Красивая ошибка - Лена Вечер

Андрей отходит от меня к мини-бару и молча наливает себе виски. Медовая жидкость плескается в стакане, он смотрит на неё сквозь солнечные лучи, будто пытается там найти ответ.

— Я всё знаю про твои игры со мной, — выпаливаю, глядя на него в упор. Не знаю, что на меня находит в этот момент: злость, стресс, отчаяние, но я не могу больше держать всё в себе. — Почему ты молчал и продолжаешь молчать о том, что ты и есть хозяин нашего салона, что это ты попросил Толю устроить меня к вам с целью завлечь на эротический массаж?

— Можешь не продолжать, — его взгляд на мгновение трезвеет и становится ясным. На лице появляется ухмылка, он отрывает глаза от виски со льдом и поднимает на меня.

— Что? Тебе нечего сказать? Хотел меня заманить на работу в ваш эскорт и у тебя не получилось, поэтому ты решил не терять времени даром и использовать меня в качестве любовницы? А что добру пропадать-то?! — на резком выдохе кричу я.

Он выглядит непоколебимым: губы плотно сжаты, мускулы напряжены, в глазах играет огонь. Андрей откидывает упавшие волосы со лба и приближается ко мне вплотную. Его молчание настораживает и в то же время раздражает.

— Я права? — еле шевелю губами, ощущая его близость кожей: он так рядом, что прижимает меня к стене почти вплотную.

— Ты нужна мне, Алика, — хриплым голосом произносит он.

— Я слышала уже это, — тяжело вздыхаю и отворачиваю голову в сторону, чтобы не встречаться с ним взглядом, — но для чего? — Он берет меня за подбородок и поворачивает обратно на себя. Его глаза дикие и тёмные словно бездна.

— Тебе Толя всё рассказал, да? Не знал, что вы всё ещё общаетесь.

— Мы не общаемся, он приехал к твоему дому в день нашего отъезда и всё рассказал.

— Конечно, любит тебя до сих пор и пытается якобы уберечь, я же такой опасный. Так тебе он рассказал? — пьяно ухмыляется он.

— Может быть и так.

— Веришь ему? — спрашивает он, сверля меня пристальным мятежным взглядом, но я молчу, потому что действительно не знаю кому теперь верить. — Почему тогда ты не с ним, а здесь, со мной? Ты всё знала, но всё равно поехала.

— Не знаю, наверное, потому что я дура. Дура, которая тебя любит! — в сердцах произношу и чувствую, как отчаянно колотится сердце. Пульс зашкаливает от напряжённой ситуации.

— Ты…что? — отрывисто переспрашивает Андрей и отпивает виски.

— Андрей, я люблю тебя. И не хотела портить наш отпуск, — вполголоса уже более спокойно отвечаю я и в его темных глазах вижу своё отражение. Они серьёзные и внимательные. Он выглядит озадаченно, запускает пальцы в волосы и медленно откидывает их назад.

— Алика, — он берет меня нежно за руку и его взгляд теплеет, — у меня проблемы. Поможешь мне?

— Если мне всё расскажешь, то попробую, чем смогу.

— Ты сможешь, я знаю, — Андрей делает долгую паузу, затем снова отпивает виски и продолжает. — Ты нужна мне не только как любимая девушка, но и как сотрудник по эротическому массажу.

— Что ты хочешь этим сказать? — не верю своим ушам. Я только что призналась ему в своих чувствах, а он говорит, что я ему нужна как сотрудник эротического массажа.

— Я надеюсь, ты услышала не только последнюю фразу, — говорит он, заметив, как я переменилась в лице. — У меня сейчас огромные проблемы. Строительный бизнес, о котором я тебе не рассказывал, хотят отобрать и мне нужны деньги. Большие деньги. — Андрей отходит от меня. Открывает шкаф, где лежат мои вещи и начинает хаотично скидывать их в чемодан. — Массажный салон пока стоит на плыву. Классическая часть не приносит особой прибыли, а нужна лишь для отвода глаз. Салон держится только из-за девочек эротического массажа, и я хочу, чтобы ты перешла туда. Ты будешь очень популярна там: ты эффектная и не глупая. И так, как делаешь эротический массаж ты, не делает никто.

— Ты всех там перепробовал, раз делаешь такой вывод? — меня бесит, что он так спокойно об этом говорит. Подсознание говорит уходить и больше его не слушать, но ноги сковывает льдом, пока все остальные части моего тела бросает в жар.

— Успокойся. Они никто на твоём фоне, все как серая масса, а у меня к тебе чувства, понимаешь?

— Пытаюсь, хоть у меня не очень получается.

— Человек, у которого есть компромат на меня, чтобы отобрать бизнес, ходит к нам на эротический массаж. Я хочу, чтобы ты помогла мне. Необходимо войти к нему в доверие и удалить все файлы с его компьютера на меня, скинув их предварительно на флешку. Так он не сможет завершить то, что начал, а я не потеряю бизнес.

— И как, по-твоему, я должна это сделать?

— Ты поймешь, когда он придёт. Если ему понравится массажистка в салоне, то он обычно заказывает массаж на выезд, к себе в офис. А ты ему обязательно понравишься, я уверен. Тебе это и нужно будет. Попасть в его офис, в его кабинет, в его компьютер.

— Но если у меня не получится? Ты так говоришь, как будто это так просто.

— У тебя получится, я знаю, — уверяет Андрей и я глубоко вздыхаю, вконец растерянная и не зная, что сказать.

— То есть то, что мы встречаемся и спим ничего не значит для тебя? Ничего, что я буду работать голая и доводить мужчин до оргазма? Для тебя это приемлемо? — произношу эти слова, а сама не верю во всё происходящее. Как вообще он такое может просить? К настолько свободным отношениям я не была готова.

— Алика, ведь я изначально не скрывал, что не святой. А ты что, не заметила? Мужчина, который то исчезал, то появлялся, то вновь тебя игнорировал, а затем как ни в чём не бывало занимался с тобой сексом. Только несмотря на всё это, ты хотела, искала встреч со мной. Что вообще ты во мне нашла? — с этими словами он со злостью бросает последнее оставшееся платье в чемодан и захлопывает его.

— Зачем ты так со мной? — его слова меня ранят, мне больно и не приятно слышать их с его прекрасных уст. С уст, которые совсем недавно меня нежно ласкали, любили, а теперь обнажают горькую правду.

— Алика, ты много для меня значишь, каким бы плохим я не был. И ты это прекрасно знаешь. Просто сейчас у меня проблемы, которые обязательно пройдут и всё будет хорошо. Я обещаю.

— Не знаю, — будто себе под нос мямлю я.

— Ты всё знаешь. А теперь нам нужно собираться, мы опаздываем, — Андрей проводит подушечками пальцев по моим губам и отходит. Отворачивается к окну и закуривает очередную сигарету, а мне не остается ничего, как пойти собираться.