Несильно беременна - Степанида Воск

— У меня будет ребенок от Поклонского, — заявила девица, собирая жвачку с носа, чтобы через миг толкнуть ее языком и пальцами в рот.

Маленький ядерный взрыв наделал бы меньше шума, нежели сообщение ярко накрашенной девицы с остатками жвачки на носу.

В комнате тут же поднялся такой гвалт, что сосед не слышал соседа. Мужчины повскакивали со своих мест с такой скоростью, словно им на колени плеснули кипятка. При этом задев мужское достоинство.

Мои барабанные перепонки не выдерживали напора. Хотелось прикрыть уши руками.

Ну и плодовитый оказался покойничек. То ни одного родственника, то сразу несколько.

Похоже, что подобные мысли посетили и Берга, соблюдающего показное спокойствие. Он переводил взгляд с меня на девицу и обратно.

— Попрошу тишины, — среди галдежа возмущенных бандитов услышала чей-то возмущенный голос.

По столу постучали. Вибрация столешницы добралась и до меня.

Однако ничто не могло привести в чувства возмущающихся.

— Откуда она взялась? Из какой подворотни ее достали? — кричал правая рука Розанова.

— Что еще за ребенок? — спрашивал один из помощников нотариуса, отвечающий за сохранность чемоданчика с завещанием. — Откуда?

— У покойного не было детей, — послышалось с дальнего конца стола.

Ага. Не было при жизни. А после смерти сразу десяток нарисовался. Ради миллиарда долларов даже паук забеременеет и родит полноценного человека.

— Она все врет, — плевался ядом Розанов. — Где ты взял эту потаскуху?

— У меня есть доказательства, — Копылов потряхивал какими-то бумагами.

Я подозревала, что это ни что иное, как заключение медицинского освидетельствования. Сходное с тем, которому пытались повергнуть меня.

— Ой, он меня щиплет, — это визжала будущая мама ребенка Поклонского.

— Где подтверждения? Пруфы на стол.

— Завещание недействительно при наличии законного ребенка, — доказывал свою правоту Копылов, — победно взирая на всех остальных мужчин, присутствующих в комнате.

Еще бы, ведь в его руках лежали ключи от рая. По крайней мере, он так думал.

— Надо дождаться рождения ребенка, — подал голос Берг. Сказал негромко, но услышали его многие. На миг шум смолк. И тут же возобновился.

— Прекратите гавкаться.

— Послушайте меня. Прошу тишины! — пытался успокоить всех помощник нотариуса.

С трудом вычленяла отдельные фразы и гомона голосов. И пыталась понять куда я попала. На базаре и то не так шумно, как в нотариальной конторе.

Раньше я никогда не была в подобных заведениях, но представляла как-то иначе их работу.

— У меня будет ребенок от покойника. Я не вру. У меня есть доказательства, — из-за стола выскочила девица, почему-то смотря на Копылова.

— Какие?

— Трусы покойного.

Кто-то из присутствующих похабно рассмеялся. Кому-то оказалось вовсе не до смеха.

Я скосила глаза на Берга. Он о чем-то усиленно думал.

— Мы должны посовещаться, — объявил главный нотариус.

— Да чего там совещаться?! Врет она все. Вскрывайте конверты. Поклонский не мог не оставить после себя преемника. И я хочу знать кто он, — терпение Розанова подошло к концу.

— С чего ты взял, что это так и есть? — усмехнулся Берг. — Может Поклонский все завещал бедным.

— Ну уж не тебе точно, любимый нелюбимый пасынок, — заржал Розанов.

Берг поморщился, как от зубной боли.

Я удивленно посмотрела на мужчину. Такого поворота не ожидала.

— Оглашение завещания переносится на неопределенное время. Мы рассмотрим претензию господина Копылова, — заявил старший нотариус. — О дате и времени оглашения будет объявлено дополнительно.

Копылов довольно заулыбался. От счастья даже начал поглаживать по голове девицу. Та, как послушная собачонка, довольно жмурилась.

— Поклонский ваш папа? — уточнила у Берга. Вспомнила посмертное лицо покойного и не нашла общих черт между ним и Андреем.

— Нет, — резко ответил он, вставая. — Поклонский убийца моей матери.

Лицо мужчины исказилось в мимолетной гримасе застарелой ненависти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍