Мачеха для Золушки - Василиса Усова

Усилием воли женщина переключила внимание на почти уложенный дорожный сундук. Минимум платьев и полное отсутствие драгоценностей. Остается надеяться, что поездка не займет много времени, и через пару месяцев она заберет дочек, они все вместе вернуться домой, и снова начнется размеренная скучная жизнь.

Глава 25. Расставание

Карета остановилась перед высокими воротами, извозчик перекинулся парой слов с привратником, и вот они въезжают на большой двор, где их уже ждут.

– Добро пожаловать в наш скромный пансион. Меня зовут Амелия Веста, я помогу девочкам освоиться на новом месте.

Катрин окинула Амелию Весту внимательным взглядом. Невозможно было понять, сколько той лет. Лицо молодое, но около губ уже заметны глубокие складки, в волосах несколько серебряных нитей, платье строгое, высокий воротник закрывает шею.

– Благодарю за то, что нашли для нас время. Позвольте представить, мои дочери – леди Селина, леди Эйрика, и леди Агата.

Селина и Агата легко поклонились, Эйрика смотрела прямо перед собой, мрачно скрестив руки на груди. Амелия словно ничего не заметила, она доброжелательно улыбнулась, и пригласила всех последовать за ней.

– О вещах не беспокойтесь, их доставят в комнаты.

Здание пансиона напоминало что–то среднее, между замком и обычным домом. Дверей ведущих в комнаты было много, в длинном коридоре висели картины, а вот лестница с массивными ступенями была лишена всякого изящества.

Амелия замедлила шаг у одной из дверей, которая на вид ничем не отличалась от остальных.

– Кабинет леди Маер, она уже ждет вас. Девочки идут со мной.

Агата обернулась на мать, и ее губы дрогнули. От Амелии это не укрылось.

– Я покажу девочкам их комнаты, а потом они будут ожидать вас, чтобы попрощаться.

Катрин кивнула, и помедлив немного, вошла в кабинет к хозяйке пансиона.

– Леди Браст?

Из кресла, навстречу поднялась дородная женщина средних лет. Ее платье было таким же закрытым, как и у Амелии, но было заметно, что оно гораздо дороже. Из украшений только брошь и кольцо. Леди Маер выглядела дорого и строго, и глядя на нее становилось ясно – эта женщина привыкла быть главной. Катрин легко поклонилась.

– Оставим церемонии, уважаемая леди Браст, мы же не на светском приеме. – голос женщины был звучным и глубоким. – Позвольте, я устрою вам небольшую экскурсию, а затем мы закончим с документами. Надеюсь, вы не торопитесь?

– Не тороплюсь. Мне бы хотелось лично убедиться, что я оставляю дочерей в надежном месте.

– Не сомневайтесь, – леди Маер обогнула стол, и женщины вышли в коридор. – В нашем обществе до сих пор сильны предрассудки, что девочки должны жить и обучаться только дома. Но далеко не все родители могут дать дочерям хорошее образование, особенно если они достойные люди, но не обладают титулом.

– Мои дочери хорошо образованы для своих лет, – уязвлено заметила Катрин.

– Тем лучше, – кивнула хозяйка пансиона, – Знаете, я всегда желала, что мой пансион станет центром женского образования, что придет время, и сюда будут отправлять дочерей не только зажиточные граждане, но и родовитые аристократы. Но увы, пока мое учреждение имеет славу лишь временного приюта. Чаще всего девочек оставляют здесь на год или два, пока устраивают свои дела, так что о полноценном образовании остается только мечтать.

– Девочкам лучше всего расти дома, среди близких. Зачем им несколько лет получать образование вдали от семьи, если конечная цель все равно удачный брак?

– Вот! И не только вы придерживаетесь подобного мнения! А тем временем хорошие учителя доступны лишь аристократии, и за большие деньги. На одного ученика приходиться несколько учителей, а некоторые ждут лучших преподавателей годами. А ведь можно собрать десять учеников в одном месте, и приставить к ним одного учителя!

Катрин незаметно улыбнулась. Леди Маер говорила эмоционально, от всего сердца, но сложно было представить, что один учитель способен хоть чему–то научить, если будет заниматься одновременно с десятком учениц. По своему опыту женщина могла сказать, что учить двух или трех девочек – задача не из легких. Да и многие ли учителя пошли бы на такой странный шаг. Ведь даже обучать одного, это уже большая ответственность.

– Вы улыбаетесь, – заметила леди Маер, – А знаете, что, например в Эрланге эта система довольно распространена. Более того, до десяти лет мальчики и девочки обучаются вместе.

– Какая дикость! – ужаснулась Катрин, в ее голову закралась мысль, что зря она привезла дочерей в это странное место. Как знать, вдруг хозяйка пансиона тоже решит ввести совместное обучение. Леди Маер словно угадала ее мысли.

– В нашем королевстве, увы, это пока невозможно, – произнесла она, с заметным сожалением, – Однако я отвлеклась, а ведь обещала вам небольшую экскурсию.

В целом Катрин осталась довольна. В душе она признавалась себе, что предпочла бы провести детство в подобном пансионе, чем в мрачном замке тетки–паучихи.

На первом этаже располагались классные комнаты, где для девочек проводили занятия. К сожалению, настоящих учителей не привлекала идея обучать большое количество учениц, но леди Маер нашла выход из положения, пригласив несколько образованных женщин.

Самый большой класс отводился под танцы и уроки пения, так как именно музыка, по мнению хозяйки пансиона, способствует формированию чувства прекрасного.

Была здесь и хорошая библиотека, книги из которой активно использовались. Переписывались тексты, с целью поставить почерк, те же, кто уже умел хорошо писать, отрабатывали выразительное чтение. У Катрин закралось подозрение, что леди Маер росла в знатной семье, и получила классическое образование.

Женщина бы очень удивилась, если бы узнала, что хозяйка пансиона из обычной семьи мелкого барона. В свое время, ее отец не пожалел денег, чтобы дочь смогла стать учителем, и большую часть жизни леди Маер путешествовала по королевству, давая знания юным дочерям графов и герцогов. После смерти отца, она получила в наследство неплохой дом, тогда же и зародилась идея о частном пансионе. Благо, денег было накоплено достаточно, а твердый характер позволял относиться к трудностям свысока.

Пансион не приносил огромных доходов, но здесь постоянно проживало около тридцати девочек, от пяти до семнадцати лет. Некоторые из них не имели родителей, а за обучение платили ближайшие родственники, не желая сильно погружаться в заботы о девочках.