Будешь моей игрушкой - Мари Дион

Ручек на окне нет как и на двери. Никак не открыть окно и попробовать убрать доску. А если разбить его, то на шум могут прийти мои похитители. И навряд ли, это чем-то хорошим закончится для меня.

Начинает темнеть. Меня мучает жажда, да и живот издает голодающие звуки. Но похоже обо мне вообще забыли. За дверью не слышно ни одного звука.

Может меня тут одну бросили и никто меня не караулит?

Да нет, мне так повезти не может. Да и пленников никогда одних не оставляют. Если верить всем фильмам, что я видела. Но фильмы это выдумка.

А как на самом деле?

Проверять и шуметь я не рискну. Буду сидеть пока тихонечко, до прояснения ситуации. Я ещё помню, как мне угрожал один из похитителей ухо отрезать. Лучше не нарываться.

Сквозь доски совсем перестал проникать свет. Значит наступила ночь. Сижу на полу оперевшись о стену. Брезгую садиться на матрас. Неизвестно кто на нём был и что делал.

Голова опустела от мыслей. Я их и так кучу за сегодняшний день передумала. Меня начинает клонить в сон от усталости.

Сквозь дремоту, слышу приближающиеся шаги. И похоже это не один человек.

Резко подскакиваю. А что делать, не знаю. Замираю у стены в ожидании, что будет дальше.

Слышу как в дверном замке поворачивается ключ и дверь резко открывается вовнутрь, ударяясь о стенку.

Резко включается свет. Я жмурюсь от яркого света.

Вижу Крюкова и брата Влада, Олега. Оба стоят пьяные и смотрят на меня сальными глазами.

— Встречай учителей! Будущая шалава! — мерзким голосом произносит Крюков.

Пячусь от них. Однако понимаю, что сейчас меня уже ничто не спасёт.

Я хрен знает где, в лапах этих моральных уродов.

Глава 49

♀

— Куда же ты, Мариночка⁈ — вкрадчиво говорит Олег.

Спотыкаюсь о матрас и плюхаюсь на него со всего маху. Приземление получилось болезненное. Да ещё и под гадкий смех двух мудаков.

— Смотри дружище, она уже готова на всё! — насмехается Крюков.

— Отпустите меня пожалуйста! — дрожащим голосом обращаюсь к мужчинам.

— Какой нахуй отпустите? Ты мне ещё с прошлого раза, сиськи не показала! Так что будем для начала рассматривать, а потом учить, как надо себя вести с мужчинами. Влад об этом не позаботился. Но ничего, мы исправим эту ошибку.

Мотаю головой в отчаянии. Мерзкие ублюдки! Сжимаюсь в комочек.

Влад, если я тебе хоть капельку важна, спаси меня. Отправляю мысленный посыл ему.

— Поднимайся, пойдешь дефилировать. А то парни, пока тебя стерегли совсем заскучали. Вот и поблагодаришь их за тяжелый труд, — говорит Крюков.

— Вы шутите?

Паника овладевает мной, не находя путей к спасению. Отползаю в угол комнаты. Понимаю, что выгляжу смешно в своих попытках сохранить дистанцию.

Олег подходит ко мне и хватает за шиворот.

— Ты сука не поняла ещё, что ты должна быть послушной? — он замахивается и отвешивает мне увесистую пощечину.

Щёку опаляет будто огнем. Так больно, что из глаз брызгают слезы.

Олег меня грубо встряхивает.

— Ты поняла? Или добавить?

Смотрю ему в глаза.

— Нет!

Я не буду подчиняться этим тварям. Пусть, лучше забьют до смерти, чем делать то что они хотят.

— Паш, нам дефиле не видать такими темпами.

— Сейчас сговорчивее будет, — Крюков перехватывает меня у Олега. — Марин, ты же понимаешь, что мы за тобой следили?

Мотаю отрицательно головой.

— Так вот, следили. Мы знаем, где твой больной папа. А ещё знаем адрес твоих родителей. Ты хочешь, чтобы с ними все было в порядке?

— Вы не посмеете! Они тут совсем не причем! — страх за родителей меня парализует.

Не могут же эти ублюдки творить такое беззаконие⁈

— Еще как посмеем, если ты нас разочаруешь. Так что, в твоих интересах подчиняться и быть послушной шлюхой на обучении, — слащаво говорит Крюков.

— Я не могу. Вы мне противны. Вы за это ответите!

— Перед кем? Перед тобой? Не смеши нас девочка. У тебя связей ноль по вдоль.

Крюков с жадностью осматривает мою тяжело вздымающуюся от дыхания грудь.

— Так что решай, живые родители или мертвые.

Это как удар под дых. Я никогда не позволю, чтобы по моей вине они пострадали. Обреченно роняю голову. Слезы ручьями омывают щеки.

— Это знак согласия? — слышу голос Олега.

— Да, — голос звучит обреченным.

Если они сотворят со мной то о чем говорят, я сама себя уважать перестану.

Но что я могу поделать против этих ублюдков, обладающих властью и деньгами. Простая девушка против сильных мира сего. Естественно я проиграю.

Так плохо мне никогда не было. Не представляю как я все это выдержу и вытерплю.

— Тогда шагай за мной. Выкинешь какой-нибудь финт, очень пожалеешь.

— Я и так жалею, — слова слетают быстрее, чем я успеваю прикусить язык.

— А будешь ещё больше. Пока что мы намерены быть нежными с тобой, — покровительственно говорит Крюков. — Но этого может и не быть, если ты нас расстроишь. Усекла?

Молча поджимаю губы.

— Сочту твое молчание за согласие. Шагай вперед. Жопу твою ещё разок заценю, а может и полапаю, — противным ржачем заканчивает свою речь Олег.

Меня просто воротит от всего этого. Я слабо представляю, что они заставят меня делать. И от этого становится еще противнее и страшнее.

Если вспомнить те видео, которыми хвастался Крюков, меня просто стошнит на их причиндалы. И дай бог так, может у них появится омерзение ко мне и они от меня отстанут.

Сильный шлепок обжигает мою попу. Потираю это место ладошкой.

— О да, детка. Это сексуально. Надо заставить тебя устроить шоу с мастурбацией. Посадим тебя на стол и будешь нам всем показывать как ласкаешь свою киску. А мы если что на подхвате будем. Поможем сучке кончить, — опять противный ржач, который летит мне в спину.

Я иду за Крюковым, а за мной идет Олег. Этой компанией мы входим в большую комнату. По середине стоит большой стол, а вокруг него кресла и диваны. В них сидят четыре здоровенных мужика.

Судя по комплекции это и есть мои похитители. Они одобрительным гулом встречают наше появление.

— Ну что парни! Готовы развлечься⁈ — задорно спрашивает их Крюков.

Они все хором отвечают «Да». На лице Крюкова появляется довольная улыбка.

Вообще, складывается ощущение, что он здесь всем руководит. И брат Влада тоже ему прислуживает. Вопрос только зачем?

— Что первым хотите увидеть?

— Стриптиз, пусть танцует шлюшка, — сказал один из них.

Остальные кивают в знак согласия.

— Ну что Марин, пожелания ты услышала. Забирайся на стол.