что не так с отцом? – растерялась Василиса.

– Я думаю, что он за ним следит. Матвей мне рассказал про частного детектива, он считает, что это твоих рук дело, но я ставлю на Вячеслава. Сама знаешь твой отец иногда перегибает с опекой.

– Да, бывает. Но почему Мэт мне ничего не сказал? Как он вообще мог на меня подумать? – снова слезы обиды в глазах.

Маленькая, ну как я могу тебе сказать, что мой друг считает тебя глупенькой блондинкой с огромным самомнением и неуемной ревностью. Как? Нет, не могу. Поэтому сделаем иначе.

– Гордость. Ты же знаешь, что Матвей предпочитает со всем разбираться сам. Но кое с чем разобраться и справиться он не смог, – пошел к щекотливой теме и заметил искорки любопытства в напряженном взгляде. – У него тоже колени задрожали…

– Что? – Васька даже подпрыгнула у меня на руках. Все поняла правильно, молодец.

– Он влюбился. Сопротивлялся до последнего, но влюбился, как мальчишка. Как я в тебя, только еще хуже.

– Почему хуже? – не поняла девушка, кусая губы.

– Ему отказали. Она узнала, что у него есть невеста, назвала козлом и уехала.

– Правильно сделала! – одобрительно кивнула Васька. Ох уж эта женская солидарность.

– А потом они снова встретились и Матвей сошел с ума. Я пытался его убедить поговорить с тобой, все объяснить. Но ты его знаешь, он….

– …никого не слушает, – закончила за меня девушка и снова легла на грудь. – Вот и пусть мучается, гад. Как он мог так со мной, а? Прогонял, отталкивал. Я же переживала…

– Прости меня.

– Тебя-то за что? – удивленный шепот.

– За то, что не рассказал все раньше. Мог, но не рассказал.

– Тебя прощу, а его нет, – погладила мою грудь ладошкой. – Ты хороший друг, Толь. А он очень мерзкий человек, которому все это время было плевать на мои чувства. Как я могла так ошибиться, Толь? Как?

– Ошибаться не страшно. Главное, вовремя исправить ошибку.

Мне не хотелось говорить о Матвее и этой нелепой ситуации, но кто бы меня спрашивал.

– Я исправлю. И отомщу! – заявила Васька и чуть приподнялась, глядя на меня. – Кто она, Толь? Она ему все еще отказывает?