Девушка из торта - Татьяна Кошкина

Я нервно поправил очки и улыбнулся. Нет, страха мне этот человек не внушал, скорее азарт. Обыграть мастера – мечта любого начинающего. Но не так давно мои приоритеты изменились, а значит, игру пора заканчивать и сделать это нужно красиво.

– О, Матвей, заходи! Выпьешь со мной?

Мужчина открыл неприметную дверцу бара, достал бутылку дорогого виски и два стакана. Плеснул в оба, не дождавшись моего согласия.

Он всегда так делал, я даже не стал отвечать на вопрос, просто взял из его рук стакан.

– По какому поводу встреча? – замер рядом с кожаным гостевым креслом. Не знаю почему, но с отцом Василисы я предпочитал разговаривать исключительно стоя.

– Есть к тебе мужской разговор, Матвей. О котором, надеюсь, моя дочь никогда не узнает, – дождавшись моего кивка, Вячеслав продолжил.

– Ты знаешь, что я не в восторге от её выбора. Амбициозный парнишка “из грязи в князи”.

– Да, я в курсе.

Офигенно приятно, когда о тебе говорят в третьем лице, но ничего, у меня для этого олигарха есть обраточка.

– Заметь, я принял её выбор, – тяжелый взгляд мужчины камнем лег на плечи, пытаясь опустить меня ниже некуда. – Но сделал это не для того, чтобы моя дочь плакала по ночам и прощала измены. Нет, ты не напрягайся. Как мужик-мужика я тебя понимаю. Нагуляться перед свадьбой – святое дело. Особенно та брюнеточка последняя, ничего так.

Глотнул виски и поперхнулся. Твою мать, я проморгал слежку? Федор был не единственным детективом, который за мной следит? Вот дерьмо.

Обвел глазами кабинет, инстинктивно ища пути к отступлению. Без шансов.

Хуже всего, что он знает про Ларису и, судя по взгляду, именно она стала камнем преткновения.

– Да не смотри ты так, – внезапно рассмеялся Лютов. – Все нормально. Никаких претензий. Ты отличный парень, хороший бизнесмен и нормальный мужик. Считай, получил мое родительское благословение. Но с этого дня, чтобы никаких левых баб я рядом с тобой не видел. Нагулялся. Понятно? До свадьбы три недели. Если расстроишь Василису, говорить будем на другом языке. Не обещаю, что он будет в рамках УК РФ. Ты меня понял? – он сделал большой глоток виски и причмокнул губами, смакуя.

– Вы за мной следите? – поставил стакан на край массивного стола из темного дерева.

– Разумеется. Думал, я позволю какому-то бестолковому выскочке использовать свою девочку? – полные губы Лютова искривились в подобии усмешки. – Одно тебя спасло, ты не бестолковый и сына Борьки Лимова на правильный путь наставил. Он мой друг и тебе благодарен, только поэтому я еще не открутил тебе башку. Признаюсь честно, если бы у Васька решила загулять с его сыном, я бы выкинул тебя к чертям, не задумываясь.

Пока “отец года” распинался, в моей голове скрипели шестеренки. А что если мой злейший друг Федор просто качественно и с разрешения…

– Да Федор тебя сдал, Федор. Бесит это озадаченное выражение на морде твоей. Он умный парень. Брал бабки и у меня, и у тебя.

– Вот скотина, – вырвалось само.

– А кто из нас, как говорит Василиса, белый и пушистый зайка? Ты меня понял, Матвей? Зачехляешь агрегат и если дочь еще раз будет из-за тебя в спальне плакать, ты знаешь, что будет.

– Хорошо, а теперь выслушайте меня.

***

До дома я еле дополз. Пошатываясь, открыл дверь и ввалился в гостиную. Болело все тело. Они били по корпусу. Лицо перед свадьбой Лютов приказал не портить. Его холодное: “Это репутация моей семьи. Из-за тебя, сосунок, она не пострадает. Женишься, как и запланировано. Гости ждут”.

– Мэт! – бледная Анька бросилась ко мне за секунду до того, как я потерял сознание от боли.

***

Неделя спустя

– Так нормально?

Я пропустил воздух между зубов. Больно, черт. Анька теперь каждое утро перед работой упаковывала меня в корсет. Парни Лютова сломали мне три ребра, ушибы не считаю. Синяки уже желтели, но выглядел я по-прежнему паршиво.

– Проще сдохнуть и не мучиться. Сойдет, – отошел от сестры и кое-как надел рубашку.

– Васька никак не успокоится? – понимание в каждом слове.

– Да, походу, она мне мстит. Уже неделю уговариваю её расторгнуть помолвку, но там лишь один ответ – папа прав, мы уже пригласили гостей. Как же наша репутация? Мы потеряем лицо! – правдоподобно передразнил свою невесту и поморщился, как при воспоминании о зубной боли. – Она меня еще и дергает теперь по всякой ерунде. То машины решила заменить, то горячее. Я еле хожу, она волочет за собой в ресторан и сует под нос всякое дерь…

– Матвей! – фыркнула Анька, копируя мамины интонации.

Несколько дней назад мы вдвоем обзвонили всю родню и сказали, что свадьба отменяется. Даже если меня под дулом пистолета вынудят жениться на Ваське, они этого видеть не должны. Потом еще развод объяснять и все такое прочее.

– Прости. Больше не буду, – показал сестре язык.

– Ты уверен, что хочешь пойти в офис?

Она скептически оглядела мой внешний вид и бледное лицо. Снова никакого сна, теперь не только из-за отсутствия Ларисы, но и из-за ребер. Врач обещал, что с корсетом все будет заживать быстрее. Жду не дождусь этого быстрее. Вот только это быстрее как-то медленно идет.

– Да, пойду. Я не был там уже неделю, накопились вопросы,– поморщился, засовывая руку в заботливо подставленный мне сестрой рукав пиджака. – Сегодня день сделки по студии Ларисы. Хочу лично присутствовать, – надел очки и поправил их на переносице. – Как она там, Ань?

Сестра в эти дни стала моим шпионом. Она всерьез подсела на танцы и ходила теперь туда три раза в неделю, опять же, постоянно с Ларой созванивалась. Мол, брат мой – мудак, но это не значит, что конец и нашей с тобой дружбе. К счастью, Лариса это приняла и с Анькой общалась без проблем.

– Замкнутая, серьезная. Каждую минуту ждет сообщения от Сергея, что студия продана. Злится на тебя безумно. Я даже имя твое боюсь при ней называть.

– Что с цветами делает?

Сдаваться я не собирался, поэтому начал осаду букетами. Просто, чтобы напоминать о себе. Понятное дело, за веники меня никто не простит, но пусть хотя бы не забывает, что есть в мире такой Матвей Власов. Полный ублюдок, который любит её до потери пульса, но не может выбраться из паутины, которую сам же и сплел.

– Ставит на ресепшен. Домой не забирает, так что дело дрянь, Мэт.

Сестра помогла просунуть руку во второй рукав. Отошла и придирчиво оглядела меня с ног до головы. Вид, наверное, унылый. Бледная морда, отросшие взъерошенные волосы, синяки под глазами из-за бессонницы и взгляд наркомана, который уже неделю не получал дозу и корчится теперь от ломки.

– Народ в офисе напугать годится! – заключила Анька и аккуратно меня обняла. – Береги себя, братик. Если я хоть как-то могу помочь…