Любимая, прости! Я ухожу... - Мари Соль

— Добрый день! — говорю, выходя.

Ох, и весело будет! Уже предвкушаю, как Боренька весь на говно изойдёт. Уже ради этого стоило прежнее место вернуть. Говорят, как ушла, так штук десять сменилось. Наш Егорыч — мужик постоянный. Он ещё пожалеет сто раз, что меня потерял.

Глава 22. Марина

Ближе к вечеру, после работы, я уже собираюсь на встречу с подругами. Лариска сказала, что дресс-код свободный. Говорит:

— Всё равно раздеваться придётся!

Так и не «колется», что предстоит. Но я полагаю, какое-то СПА, расслабление. Оно мне сейчас будет кстати.

Когда уже почти собрана, мама звонит…

Они с тётей Надей, сестрой, моей тёткой, уехали в Турцию. Сейчас, пока там ещё нет жары и солнцепёка, «погреть свои косточки», да погулять. Но, как я полагаю, не только! Мама, с тех пор, как отец умер, так ни с кем из мужчин не сошлась. Хотя, предложения были. Чего уж? Вон и сосед её, одинокий, давно клинья подбивал. Да всё без толку! А тёть Надя в разводе. Но та поактивнее, в плане мужчин. Вот она обещала мне маму сводить в турецкую баню, где банщик «отпарит её хорошенько». Надеюсь, что мама ему надаёт по рукам…

— Мамуль! Я спешу, так что быстро давай. Как дела? — уточняю.

Мама при полном параде. В цветастом наряде и бусах. Куда-то намылились точно! А вот и тёть Надя маячит на фоне, совершает у зеркала грозный начёс.

— Ой, доченька! Как ты там? Плохо слышу тебя! А мы вот с тёткой твоей пойдем, погуляем. Я думаю, дай позвоню, пока она марафеты наводит. Как погода у вас? Сильно холодно?

— У нас хорошо, мам! Апрель, как он есть. А у вас? Солнце светит?

— А то! — улыбается мне прямо в камеру своим ярко накрашенным ртом, — Я вот что хотела спросить. Выбираю подарки… Бориске-то что привезти?

Усмехаюсь. А я и забыла, что мне предстоит прояснить кое-что. Но это уже когда мама вернётся.

— Привези ему палку-чесалку! — предлагаю.

— Да, ну! — мама хмурится, — Давай, лучше чего-нибудь дельное?

— Ну, тогда для потенции что-нибудь, — еле держу в себе смех. Ведь ему пригодится теперь! Раз уж у него «молодость» в самом разгаре.

— Ой, — мама уходит вместе с телефоном в другую комнату и понижает голос почти до шепота, — А что у него, с этим делом проблемы уже?

— Проблемы, мам! Не то слово, какие. Вот я и прошу — привези! — продолжаю смеяться над мужем. Хоть так отомщу…

Мама прониклась.

— Конечно, — прижимает ладони к груди, — Я тогда уточню у местных в аптеке. Наверняка, у них что-то есть. Это ж восточная медицина всё-таки. Может, таблетки, или мазь какую?

— И то, и другое! И можно без хлеба, — машу я рукой.

— Ой, так всё плохо, доченька? — сокрушается мама, — Ну, а что ты хотела? Возраст уже! Износился наш Боренька. Нам-то женщинам, что? А мужчинам сложнее. Сам-то он как? — произносит она, затаившись, чтобы сестра не услышала, — Сильно переживает?

Я, прикусив губу, чтобы не прыснуть со смеху, бросаю:

— Рыдает ночами в подушку. Грозился покончить с собой!

— Да ты что? Ой! — мама в ужасе, рот округлился, — Так, может, его к психологу сводить?

— Кого к психологу? — появляется в кадре Надежда.

— Тёть Наденька, привет! — машу я тётке.

— Здравствуй, красавица! — тянет она телефон, чтобы на меня посмотреть, — Скоро мать твою привезу! Она мне уже все буки забила. Всех кавалеров отвадила.

— Да? — я смеюсь, — Отдыхайте! Пойду я тоже с девчонками встречусь.

— Это дело хорошее! — одобряет тёть Надя.

Я прощаюсь с ними, целую обеих. И тороплюсь «оседлать скакуна», а точнее, таксиста. Сегодня за руль не усядусь. Вдруг Лариска удумала пить?

Приезжаем по адресу. Вижу какой-то салон. Ну, точно! Как я и думала. Это массажный. Значит, подруги решили расслабиться? Что ж, я не против. Давно не давала к себе прикасаться никому, кроме мужа, стилиста и мастера по маникюру. Но это не в счёт.

На входе встречаю девчонок. Они обе взволнованы.

Лариска оглядывает меня:

— Ну, готова? Пошли!

Мы заходим. Внутри очень странный дизайн. Всё какое-то тёмно-лиловое. На стенах висят перья, блёстки. Кабаре, ей Богу!

— Это точно массажный салон? — тычу я в инсталляцию с плёткой.

— Точно-точно! Массажный, — кивает Лариса. И тянет меня за собой.

Мы с Машкой озираемся по сторонам. Когда нас встречает какая-то женщина, в очень красивом халате, я, наконец, расслабляюсь. Ну, вот, массажистка! Хотя… Слишком яркая для массажистки. Те обычно в больничных халатах. А тут? Стиль такой?

— Добрый день! Рада приветствовать вас в нашем салоне «Волшебные грёзы».

Мы все втроём улыбаемся. Ларочка, вынув из сумки конверт, тянет ей.

— О! Чудесно! Сертификат на «Массаж для Королевы». Кто у нас королева? — с такой потрясающе сладкой улыбкой интересуется женщина. Ей бы сниматься в кино, с такими-то данными.

— Ну, — горделиво бросает подруга, — Вообще, королевы все три! Но массировать будут одну. Вот! — она чуть толкает меня в направлении женщины.

Та улыбается:

— Я вам завидую! Гарантирую, вы не забудете этот массаж никогда.

Я сбита с толку:

— А вы? — поворачиваюсь к девчонкам.

— А мы, — изрекает Лариска, — Мы пока посидим, выпьем чаю в кафешке с Машутой. А может, чего и покрепче? Да, Маш?

Машка в ответ пожимает плечами:

— Марин! Это идея Лариски была. Я только скинулась.

— Скинулась? Так, а почему не втроём? — удивляюсь такому повороту.

— Ну, на троих вышло бы в три раза дороже, а так, мы тебя, так сказать, пустим первой, а там уж решим, надо оно нам, или нет. Да, Маш? — вопрошает Лариска у Машки.

— Простите! — решаю я уточнить у той женщины, — А сколько стоит массаж?

Она улыбается:

— Конкретно ваша программа, на час, стоит пятнадцать тысяч рублей.

Мой рот округляется:

— Сколько?! — я чуть не теряю сознание, оборачиваюсь к девчонкам, — Девки, вы что, обалдели? Такие деньжищи! Зачем? Что же там за массаж?!

— Вот и расскажешь потом! — мотивирует Лара, — Всё, давай! А то время идёт.

Я наблюдаю за тем, как подруги уходят. Оставив меня с этой дамой в халате, один на один.

— Пройдёмте за мной? — предлагает она.

Я иду вслед за ней:

— Подскажите… А… массаж будете делать вы? — пытаюсь дознаться.

Ну, что за такой «королевский» массаж будет стоить пятнашку. Что же они меня, при помощи «скипетра» и «державы» отмассируют? Или корону наденут сперва?

— Нет, что вы, — произносит с улыбкой, — Массаж буду делать не я. А Мастер.

— Мастер? — я усмехаюсь, — В