Мой вызов. Осколки нас - Ронни Траумер

— Вот именно, что «вроде», — произносит, и наконец его лицо становится серьёзным. — Оказывается, у него было больше планов на тебя, чем у тебя на него, и вышли мы на его компанию не просто так и не сами по себе.

— Это я знаю, мне посоветовал Гаврилова один из наших спонсоров… — произношу вслух, а в голове начинают крутиться шестерёнки.

— Мартынов, — кивает Макс. — Гаврилов вовлечён в сомнительные дела, и наш ночной клуб может быть удобным местом для проведения неофициальных встреч, сделок или финансовых операций. А ещё через наш центр он хотел отмывать деньги, — припечатывает друг количеством информации.

— Откуда ты это знаешь? — с подозрением смотрю на Макса.

— От шлюхи, — ведёт плечами и возвращает похотливый взгляд на играющую в бассейне с детьми Дашу.

— Не понял, — мотаю головой и, схватив за плечо, разворачиваю к себе.

— Для добывания разного рода инфы у тебя есть Толь, а у меня — шлюхи. Есть у них один плюс: те, кто их трахает, думают, что они тупые курицы и нихрена не понимают.

— Объясни нормально! — требую, зарычав от злости.

— Блядь, есть у меня пара девочек, которые за хорошую сумму запоминают всё, о чём говорят мужики в сауне или где бы то ни было, — отвечает, чем удивляет меня.

— Почему я раньше этого не знал? — продолжаю допытываться.

— Не видел смысла раскрывать свои источники. Короче, хрен с ними, вопрос: что делать будем? Гаврилов ищет встречи с тобой, — сообщает, но мне плевать, кто и что хочет.

— Ничего, никаких встреч не будет, я собираюсь выйти из криминала, а не завязать ещё больше, — проговариваю, переводя взгляд на жену и сына.

— Это, конечно, хорошо, но Гаврилов тот ещё гандон, и методы у него тоже не пацифистские, — судя по тону, друг явно обеспокоен.

— У нас было две встречи: на первой мы обсудили возможность, — делаю акцент на этом слове, — моего вложения в его бизнес, а на второй я поставил его в известность, что строительство и вся подноготная — не моё, — развожу руками, поясняя, что ничего ему не обещал, и конфликта, как такового, у нас не было.

— Ладно, будем смотреть, пока открытых угроз от него не было, — вздыхает Макс.

— Может, и не будет, — отмахиваюсь, решив промолчать о том, что его «источники» могут и соврать.

Но уже через два дня я узнаю, что информация была правдивой, и не от кого иного, как от собственного отца.

Глава 24. Игра без правил

Давид

Родители Али уехали на второй день, решив, что пока подумают о моём предложении, но сказали мне, что я большой молодец и им очень понравилось то, чем я занимаюсь. И мне, как коту, которого по голове почесали, захотелось мурлыкать. После смерти матери меня мало кто хвалил за что бы то ни было, естественно, мне пришлось по вкусу.

Хрустальная, которая надулась на меня за выходку Даши, в тот день на меня даже не смотрела, и вечером я уже не выдержал. Ну правда, что за херня? Где доверие, мать вашу? Но она, сучка такая, рассмеялась мне в лицо и велела успокоиться.

— Это была шутка, я тебе верю, но, чтобы эту девку рядом с тобой больше не видела, — сказала она серьёзным тоном.

В общем, вернулось всё на круги своя, и жизнь продолжается.

Я всё ещё занимаюсь клубом, медленно передавая всё управление автосервисом Максу. Он сказал, что семьи у него нет и желания выйти из этого прибыльного бизнеса пока у себя не наблюдает. А я даже рад, что не придётся всё прикрывать.

Судя по документации, которую я сейчас изучаю в кабинете, ночной клуб приносит неплохой доход, на жизнь хватит, а там посмотрю, во что вложиться. Сегодня это сделать просто, главное, чтобы средства были, и не надо мне никакой помощи ни от кого. Я, собственно, и не просил, отец сам решил, что мне нужна его подачка. До сих пор вопрос мучает, почему он так старательно подсовывал меня этому Чернышеву. Его старый знакомый, но сам на него он не вышел, всё устроил через пятых лиц. Может, что-то было у них в молодости? От мыслей отвлекает звонок на мой телефон.

— Слушаю, Толь, — отвечаю, готовясь к хорошим новостям про Арину и этого самого Чернышева. — Чем порадуешь?

— Ничем, — бросает тот, и я слышу, как щёлкает зажигалка.

— Как это ничем? — сижу в недоумении, Толь всегда что-нибудь да находил о ком угодно.

— Вот так, сам в ахере, даже снова курить начал, — проговаривает и шумно затягивается.

— Что-то должно быть…

— Есть инфа, что он прожил последние пять лет в Италии, в городе на берегу моря, что имеет крупную букмекерскую компанию и что его доход в год — десятки миллиардов чистыми на руки, — Толю удаётся меня удивить. Не деньгами, конечно, а этим явно непростым человеком.

— И ни слова про его женитьбу? — прищуриваюсь, не понимая ещё ничего.

— Да нет, вся сеть об этом кипит, но ничего криминального. Этот Чернышев не так давно вернулся на родину, и он чист, как лист бумаги, никаких грехов… ну как… ничего грязного, что можно раскопать, а таких людей не бывает, понимаешь, Дав? — друг явно нервничает, у него даже голос дрожит.

— Понимаю, — отрешённо отвечаю.

— Это так меня расшатало, чтобы я ничего не раскопал… позор, — выдыхает парень. — Накопить такое состояние и быть чистым на руку… нет, тут профессионалы всё подчистили, — нервно усмехается.

— Ладно, забей на него, — говорю Толю, решив, что, может, у отца что-нибудь выясню.

— Забить? Никогда, — спешно кидает и отключается.

М-да уж, подорвало его, но, наверное, могу понять пацана, когда промахов никогда не было, а тут бац, и не справился с задачей.

— Давид! — дверь кабинета резко распахивается, и входит отец.

— Ты… что-то случилось? — прищуриваюсь непонимающе, заметив его озадаченность.

— Нет, я… решил проведать тебя, — отвечает, но по лицу вижу, что врёт.

— А если серьёзно? — откидываюсь на спинку рабочего кресла и внимательно на него смотрю.

— Я решил вам подарок сделать, вот, — достаёт из внутреннего кармана пиджака билеты на самолёт. — Острова, океан, отдельный коттедж, — добавляет, чем только усиливает моё плохое предчувствие.

— В чём подвох? — прищуриваюсь, и не думая верить этому щедрому аттракциону.

— Ни в чём, — мотает головой, но я, блядь, вижу, что он на взводе. — Милу отправляю, подумал, что вам тоже было бы неплохо отдохнуть…

— Сейчас не время для отдыха, и если я решу свозить куда-нибудь свою семью, сделаю это сам…

— Не вороти нос! — рявкает, на