Искусство порока - Мишель Маркос

— Послушай, Атина, будь благоразумна. Если ты будешь в таком мрачном настроении, ничего хорошего из твоей помолвки не выйдет.

Атина повернулась к Эстер:

— Я не просто буду мрачной. Я намерена быть совершенно невыносимой. Если капитан Маршалл Хоксуорт думает, что хочет взять меня в жены, его ждет большой сюрприз. Сегодня вечером он получит Атину Макаллистер. Со всеми изъянами ее ужасного характера.

— Атина, что ты задумала? Ты собираешься отомстить Маршаллу за то, что он навязал тебе эту помолвку?

— Месть — это слишком пошло, и я от нее ничего не выиграю. У меня на уме нечто более тонкое и вместе с тем такое же низкое и дурное. Саботаж.

— Атина, надеюсь, ты в курсе, что мать капитана Хоксуорта известна своей нетерпимостью к людям более низкого происхождения?

— Вот и отлично. Это облегчает мне задачу.

Родовое поместье семьи Хоксуорт глубоко почитали за его великолепие. Вокруг огромного дома простирались акры буйной зелени, с которыми контрастировал фасад из бледно-желтого известняка. Замысловатой планировки сады с фонтанами и статуями очень напоминали комнаты, расположенные на свежем воздухе. Фасад дома был обращен на сверкающее на солнце озеро.

К тому времени как шорох колес по гравию подъездной дорожки возвестил о прибытии Атины, множество экипажей уже выстроились вдоль боковой стены дома. К их карете подошли два лакея в ливреях. Один придержал лошадей, второй помог дамам выйти из кареты.

— Кажется, прием намного больший, чем я ожидала, — шепнула Эстер.

— Для моих целей — чем больше народу, тем веселее.

Интерьер дома больше походил на дворец, чем на загородный дом. Вдоль стен круглого холла стояли античные статуи. Широкий коридор, освещенный напольными канделябрами, вел в бальный зал, откуда доносился приглушенный гул голосов многочисленных гостей.

Мужчина, которого она теперь знала как капитана Маршалла Хоксуорта, одетый в парадный мундир и при всех регалиях, отделился от толпы и направился к Атине и Эстер. Сердце Атины затрепетало. Он был так великолепен в этой форме, что Атина тут же забыла о своих намерениях. Мундир сидел на нем так ловко, что она не могла себе представить его одетым во что-то другое.

Он взял ее руку и на мгновение склонился над ней.

— Добро пожаловать в Ашбернем-Мэнор, Атина, ты выглядишь потрясающе. А вы, леди Уиллетт, — само очарование. Ваш визит — большая честь для нашего дома.

— Благодарю вас, капитан Хоксуорт.

За спиной Маршалла появилась дама в темно-синем полупрозрачном платье. Светлые волосы, такие же, как у Маршалла, были уложены в высокую прическу, хотя в них было много седины.

— Леди, разрешите вам представить мою матушку, вдовую маркизу, леди Аквиллу Хоксуорт. Мама, полагаю, что ты знакома с Атиной, моей невестой.

Аквилла оглядела Атину быстрым острым взглядом с головы до ног. Их знакомство началось с того дня, когда они обсуждали программу обучения Жюстины. Разговор был коротким, но Аквилла сразу же приняла условия Атины. А когда Аквилла привезла в школу Жюстину и ее багаж, это было похоже на то, как если бы она просто привезла какое-то свое платье на переделку. А сейчас, хотя Аквилла и улыбнулась, Атина почувствовала ее неодобрение.

Атина присела в реверансе.

— Миледи.

— Добро пожаловать, мисс Макаллистер. Надеюсь, вы не очень устали в пути.

— Я нисколько не устала, благодарю вас. Ваш сын предоставил нам удобную карету.

Аквилла явно удивилась такому ответу, а то, как глубоко вдохнул Маршалл, свидетельствовало о том, что он раздражен.

— Леди Хоксуорт, разрешите представить вам леди Уиллетт.

Аквилла протянула Эстер руку:

— Я рада, что мы наконец встретились. Мы знакомы с вашим супругом.

— Благодарю вас, миледи. Я очень надеялась, что вы не будете возражать против того, что я сопроводила Атину вместо ее дедушки.

Аквилла опять смерила Атину взглядом.

— Я надеялась познакомиться с вашим дедушкой. Он не смог присоединиться к нам из-за болезни?

— Нет, миледи, — ответила Атина. — Он был не совсем трезв.

— Понимаю. — Аквилла бросила разочарованный взгляд на сына. Именно этого и хотела Атина.

Маршалл откашлялся.

— Мисс Макаллистер просто шутит, мама. У нее своеобразное чувство юмора.

Атина улыбнулась:

— Капитан Хоксуорт слишком хорошо меня знает. А с течением времени и я узнала его достаточно хорошо. Видя вас рядом с сыном, я поняла, от кого он унаследовал свою великолепную внешность. Но для меня остается загадкой, от кого он получил в наследство честность.

Маршалл решил, что с него довольно. Он взял ее за локоть.

— Леди, прошу извинить нас, но мне надо переговорить с Атиной.

Он не стал дожидаться, пока кто-либо из дам ему ответит, и силой увел Атину из зала.

Он говорил шепотом, но в тоне звучала ярость.

— Позволь спросить, какого черта ты ведешь себя подобным образом?

— Я веду себя так, как ты просил. Знакомлюсь с твоей семьей и твоими друзьями.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Почему ты выставляешь себя этакой несносной маленькой грубиянкой?

Она, прищурившись, взглянула на него.

— Ты поймешь это в течение этого вечера. И уменьшительный эпитет будет лишним.

Он выпрямился.

— Ты намерена саботировать нашу помолвку?

Она посмотрела на него с невинным видом.

— Саботировать? Все, что я пытаюсь сделать, это показать всем, кто здесь присутствует, на ком ты намерен жениться.

— Предупреждаю тебя, Атина, — строго сказал он. — Если тебе кажется, что ты обращаешься к суду общественности, чтобы он избавил тебя от брака со мной, тебя ждет шок. Никто из тех людей, которые собрались в этом зале, не имеют на меня ни малейшего влияния. И если я не слишком ясно выразился, то предупреждаю, что ты выйдешь за меня замуж, нравится тебе это или нет.

Она прижала кулаки к губам.

— Видишь? Опять! Я этого не перевариваю. Командуешь мной, как если бы я была твоим солдатом.

— Матросом.

— Не все ли равно!

— Они знают, что у меня тяжелая рука, если дело касается оскорбления, и тебе неплохо было бы об этом знать. Продолжай вести себя так, как сейчас, и я заставлю тебя пожалеть о подобной глупости.

Он взял ее руку, продел ее под свой локоть и повел обратно в бальный зал.

В углу стояла группа мужчин с бокалами в руках. Один из них — коренастый, с веселым лицом — был в такой же форме, как Маршалл. Когда Атина с Маршаллом приблизились, Атина услышала конец рассказа.