Несильно беременна - Степанида Воск

— Марина, не высовывайся! — прикрикнул на меня Андрей.

— Как мне бинтовать? — возмутилась, выполняя роль медицинской сестры.

Рану на ноге пришлось не просто забинтовать, а вначале обработать.

Как?

Да просто плеснув спирта сверху. Артик сказал, что так будет лучше, нежели она воспалится. Чтобы не закричать от боли, он просто зажал ручку ножа в зубах.

Я не хотела делать ему больно, но меня попросили.

А меня просить дважды не надо. Я плеснула водки от души. Мужчина застонал и чуть не впечатал меня ногой в сидение. Вовремя увернулась.

— Осторожнее! Сейчас будут стрелять, — предупредил Берг будничным тоном.

Думала, что пошутил. А оказалось, нет.

И, правда, по обшивке застучал стальной град пуль.

— Догнали, гаденыши, — грязно выругался Артик, направляя мои руки с зажатым бинтом. — Может остановимся, шеф. Да перестреляем их, — предложил так, будто собрался в тире популять по мишеням.

— Нет. С нами Марина. Надо уходить. Потом разберемся кто, зачем и как? — Берг крутанул баранку в сторону, не забывая пригибаться. — Пока есть слабая возможность ее ранить, мы будем уходить.

— Что там с ребятами?

— Молчат.

Я увидела в руках Берга что-то похожее на рацию. Огонек на приборе мигал красным.

— Думаешь, живы? — Артик приподнялся, выглядывая назад.

— Если с ними что-то случится, то тот, кто это сделал, умоется кровью.

По спине побежал холодок, слишком уж проникновенно Берг пообещал разобраться с врагами.

Стук пуль по обшивке повторился. Я мысленно прощалась с жизнью, крепко сжимая зубы. Лишь бы не закричать. Лишь бы не закричать. Эти слова твердила раз за разом.

— А бантик мне зачем? — спросил Артик, когда я закончила бинтовать его бедро.

— Для красоты, — огрызнулась.

— Вот, твари. Не отстают. И похоже собираются стрелять.

— Из чего? — я сидела на полу, как мне и приказывали.

— Из гранатомета, — пояснил Берг. — Марина пристегнись, упрись руками во что-нибудь, — резкость в голосе насторожила.

— Зачем?

— Буду тормозить, — «обрадовал» меня Берг.

Я не будь глупой, выполнила пожелания. И только уперлась руками и ногами, как машину изрядно тряхнуло. Артик не удержался на сидении, ударился боком. Застонал от боли.

Визг тормозов совпал с резким разворотом. От которого потемнело в глазах, а к горлу подступила тошнота.

— Шеф, держи сцепление, — орал Артик, выбираясь из просвета между сиденьями.

— Сам знаю. Не учи, — прокричал мужчина, вжимая педаль газа до пола.

Машина дернулась вперед, вызбрыкивая всеми четырьмя колесами. Я не видела что происходило впереди. И слава Богу. Потому как в следующий момент раздался оглушительный удар.

— Мамочка! — закричала.

— Поздно, — заметил Артик.

— Что поздно? — переспросила.

— Бояться поздно.

— Это еще почему?

— Потому что погони больше нет, — пояснил с переднего сидения Берг. Мужчина щелкнул ремнем, а после открыл дверь машины.

— Куда он? — я все же ударилась, причем не слабо.

— Проверять есть ли кто в живых, — Артик откинулся на сиденье.

Одинокий выстрел заставил подскочить. Вопрос замер у меня на губах. Не будучи заданным, стал ясен ответ.

Берга не было какое-то время. Вроде слышался его голос. Но я могла и ошибаться. Слишком уж громко выстукивали мои зубы.